Владимир Высоцкий - Владимир Семенович Высоцкий

Отмечены в виде невидимых вех,

Что могут хранить и беречь нас.

Горячий нектар в холода февралей —

Как сладкий елей вместо грога, —

Льет звездную воду чудак Водолей

В бездонную пасть Козерога.

Вселенский поток и извилист и крут,

Окрашен то ртутью, то кровью, —

Но, вырвавшись мартовской мглою из пут,

Могучие Рыбы на нерест плывут

По Млечным протокам — к верховью.

Декабрьский Стрелец отстрелялся вконец,

Он мается, копья ломая, —

И может без страха резвиться Телец

На светлых урочищах мая.

Из августа изголодавшийся Лев

Глядит на Овена в апреле.

В июнь — к Близнецам свои руки воздев,

Нежнейшие девы созвездия Дев

Весы превратили в качели.

Лучи световые пробились сквозь мрак.

Как нить Ариадны конкретны, —

Но и Скорпион, и таинственный Рак —

От нас далеки и безвредны.

На свой зодиак человек не роптал —

Да звездам страшна ли опала! —

Он эти созвездия с неба достал.

Оправил он их в драгоценный металл —

И тайна доступною стала.

<1974 или 1975>

I. Инструкция перед поездкой

за рубеж, или полчаса в месткоме

Я вчера закончил ковку,

Я два плана залудил, —

И в загранкомандировку

От завода угодил.

Копоть, сажу смыл под душем,

Съел холодного язя, —

И инструктора послушал —

Что там можно, что нельзя.

Там у них пока что лучше

бытово, —

Так чтоб я не отчубучил

не того,

Он мне дал прочесть брошюру —

как наказ,

Чтоб не вздумал жить там сдуру

как у нас.

Говорил со мной как с братом

Про коварный зарубеж,

Про поездку к демократам

В польский город Будапешт:

«Там у них уклад особый —

Нам так сразу не понять, —

Ты уж их, браток, попробуй

Хоть немного уважать.

Будут с водкою дебаты —

отвечай:

«…Нет, ребяты-демократы, —

только чай!»

От подарков их сурово

отвернись:

«…У самих добра такого —

завались!»

Он сказал: «Живя в комфорте —

Экономь, но не дури, —

И гляди не выкинь фортель —

С сухомятки не помри!

В этом чешском Будапеште —

Уж такие времена —

Может, скажут «пейте-ешьте».

Ну а может — ни хрена!»

Ох, я в Венгрии на рынок

похожу,

На немецких на румынок

погляжу!

Демократки, уверяли

кореша,

Не берут с советских граждан

ни гроша!

«Буржуазная зараза

Все же ходит по пятам, —

Опасайся пуще глаза

Ты внебрачных связей там:

Там шпиёнки с крепким телом, —

Ты их в дверь — они в окно!

Говори, что с этим делом

Мы покончили давно.

Могут действовать они

не прямиком:

Шасть в купе — и притворится

мужиком, —

А сама наложит тола

под корсет…

Проверяй, какого пола

твой сосед!»

Тут давай его пытать я:

«Опасаюсь — маху дам, —

Как проверить? — лезть под платье —

Так схлопочешь по мордам!»

Но инструктор — парень дока,

Деловой — попробуй срежь!

И опять пошла морока

Про коварный зарубеж…

Популярно объясняю для

невежд:

Я к болгарам уезжаю —

в Будапешт.

«Если темы там возникнут —

сразу снять, —

Бить не нужно, а не вникнут —

разъяснять!»

Я ж по-ихнему — ни слова, —

Ни в дугу и ни в тую!

Молот мне — так я любого

В своего перекую!

Но ведь я — не агитатор,

Я — потомственный кузнец…

Я к полякам в Улан-Батор

Не поеду наконец!

Сплю с женой, а мне не спится:

«Дусь, а Дусь!

Может, я без заграницы

обойдусь?

Я ж не ихнего замесу—

я сбегу,

Я на ихнем — ни бельмеса,

ни гуту!»

Дуся дремлет как ребенок.

Накрутивши бигуди, —

Отвечает мне спросонок:

«Знаешь, Коля, — не зуди!

Что ты, Коля, больно робок —

Я с тобою разведусь! —

Двадцать лет живем бок о бок —

И все время: «Дуся, Дусь…»

Обещал, — забыл ты нешто?

ну хорош! —

Что клеенку с Бангладешта

привезешь.

Сбереги там пару рупий —

не бузи, —

Мне хоть чё — хоть чёрта в ступе —

привези!»

Я уснул, обняв супругу —

Дусю нежную мою, —

Снилось мне, что я кольчугу.

Щит и меч себе кую.

Там у них другие мерки, —

Не поймешь — съедят живьем, —

И всё снились мне венгерки

С бородами и с ружьем.

Снились Дусины клеенки

цвета беж

И нахальные шпиёнки

в Бангладеш…

Поживу я — воля божья —

у румын. —

Говорят — они с Поволжья,

как и мы!

Вот же женские замашки! —

Провожала — стала петь.

Отутюжила рубашки —

Любо-дорого смотреть.

До свиданья, цех кузнечный,

Аж до гвоздика родной!

До свиданья, план мой встречный.

Перевыполненный мной!

Пили мы — мне спирт в аорту

проникал,