Двойня для капитана - Олли Серж

Чем ближе становится отделение, тем больше нарастает внутри меня нерв.

Расплачиваюсь с таксистом, выхожу из машины и здороваюсь с коллегами мужа у ворот. Я их пока идентифицирую только по форме. По именам не знаю никого.

На пропускном дежурный открывает турникет без проблем. Раньше просил паспорт, но теперь, наконец, запомнил.

— Капитан Хабиров у себя?

— Так точно! У себя, проходите…

Из раскрытых настежь окон в коридоре слышится лай собак. Выглядываю. В свободном вольере гуляют два амстафа. Остальные им завидуют.

Улыбаюсь… Служебные псы очень забавные. Куражатся, как обычные собаки, но стоит только надеть на них поводок и намордник, тут же приосаниваются и приобретают важность. Я начинаю проникаться к ним симпатией.

В дальнем вольере живет мама нашего «немца». У нее вообще все служебные награды не помещаются на грудь. Там и за работу на завалах, и за спасение утопающих…

Конечно, если бы не Руслан, я бы и не подумала завести собаку. Но Чарли оказался не годен к службе. Один из всего помета.

Его списали, а мы тут же в него влюбились. Особенно мой папа. Не знаю, как мы будем разлучать этих двоих. Вполне возможно, что мужу придется смириться с собачьим выбором. Дачный участок тети Кати Чарли нравится больше, чем квартира.

Я уже собираюсь толкнуть нужную дверь, как вдруг слышу женский голос…

— А как же ваша жена?

Поймав волну паники, припадаю к маленькой щелке, чтобы видеть происходящее в кабинете.

— Жена? — Отвечает муж, подходя к молоденькой девице. — У нас давно было все напряженно. Скандалы, постоянные звонки. И ты мне отлично помогла поставить точку, когда взяла трубку, пока я был в душе.

— Я… я не специально, — лепечет девушка.

— Я же тебя не ругаю, — хрипло отзывается Руслан. — Только мне не ясно, как ты узнала пароль? Ммм? Такой талант… Я оценил.

— Подсмотрела…

Они на столько близко, что сердце мое сейчас «выскочит» из груди. Нет, я не хочу видеть, как эти двое поцелуются!

Со всего размаха бью дверь о стену и сбегаю. По пути едва не сбиваю какого-то мужчину в форме.

Как он смог? Как? Господи, какой кошмар…

— Алина! Алина постой! — Слышу вслед.

Эмоции рвутся, но я держу их в себе, не позволяя вылиться слезами. Только не при всех!

— До свидания… — Засовываю дежурному в окошко пирожные и выбегаю на улицу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Живот, конечно, мгновенно каменеет от расстройства и заставляет меня остановиться, чтобы переждать боль. Колени дрожат.

Я пытаюсь не впасть в истерику, потому что страшно за ребенка… но как Руслан мог?! Мы поторопились? Он не выдержал нагрузки? Я была плохой женой?

Да, последнее время мы немного отстранились, но ведь в постели все было! И было хорошо!

— Алина! — Слышу снова. — Пожалуйста, не убегай! Ты все не так поняла!

Я подбираю юбку сарафана и снова спешу вперед.

Точно! Не так поняла! Просто не досмотрела!

Конечно, скорость у меня по сравнению с мужской черепашья, поэтому муж догоняет меня очень быстро.

— Постой! Родная… фух!

— Не называй меня так! — Отбиваюсь я от его рук. — Ты… — дышу тяжело, — у меня для тебя нет подходящих слов, Руслан. Это подло! Ты нас подвел! Что мне теперь делать?

— У меня с этой женщиной нет ничего! Я просто проверял…

— Что ты проверял? — Смеюсь нервно. — Дышит ли она? Или какого цвета лифчик?

— Алина, не кричи, пожалуйста, на нас смотрят мои подчиненные… — просит муж.

— Да?! — Хмыкаю. — А то, что я дома с тремя детьми, пока ты развлекаешься, тебя не смущает? Или двойные стандарты?

— Алина! Черт! Я тебе жизнью клянусь, что просто пытался выяснить, откуда взялся тот чертов звонок, с которого все началось!

— Извини! — Взмахиваю руками. — Я не могу это слушать! Не могу! А вон и твоя новая любовь! Ещё увидит, как ты за женой бегаешь!

— Родная! Пожалуйста, поверь мне! Ну нету у меня никого, кроме вас! Я пол утра смотрел, как опеку оформить. Зачем мне это делать, если я врун?

Развожу руками…

— Может быть, ты считаешь, что я буду растить всех детей, а ты будешь в «белом пальто» ходить на лево?

Руслан не успевает ответить.

— Извините… — подходит к нам девушка. — Я хочу вам все объяснить, — заглядывает мне в глаза. Вы только не нервничайте.

— Ты же меня не посадишь, если я ее убью сейчас?! — Шиплю, переводя взгляд с девицы на мужа. — Или идите оба к черту!

Разворачиваюсь резко и вдруг чувствую, что мир начинает качаться. Это снова давление…

— Алина! Блин! — Быстро сообразив, подхватывает меня Руслан. — Ну нельзя же так нервничать!

— Простите, простите меня, пожалуйста, — чуть не плачет девушка. — Я сейчас. Я быстро. Только за аптечкой сбегаю.

Усадив на лавочку, меня окуривают нашатырем и отпаивают водой.

Девушка, про которую я теперь знаю, что ее зовут Вера и она — ветеринар, клянется мне, что не знала про детей у Руслана. Что он ей понравился и только. Но он никогда не давал повода…

Я недоверчиво смотрю на мужа. Он переодически отгоняет от нас своих сердобольных коллег.

— То есть, теперь я истеричка, которая сама все придумала и сама обиделась? — Хмыкаю. — Нет, так не пойдёт.

— Простите за звонок, — опускает глаза Вера. — У нас телефоны одинаковые. Я действительно случайно сняла трубку…

— Идите уже отсюда, Вера Станиславовна! — Рявкает на нее муж.

Мы, наконец, остаемся вдвоем.

Сидим и молчим. Каждый смотрит перед собой, пытаясь прийти в эмоциональную норму.

— Я тебе не изменял и разводиться не хочу, — нарушает тишину Руслан.

— Я тебе не верю, — отвечаю, — но очень хочу поверить. Что будем делать?

— Жить, Алин, — обнимает меня за плечи. — То ли ещё будет…

— А что бы ты сделал, если бы по моему номеру ответил мужик? — Спрашиваю елейно.

— Да чего-чего… — Отвечает муж, смеясь, — нашел бы и морду ему разбил, а тебя суток на пятнадцать бы посадил думать.

— Вот и садись на пятнадцать суток… — бурчу.

— Не могу, — чмокает меня в висок муж, — работать надо. Дома дети ждут.

— Вспомнил?

— Не начинай. Я всегда о вас помню. Давай вот как поступим: ты займешься племянницей, поговоришь с отцом, с сестрой. А я постараюсь сегодня освободиться пораньше и чем-нибудь тебя порадовать. Договорились?

Мне хочется сказать мужу ещё много всего очень обидного, но я, понимая, что ни к чему хорошему это не приведет, просто киваю.

— Алин, разрушить всегда успеем… Ну а кто тебя будет из роддома забирать? — Мурлычет мне на ухо