Аллоды онлайн II Тайны Сарнаута - Иван Соловей

— О, милый, это твои друзья! — зазвенела она и принялась радостно здороваться за руку с Кузьмой, Мишей и Лбом, как-то ловко не заметив Матрену и Лизу. — Ох, как мне приятно! Друзья капитана — мои друзья! Я Гелла, но вы, конечно, и так меня знаете… Ха-ха-ха… У меня одна из главных ролей!

Я в ответ на удивленные взгляды промычал что-то невразумительное, пытаясь вспомнить момент, когда перешел с ней на «ты».

— Вы знаете, мне предстоит сыграть эльфийку! — понизив голос продолжала Гелла и, прикрыв рот эльфийским веером, словно боялась, что кто-то еще может услышать ее, затрепетала своими длиннющими ресницами. — Вот, вживаюсь в роль…

Я, не удержавшись, посмотрел на Лизу, на лице которой отобразилось все презрение мира.

— Уже поздно, мы, пожалуй, вернемся в Незебград, — сухо произнесла Матрена, и они с Лизой, синхронно развернувшись, вдвоем зашагали в сторону площадки телепорта, окатив нас всепоглощающим холодом.

— Ах, мне тоже пора бежать! — воскликнула Гелла и я снова удостоился хлопка веером по плечу. — Ники, милый, не уходи далеко, попозже я тебя найду!

Она, одарив всех на прощание очаровательной улыбкой, вернулась в павильон.

— Ники, милый?!!

— Лучше не надо, Орел, — предупредил я.

— Хорошо, хорошо… Ники! Ты, похоже, времени зря не тратил.

— Да нет… Я Яскера играл… А как там съемки Хранителей? — постарался я перевести тему.

— Давно закончились и все уже разъехались по домам, — ответил Миша. — Но еще не все отсняли и завтра будет продолжение. Не представляю, сколько времени это может занять.

— Понятно. Здесь где-нибудь кормят?

— У телепорта есть передвижная кухня. Но думаю, целесообразней будет вернуться в Незебград.

— Я хотел еще тут погулять, — покачал головой я.

— Кто бы сомневался, — хохотнул Орел, выразительно глянув на павильон, где скрылась красивая актриса.

— Мне просто интересно посмотреть еще на какие-нибудь съемки! Раз уж мы и так здесь…

Лоб и Кузьма, несмотря на дурацкое хихиканье и подковырки, все же разделяли мое мнение и остались, Михаил же решил телепортироваться назад в столицу, чтобы завтра с утра, ко второму дню съемок, быть в форме.

— Очкастый зануда!

— Безответственные лоботрясы!

Обменявшись с ним на прощание дружескими любезностями, я, Кузьма и Лоб отправились бродить по обширной территории «Фабрики Грез», заглядывая во все павильоны подряд. Самыми любопытными казались те, где обнаруживались Лигийские декорации: канийские, эльфийские или гибберлингские интерьеры и предметы быта. Все было в новинку. А в одном из самых удаленных и непрезентабельных ангаров мы обнаружили одного из братьев Люмер, открывших возможность создавать «подвижную историю». Я ел пятую порцию мороженного и чувствовал себя маленьким ребенком, которого привезли в интересный музей. Орел теперь называл меня исключительно «Ники, милый», но я не обращал внимания, понимая, что если поддамся на провокацию, прозвище приклеится ко мне навсегда.

— Если мой проект по строительству новой ХАЭС за три дня не будет принят к рассмотрению, я снимаю с себя всю ответственность! — ругался Сарбаз Люмер. — Я осуществляю техническую поддержку всего процесса и сразу вам сказал, что этот процесс — дорогое удовольствие. Нужно очень много света!

— Но вы и так уже превысили все лимиты. Почти вся ХАЭС на вас только и работает! Вы могли бы использовать магическую эссенцию!

— Что? Магическая эссенция? Товарищ Фурцина, вы действительно считаете, что мы сможем работать с этим?! Какая вопиющая безграмотность!.. Ну хорошо, несите ее сюда… Но это безобразие, так и знайте!

Товарищ Фурцина, уставшая от разговора со светилом науки, поспешила удалиться.

— Все говорят о том, какой масштабный у нас проект. Кучу золота, говорят, выделили! А работать приходится в абсолютно нищенских условиях! — ворчал он ей вслед.

— А это для чего? — я с интересом ткнул пальцем в крошечных размеров астральный корабль с парусами, на который было направлено много света.

— Реквизит для одной из самых главных сцен! Нужно запечатлеть горящий канийский корабль. И что вы думаете? Выделили нам корабль и горючее? Держите карман шире! Ты, говорят, ученый, придумай что-нибудь! — увидев новых слушателей с удвоенной силой начал негодовать Люмер.

— И теперь вы будете снимать этот маленький макет? — с сомнением протянул Орел.

— Попробую его поджечь. Если запечатлеть его вблизи, может и получится… Лучше бы получилось, иначе все пропало!

Работа закипела: техники облили корабль горючим и, вооружившись на всякий случай огнетушителями, отошли подальше, чтобы не попасть в кадр. Прибор Сарбаза Люмера затарахтел и один из сотрудников съемочной группы поджег макет, вспыхнувший так ярко, словно произошел маленький взрыв.

— Ох, как горит! Прекрасно горит! Хм, а быть может, за этим будущее?.. Идея! Запечатлеть Великий Катаклизм! Вот это будет… Это будет внушительно!..

— Ники, вот ты где!

Я уже и думать забыл про Геллу, но она все-таки меня разыскала и повисла на шее, как у старого знакомого.

— Друзья, пойдемте скорее, там начинается вечеринка! — радостно обратилась она ко всем.

— Жизнь смертных слишком коротка, чтобы тратить ее на подобные глупости, — проворчал Сарбаз Люмер, вызвав печальные вздохи у своих помощников.

Мы же не были связанными никакими обязательствами и поэтому сразу отправились на местечковый праздник.

— Заслуженный отдых после трудового дня! Все актеры, организаторы, художники… самый цвет культурной Империи! — щебетала Гелла по дороге.

Народу и впрямь оказалось много. На поле, где днем маршировали Хранители, теперь горел костер, а вокруг расположилась вся съемочная группа с нехитрыми закусками. Стоял шум разговоров, где-то играл граммофон, но его звуки терялись на таком большом пространстве. Я не заметил, как в моей руке сами собой появились тарелка с бутербродами и простой граненый стакан с подозрительно мутной жидкостью. Гелла потащила нас в самую гущу веселящейся компании, попутно представляя своих знакомых, но половину имен я не расслышал, а вторую просто не запомнил. Напиток слегка ударил в голову и вскоре я перестал чувствовать себя чужаком, даже несмотря на то, что большую часть разговоров не понимал: все вокруг говорили о каких-то спектаклях, известных личностях, и связанных с ними слухах и сплетнях.

И все же здесь было хорошо. Меня окружали довольные, счастливые люди, орки, и даже Зэм, невольно заражая своим весельем и делясь ощущением праздника. Чем больше темнело на улице, тем громче становился смех, откровенней разговоры и