Ребенок от предателя - Ксения Богда

Звонит Вероника, только не жена…

– Да, привет, – стараюсь убрать из голоса напряженность.

Слушаю тихое дыхание, голоса на заднем фоне, песни.

– Привет, я не отвлекаю тебя? – нежный голос Ники проходится лекарством по моим взорванным нервам.

– Привет, да нет. Как вы?

Она смеется. Тихо так, но каждый выдох попадает стрелой в самое сердце.

– Кир с Кирой сидят смотрят какой-то увлекательный мультик. А я вот, по тебе соскучилась. Решила позвонить.

– Это ты хорошо решила, – сам не могу скрыть улыбку, несмотря на происходящий трындец.

Малышу надоедает молчать, и он снова разражается громким криком.

– Тш, тш, ты чего?

– Ой, ты у жены? Я не знала, прости…

И я понимаю, что она сейчас прервёт вызов.

– Стой, Ник. Не сбрасывай.

Вздох, и она остается в нашем разговоре.

– Я приехал к Веронике, чтобы показать тест ДНК, забрал как раз утром. А тут…

Обрываю себя. И что я скажу?

– Что там случилось, Леш? – напряжение в голосе Ники, слышать его подобно пытке.

– Тут ребенок один. А Вероники нет… и телефон выключен.

Ника оглушительно вздыхает, а я крепче сжимаю телефон в руке.

– И я не знаю, что с ним делать. Он плачет почти все время с момента, как я приехал.

– Проверь памперс. Покорми. Боже, как она могла оставить его одного?

– Понятия не имею, – рычу сквозь зубы.

Малыш вздрагивает. Красный уже от крика.

– А как памперс менять? Я его еле решился на руки взять, Ник. А тут что-то с ним делать…

Меня охватывает дикая паника, когда я представляю, что мне придется малыша как-то раздеть, а потом умудриться одеть. И Ника, видимо, замечает моей истерическое состояние. Я сам себя за него мысленно матерю. Но я не имею намерения навредить новорожденному ребенку.

– Так, выдохни. Продержись минут десять и пришли адрес. Я приду, помогу тебе, Леш.

Сдуваюсь.

– Тебе не сложно, Ник?

Она грустно смеется.

– Нет, не сложно. Я не могу оставить тебя в беде.

– Спасибо, родная. Сейчас пришлю.

Быстро закругляю разговор и скидываю сообщение. Включаю музыку на телефоне, и малыш замолкает. Снова прислушивается к звукам.

– И что нам с тобой теперь делать?

Глава 31

Ника

Начинаю метаться по комнате. Не понимаю, за что хвататься, в итоге решаю сначала спросить у Киры, сможет ли она посидеть с Кириллом.

– Сестренка, – забегаю в зал и выдыхаю.

Кира поднимает глаза и замирает с горстью попкорна. Они расположились на полу в окружении всяких подушек. Кирюшка на меня даже не отвлекается, внимательно следит за происходящим на экране.

Машу Кире, чтобы она вышла со мной в соседнюю комнату. Не уверена, что говорить о Леше при Кирюшке – хорошая идея. Сын может попроситься со мной, но пока я не уверена, что это будет правильно.

– Ты чего как после тренажерного зала? – округляет глаза Кира и все же отправляет в рот лакомство, которое она вынесла, когда выходила.

– Ты можешь побыть с Киром? – киваю на сына.

Сестра прослеживает за моим взглядом, будто тут есть ещё кто-то кроме нас троих.

– Что случилось? – хмурится.

Вздыхаю.

– Там у Леши ЧП случилось.

Сестра цокает и закатывает глаза.

– Какое опять? Мне кажется, вы уже все что можно пережили. Или есть ещё что-то?

Я понимаю Киру, она переживает за мое спокойствие, потому что все эти дни я была сама не своя и постоянно как на иголках. Ждала каких-то новостей от Леши. Казалось, что вот он позвонит и скажет, что все в порядке. Жены больше нет…

Только вот ребенок-то останется. Но с его наличием я со временем смогу как-то смириться. Надеюсь…

– Ну что там, Ник? Не тяни резину, – щелкает пальцами перед глазами сестра, и я вздрагиваю.

– Там у Леши жена сбежала и оставила в квартире новорожденного ребенка.

Кира издает странное кряхтение.

– Скажи, что ты шутишь.

Кривлю губы и медленно мотаю головой.

– Боюсь, что с таким Леша не стал бы шутить.

– Мать его… я даже не могла подумать, что его женушка такая сволочь. Сколько ребенку?

Задумываюсь. Пытаюсь вспомнить, когда Леша меня огорошил новостью, что Вероника родила.

– Кажется, около недели.

Кира выдыхает.

– С ума сойти.

Складываю руки в молитвенном жесте и хлопаю глазками, чтобы растопить сердце сестры. Хотя я и так не сомневаюсь, что Кира не откажет.

Сестра надувает губы.

– Не, если у тебя планы, ты только скажи, – обхватываю её руки, – я не хочу, чтобы из-за нас у тебя что-то не получилось.

Кира фыркает и толкает меня в сторону двери.

– Иди уже, а Кирюшку я чем-нибудь займу. Только не пропадай. Держи меня в курсе дела, – грозит пальцем и вручает мне мой телефон.

– А…

– Иди, иди.

Меня чуть ли не силком выпихивают из квартиры, и я выдуваю через нос весь воздух. Ладно, этот этап пройден. Теперь как-нибудь бы справиться с тем, что мне сейчас придется увидеть новорожденного ребенка Леши.

А это пострашнее, чем разговор с сестрой. Боюсь, что я почувствую ревность или зависть, потому что Леша будет с этим ребенком с самого начала. А Кир был без него.

Щиплю себя за щеки и встряхиваю головой.

Ну что за бредовые мысли? Это ребенок, и сейчас ему нужно как-то помочь, потому что внезапно мама решила его бросить одного в квартире.

Чуть ли не перебегаю два двора и оказываюсь перед домом Леши. Задираю голову. Осматриваю дом, который ничем особо не отличается от дома сестры. Встряхиваюсь и иду к двери, сверяюсь с телефоном, где полный адрес Леши, и киваю, подходя к нужному подъезду. Набираю номер квартиры и терпеливо жду, когда мне откроют.

– Ник, это ты? – раздается голос Леши, а на фоне слышу плач ребенка, и у меня в груди все обмирает.

– Да, Чип и Дейл спешат на помощь, – смеюсь, стараясь разрядить обстановку.

Домофон пикает, и я проникаю в подъезд. Лифт. Нужная дверь, которая уже распахнута в ожидании моего появления. Детский плач придает мне скорости. Захожу и сбрасываю обувь. Кладу сумку на тумбочку. Звуки из комнаты, но я первым делом пытаюсь найти ванную.

– Леш, а где ванная? – стараюсь сильно не повышать голос, но при этом говорю так, чтобы он меня услышал.

Он выходит с ребенком на руках, и у меня сердце перестает биться. Такой растерянный, постоянно косится на плачущего малыша.

– Спасай, – произносит одними губами.

Улыбаюсь.

– Руки помыть надо.

Леша испуганно хлопает глазами.

– Блин, я, кажется, их не мыл, когда зашел.