Золотая стена - Владимир Петрович Ксенз

А мне вопрос покоя не даёт:

Как очерствели наши души…

И почему: чем жив, чем полон человек,

Смешалось с кучей разной грязи.

Но терпит всё для нас пришедший век,

И даже тех, кто вышел в князи…

Золотой «Белорусский треугольник»

Рассказ

Так сложилась судьба, что на меня в силу служебных обязанностей, помимо основных задач, которые необходимо было выполнять офицеру спецслужбы, была возложена обязанность попечения и охраны семьи Валентина Саввича Пикуля, писателя, известного своими историческими романами и миниатюрами.

У В. Пикуля в семье хранился огромный архив ценнейших исторических документов, книг, полотен, графических рисунков художников XVIII–XIX столетий, подлинных рукописей XIV–XVII веков и т. д.

Шёл 1988 год, июль, приближалась 60-я годовщина со дня рождения писателя. К тому времени семья Пикуля приобрела большой дом в одном из районов Риги, и предстоял переезд, в том числе и перемещение архива. С Антониной Ильиничной, женой писателя, мы заранее договорились о сюрпризе-подарке для Валентина Саввича. Дело в том, что Пикуль давно мечтал о хороших больших несгораемых сейфах для своего архива. И вот его мечта исполнилась. Не буду описывать, как мне удалось уговорить ряд крупных руководителей в Латвии, директоров военных заводов и командование Прибалтийского округа, чтобы произошло списание двух десятков уникальных, под стать архиву, сейфов. Они были доставлены из Вильнюса и Риги и размещены в новом доме. Был среди них сейф образца 1909 года с литьевым штампом Гродненского губернатора. Вокруг этого сейфа и начинается наша история.

Сейф, несмотря на свою красоту и внушительные размеры, собственно, оказался без ключа. Как часто бывает, по дороге его просто сломали, так как забыли вынуть из замка и по дороге ключ зацепился за другой сейф и в результате сломался. Одним словом, вспомните случаи, когда вы переезжаете на новое место и чего вы не досчитываетесь в целостности из мебели или посуды, другой утвари по прибытии на место… Стоило больших трудов открыть сейф и сделать новый ключ, на это ушла неделя. И вот, когда эта эпопея осталась позади, решено было это дело отметить, тем более что у В. Пикуля и у меня дни рождения стояли практически на одной неделе.

Мы заранее договорились, что после посещения Валентином Саввичем жены, а Антонина Ильинична работала заведующей библиотекой окружного Дома офицеров, мы встречаемся в небольшом кафе по дороге домой. Дело в том, что писатель всегда работал с 21 часа до 3–4 часов ночи. Затем отдыхал до обеда. После чего навещал жену на работе, а затем, после небольшой прогулки, возвращался домой. Интересный факт: Антонина Ильинична даже сама постригала Валентина Саввича (иногда налысо), чтобы ему ничего не мешало работать, и чтобы он не отвлекался на парикмахерские и очереди.

Ещё она внимательно смотрела, чтобы Валентин Саввич не слишком увлекался спиртным… По дороге из Дома офицеров домой Валентин Саввич в одном из кафе успевал на «конспиративной основе» выпить 100 г коньяка и кофе, так сказать, для здоровья, как ему посоветовал один из врачей, но Антонине Ильиничне об этом не говорил…

Теперь мы вместе зашли в это кафе. Выпили за здоровье друг друга, и, как всегда, пошёл разговор об исторических событиях, тайнах, личностях в историческом прошлом. Вот тогда В. Пикуль и сказал: «А ведь вы, Владимир Петрович, родом из той самой губернии, откуда наш сложный сейф, и как этот хитрый ящик держал свой секрет, так и ваша местность скрывает в глубине веков свою тайну!.. Вы, наверное, не раз слышали о Бермудском треугольнике?» – спросил писатель. Я ответил утвердительно. Пикуль начал повествование: «Так вот! В вашей местности между местечками (городами) Радунь, Лида, Ивье находится татарское золото в количестве 12–14 тонн, золотой „Белорусский треугольник“. Причем 2,5–3 тонны из этого золота в начале XVIII века нашёл князь Михаил Радзивилл, благодаря чему восстановил после шведской войны 1700–1721 годов свою резиденцию Несвиж, закупил множество картин своих предков в семейную галерею и книг в библиотеку. Построил храмы и учебные заведения для шляхты, а также заводы и ткацкие фабрики, где, кстати, делались известные слуцкие пояса, шитые золотой и серебряными нитями. История с монголо-татарским золотом началась в 1242 году, когда монголо-татарские ханы Шейбак и Балаклай, совместно с князьями Галицкими Даниилом и Василько, пришли на земли Литвы и Чёрной руси. В обозе у Шейбака на тот момент находилось в современном исчислении 11–12 тонн золота и драгоценностей, которые были награблены монголо-татарами в рейдах через южные и западные княжества былой Киевской Руси, Польши, Венгрии.

Батый в Венгрии поручил Шейбаку (своему родственнику) и Балаклаю вернуться с обозом в ставку на Волгу, по дороге прихватить в союзники галицких князей Даниила и Василько и пойти на Миндовга, князя Литвы, Белой и Чёрной Руси, эта территория на тот период избежала нашествия татар. После выполнения этой задачи повернуть на восток и доставить обоз и пленных в ставку. Вот здесь, Владимир Петрович, в ваших местах, в районе Радуни, в 1242 году князь Миндовг, первый из славян, со своими ратями разбил татар, ранил Шейбака и разогнал дружины Даниила и Василько, которые стали союзниками монголов, чтобы спасти свои княжества. (Они были князьями Червоной Руси.) Миндовг был князем Чёрной Руси, столица Новогрудок, а не литовским (в нынешнем понимании – князем, как его приписывают себе литовцы, по-настоящему это жмудины и аукшайты). И язык их был совсем не похож на славянский (русский). Жмудины присвоили себе национальность – литовцы, и вкупе и наших князей, которые никогда не были жмудинами и аукшайтами… Раненый Шейбак уходил от погони по маршруту Радунь – Лида – Ивье. Уже тогда были эти населённые пункты. Хан отдал приказ одному из своих тысяцких (темнику) Кутлук-беку уходить с обозом золота, зарыть в трёх местах частями, свидетелей по мере захоронения убивать и зарывать вместе с золотом. Места захоронения должны были запомнить десять сотников. Кутлук уходил с поля боя по этому же маршруту, ибо там была дорога и местность, пригодные для передвижения войск. Шейбак перед смертью, а умер он под Лидой (сейчас это пригород города, носит название Шейбаки), ещё раз вызвал Кутлук-бека и десять сотников, которые должны были довести приказ хана до конца, а затем сообщить о местах захоронения золотого обоза в центральную ставку Золотой Орды.

До Золотой Орды дошли лишь пятеро, которые знали о местах захоронения золота. У монголо-татар было сильное потрясение от поражения, ибо впервые они были побиты. Ушло семь лет на подготовку