Срок годности жены - Натаэль Зика

И Полина умчалась за своим супругом, и Арина тут же выбросила этот разговор из головы.

Ох, зря она тогда отнеслась к советам скептически! Надо было на ус мотать и на всякий случай готовить отступление.

«Но нет, я же мужа люблю и полностью ему доверяю! Мы двадцать лет вместе, у нас двое детей – он никогда со мной так не поступит!

Дура наивная!»

Вздохнув, Арина вышла из столовой и, минуя кухню, сразу поднялась в смежную спальню. Вообще-то эта комната принадлежала ей, но теперь муж приказал, чтобы она освободила её от своих вещей.

До ушей донёсся женский смех, и глаза Рины выхватили узкую полоску света из-за приоткрытой створки входа в смежное помещение. Вспыхнув, она потянула ручку на себя, плотно закрывая дверь и отрезая всё звуки.

Ещё и шпингалет задвинула.

А потом прижала ладони к горящим щекам – они там… что?

«Господи, он совсем сошёл с ума – дети дома, я… Нет, я уйду не завтра, а прямо сейчас! Домик так домик, всё равно пока мне больше некуда…»

Арина оббежала глазами комнату и на мгновение замерла: «Говоришь, освободить её? Как скажешь, дорогой, как скажешь!»

Больше не раздумывая, она сдёрнула с кровати покрывало и бросила его на пол. А потом стала скидывать на него вещи из шкафа. Сначала платья, блузки, юбки. Потом туда же вывалила из ящиков бельё, носки, колготки. Один узел был готов. Арина отодвинула его в сторону, на его месте расстелила простыню и...

И в этот момент в дверь кто-то поскрёбся.

Арина замерла.

Деликатное постукивание повторилось.

- Мам!

-Мама, открой!

«Мальчики?!»

Она распахнула дверь и воззрилась на взъерошенных братьев.

- Мы к тебе, - старший сориентировался первым и шагнул через порог.

Игнат следовал в фарватере.

Арина молча отступила, позволяя им войти.

- Мам, - Игорь избегал смотреть ей в глаза, - ты не думай, мы с тобой, но отец…

- Папа сказал, что так надо, - пробормотал Игнат. – Что ты обязательно всё поймёшь и не станешь ломать нам жизнь.

- Ломать… вам? – она не сдержала удивления.

- Да! – закивал младший. – Папа теперь не простой бизнесмен и должен придерживаться определённых правил. Ну, как в моей гимназии – есть дресс-код, есть писаные правила, а есть неписаные. И если вторые не соблюдать, то формально ты ничего не нарушаешь, а по факту ты становишься изгоем.

- Мам, - добавил старший, – я видел, какие красотки сопровождают мужчин его уровня. Прости, но ты и вправду не дотягиваешь! С тобой отец будет там белой вороной, а это смерть для бизнеса. Кто захочет иметь дело с погрязшим в прошлом человеком? Решат, что Усольцев консерватор, держится за старьё и отвергает любые инновации. Что он не способен на креативные решения, понимаешь?

- И вы пришли сюда, чтобы…

- Чтобы ты не думала – мы тебя любим! – с жаром воскликнул Игнат, - но отец – главный. Он был вынужден принять сложное решение – не ради себя, ради нас! Ради семьи!

В этот момент со стороны смежной спальни раздался протяжный женский стон.

Не столько громкий – всё-таки, разделяющие комнаты стена и дверь большую часть звука глушили – сколько красноречивый.

У Игната кумачом заполыхали уши, Игорь просто опустил голову, избегая смотреть на мать.

- А это, видимо, голос его совести, - пробормотала Арина. – Я вас поняла, мальчики, можете идти к себе.

- Мама, не руби с плеча! Я знаю, ты ищешь выход, но он у тебя только один – выполнять волю отца! И тогда никто не пострадает.

- Всё будет хорошо, правда, мам! – младший погладил её по руке. – Папа нам всё объяснил! Он тебя любит и благодарен за всё, что ты для нас делаешь. Просто обстоятельства изменились, а ты – нет. И если ничего не предпринять, то потеряем все мы.

- А так теряю только я одна. Что ж, правильный выбор, - горько констатировала Рина.

- Мама! – старший вскинул руку и шагнул к ней.

- Хватит! – остановила она его порыв. – Вы пришли меня поддержать и объяснить, что я всё неправильно поняла, что ваш отец жертвует не мной, а собой? Считайте, миссия выполнена. А теперь берите узлы и несите их в домик прислуги.

Братья растерянно переглянулись.

- Что? Не хотите помочь матери? Тогда я вас не задерживаю.

- Ты… Ты правда переезжаешь? – недоверчиво переспросил Игнат.

- И утром не будет скандала? – поддержал его Игорь. – Ты не станешь бросаться на Веронику и бить посуду?

- А должна?

- Ну, не знаю…, - протянул Игорь, внимательно следя за матерью. – Отец говорит, что женщины часто неадекватно реагируют на перемены. Даже на самые полезные и позитивные.

- Я не собираюсь ни на кого бросаться, - ровным голосом ответила она.

И мысленно добавила: «Но как раньше уже ничего не будет. Папа обманул вас, мальчики!»

- Отнесёте? - она коснулась носком домашней туфли ближайшего узла. – Тут ещё много, а я одна.

- Отнесём, - ответил Игорь и поднял первую кипу. – Где там оставить?

- Да прямо в прихожей, только проход не загромождайте. Я потихоньку всё сама разберу, - произнесла она и вернулась к шкафу.

«Главное не плакать! Не надо показывать детям, насколько мне больно от их слов. Когда-нибудь они поймут, что с нами сотворил их отец!»

Пока сыновья перетаскивали узлы, она методично освобождала комнату от своих вещей. А потом выгребла весь текстиль, сняла шторы и прочие атрибуты, делавшие помещение уютным и жилым.

Наверное, это было глупо, мелочно, но ей не хотелось оставлять захватчице и предателю ни малейшего о себе напоминания. Её бы воля – очистила бы весь дом, ведь каждую нитку, каждую деталь интерьера выбирала она сама!

Но на это не было времени, да и места. И к тому же, Вадим мог заинтересоваться поднятым шумом, зарубить идею на корню, а то и попытаться жену наказать. После его поступка, Арина уже ничему