Учитель из моих кошмаров - Дина Дэ

Пришлось отправить девушку в ближайшее кафе, чтобы она переждала там мою пару. Только одну. Все остальные занятия я сразу отменил. Но первое просто не мог пропустить.

Но лучше бы, блять, пропустил!

Пальцы невольно сжались в кулаки от воспоминаний того, как грубо я разговаривал с Виталиной, и как яростно сверкали зеленые глаза малышки, когда она покидала аудиторию.

Я сам не понимал, какого черта со мной происходит.

Я все еще сомневался в Веснушке?

Хотел сделать ей больно?

Или хотел доказать себе, напыщенному идиоту, что не втюрился в эту крошку, как умалишенный?..

Опустив тяжелые веки, я залпом опрокинул в себя обжигающий напиток и замер, пытаясь усмирить зашкаливающий пульс.

Ни разу в жизни я не жалел о своих поступках.

Но сегодня я облажался по полной.

И это убивало меня.

Со стуком поставив стакан на деревянную стойку, я медленно выпрямился и нашел глазами Эви. Она уже встретила своих подруг и отжигала с ними в центре танцпола.

Какое-то время я с улыбкой наблюдал за своей племянницей.

А потом перевел взгляд на часы.

Час ночи.

Интересно, что сейчас делает Вита?

Надеюсь, что лежит в своей постели и видит сладкие сны.

В груди заныло от желания пробраться к малышке в комнату и присоединиться к ней.

Хотя бы ненадолго прижаться к теплому сонному телу и, обвив руками, вдохнуть неповторимый запах нежной кожи.

По спине пробежал озноб, а в животе затрепетали треклятые мать-их-бабочки.

Твою ма-а-а-ать…

Резко достав телефон, я набрал номер. Мне ответили после второго гудка.

— Приезжай в клуб «16 тонн», — отрезал я, барабаня пальцами по стойке.

— И тебе здравствуй, — хмыкнул Сергей. Судя по бодрому голосу он еще не спал. — Приглашаешь на свидание?

Я усмехнулся.

— Да. Так что одевайся понаряднее и приезжай быстрее.

— Какой ты нетерпеливый, — хохотнул друг. — А устриц с шампанским мне закажешь?

— Если поторопишься, закажу тебе «Балтику» нулевку и сыр косичкой, — фыркнул я и, завершив звонок, убрал телефон в карман.

Я решил устроить Виталине сюрприз и без предупреждения заявиться к ней в общежитие.

Тупо, конечно.

Но с недавних пор мой мозг категорически отказывался со мной сотрудничать.

Оставалось только дождаться Серегу, чтобы оставить его в клубе с Эвелиной, и придумать способ, как бесшумно пробраться в общежитие.

С плеч будто камень упал.

Я увижу Веснушку.

И скажу ей, что скучал.

Да, она будет злиться, как дикая кошка, и правильно сделает.

Но я быстро найду способ, как задобрить ее.

И поцелую.

Поцелую так, что дыхание перекроет от сладкой боли.

Поцелую так, что станет совсем невмоготу…

До приезда Сереги я скурил хуеву тучу сигарет. Меня трясло от нетерпения и мандража.

Даже Эви заметила это и, когда я сказал, что с ней остается Сергей, а мне нужно уехать по срочным делам, она лишь расплылась в хитрой улыбочке и пожелала мне плодотворной ночи.

Нахмурившись, я дал подзатыльник разоржавшемуся Сереге, и рванул к выходу.

Я не должен был отпускать Виту из аудитории.

Я не должен был позволять ей думать, что между нами ничего не было, кроме секса на одну ночь.

И необъяснимый страх, что уже слишком поздно, и я всё просрал, заставлял меня бешено гнать машину.

Пошел мокрый снег.

На дороге почти никого не было.

Вцепившись побелевшими пальцами в руль, я напряженно всматривался в освещенную фарами темноту и безотчетно прокручивал в голове только одну фразу «Дождись меня, Веснушка. Пожалуйста, дождись…»

Глава 40

Виталина

— Вита, ты где? Я так и не дождался тебя в нашем кафе, — обеспокоенный голос Алекса в телефоне заставил меня зажмуриться изо всех сил.

Только не вздумай реветь, дура!

— Слушай, прости, мне нужно было срочно уехать после первой пары, — как можно непринужденнее протараторила я, запрокидывая голову, чтобы слезы не полились по лицу. — Я как раз хотела написать тебе.

Пауза.

— Вы с Горецким решили сбежать с оставшихся пар? — я услышала в голосе друга легкую улыбку, и горячие слезы все-таки потекли по щекам.

— Ага, — выдохнула я, лихорадочно вытирая мокрое лицо тыльной стороной ладони.

Соберись-соберись, тряпка!

— Ну надеюсь, Горецкий знает, что делает, — вздохнул Алекс. — Не хотелось бы, чтобы вас обоих погнали из универа.

Я горько рассмеялась.

— Поверь, Горецкий всегда знал, что делает.

Он так виртуозно пробрался в мое сердце и так искусно овладел моим телом, что мне оставалось только поаплодировать его выдержке и актерскому мастерству.

Горецкий мог гордиться собой.

И я даже предвидела его следующий шаг.

Наверняка он сделал запись моих признаний. И будет вполне логично, если он использует ее против моего отца.

А дальше все зависело только от жадности Горецкого.

Начнет ли он шантажировать отца, выкачивая из него деньги, или обратится к тем, кто сможет лишить мэра власти…

— С тобой точно всё в порядке? — насторожился Алекс, тонко улавливая в моем голосе подкрадывающуюся истерику.

Блять-блять-блять.

Мне хотелось рвать и метать. Орать в голос. Крушить всё вокруг.

Мне хотелось обнулить свою жизнь и начать всё сначала.

— Я в порядке, — автоматически расплылась я в широкой улыбке.

Эта реакция была вбита в меня с похорон матери. Никто не должен узнать, как мне больно.

Но Алекса трудно было провести.

— Слушай, если тебя там держат силой, и ты хочешь удрать — скажи мне «Отлично», и я приеду за тобой, — напряженно проговорил он.

Меня обожгло изнутри.

Я не заслуживала такого друга.

— Не выдумывай, Алекс, — натянуто хмыкнула я, буквально загибаясь от мысли, что сделают с парнем, если он примчится ко мне на помощь. — Мы просто едем к Руслану домой.

Алекс помолчал.

— Мне кажется, с тобой происходит что-то, с чем ты не можешь справиться, Вита.

Его слова настолько точно попадали в цель, что меня будто ножом пырнули.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы перевести дыхание.

— Конечно, я не могу с этим справиться, — мягко проговорила я, прислоняясь лбом к холодному стеклу машины. — Я втюрилась, как дура. И в кого? В своего тридцатилетнего препода с характером тяжелее каменной плиты. Такого и врагу не пожелаешь.

Алекс тяжело вздохнул.

— Даже жалко, что я не пишу книги. Получился бы охренительный любовный роман!

Я рассмеялась.

— Скорее триллер.

Алекс цокнул языком.

— Уверен, у вас будет такой приторный хэппи-энд, что все вокруг обзавидуются!

Перед глазами возник Горецкий, нежно прижимающий к себе хрупкую темноволосую девушку…

Не будет.

— Ладно, Алекс, мы уже приехали, — выпрямилась я на сидении. — Я позвоню тебе вечером, ладно?

— Ладно-ладно, отключаюсь, — улыбнулся парень. — И не забывайте про презервативы. Я еще слишком