Карнавал Безумия. Хроники саморазрушения в стиле панк - Миша Бастер

М. Б.: В те годы «ответственным» за междугородние панк-связи был Ник Рок'н'ролл, который активно перемещался по СССР.

А. Ч.: Егор рассказывал мне, что он играет жёсткую панкуху и на сцене херачит себя до кровищи стеклом. И наконец-то в клубе Попова состоялся какой-то концерт, типа фестиваля, там и выступал как раз Ник. С ним играл Чех на басу, на барабанах сидел, по-моему, Зайчиков, Уксус – на гитаре, а сам Ник соловья давал. Уксус, с которым Ник заявился, – московский чувак, широко известный в узких кругах. Когда Ник схватил бутылку от пепси-колы и начал бить её об стойку, а потом себе колбасить вены (кровищи было…), я подумал: «Не дай бог, позовет на брудершафт вены резать. Ну, я по армейской привычке, короткими перебежками, подальше пересел. Так и познакомились.

После записи «Красного марша» началась активная программа концертов. Новосибирский рок-клуб договорился с руководством Уфимского рок-клуба о выступлении «ПУТТИ» в Уфе, и впереди наметилась первая серьёзная поездка. Перед концертом я успел нарисовать нам майки с изображением серпа и молота, а Селиванову – с надписью «Смерть противникам перестройки!». У Селиванова с весны 1988 года началась активная творческая деятельность. Параллельно с «ПУТТИ» он играл в «Гражданской обороне» и участвовал в проекте «Коммунизм». А в июне 1988 года и вовсе замутил свой собственный проект – «Промышленная архитектура». Чех тоже постоянно находился «на чемоданах»: помогал Лукичу, Селиванову в «Промышленной архитектуре», позднее – «Мужской танец». На «ПУТТИ» сил почти не оставалось. Поэтому мы решили, что пока возьмем себе нового басиста, а как Чех наиграется, примем его обратно с большим удовольствием. Так и вышло, впрочем!

С уходом Селиванова мы опять вернулись к своему дебил-року: по старой доброй «ПУТТИвской» традиции снова мазали рожи гримом. Саша Келемзин уже духовно окреп и был готов стать лидер-гитарой группы. На всех наших выступлениях стало нормой, что если на первых рядах сломаны стулья – значит, концерт удался. Многие ДК нас боялись пускать к себе, мотивируя тем, что наши слушатели неадекватны и скачут, как придурки, вместо того чтобы наслаждаться концертом, прижав жопы к стульям. Впрочем, мы и сами были редкими отморозками, и с нами происходило всякое. 26 июня 1988 года мы приехали в Тюмень. Организация мне понравилась. Первое моё впечатление – когда мы приехали на вокзал. Встретила нас группа «Инструкция по выживанию», сам Рома Неумоев поразил меня наповал, как «шашкой по яйцам»: чувак выбрил себе лысину, как у Горбачёва, и даже, по-моему, нарисовал губной помадой его родимое пятно.

Мурзин пару раз привозил их в Новосибирск до этой встречи, но я помнил только то, что текстами они точно способны были убить, а Неумоев постоянно красовался в пиджаках. Потом увидел знакомые все лица: Егор, Янка, Ник Рок'н'Ролл. В конце фестиваля начала собираться всякая гопоть тюменская. Времена были такие, что ни один концерт не обходился без потасовок. Человек триста, не меньше, с палками и дубинками, как первобытные люди, с фанатичными и страшными глазами окружили фестиваль. Страшновато, если честно. Не знаю, чем всё закончилось – возможно, очередным побоищем, но музыкантов эти дикари не трогали, поэтому мы без потерь добрались до вокзала и сели на поезд до дома.

В Москве намечался крупный фестиваль «Сырок-88», и Роник готовился туда ехать в составе «Промышленной архитектуры» и группы «БОМЖ». Мы же должны были дать кон церт в ДК МЭИ, и найти барабанщика. Или не ехать. Нашли пионера который умел держать палочки в руках, и наказали ему тупо держать ритм, не выделываться с брейками и переходами, а то собьётся, и мы все обсереимся. Перед поездкой в Москву у нас хватило времени только на одну репетицию. Мы прибыли в МЭИ за день до концерта, поселились в студенческой общаге и выдвинулись на фестиваль «Сырок-88». С наглыми мордами пробрались в гримёрку, а там уже все свои: Селиванов, Роник, весь состав «Гражданской обороны». Роник уже отыграл с «БОМЖом», сегодня он долбил в «Промышлениной архитектуре», а потом согласился остаться с нами в Москве, тем более что нашу программу он знал идеально. Мы тогда успели немного побродить по Москве. В МЭИ мы играли вместе с Александром Лаэртским. Он мне тогда куртку испортил: попросил её перед концертом, чтобы выступить. Я только перед поездкой в Москву купил новую монгольскую кожаную куртяху, до сих пор помню, какая была тонкая прекрасная кожа. А он её, значками истыкал всю!!! Потом пришлось её кому-то подарить… Сейчас смешно вспоминать!

Потом появился организатор фестиваля в кинотеатре «Космос» и предложил поиграть на следующий день. В гримерке в очередной раз накладываю на рожу боевой раскрас, а в отражении зеркала вижу двух девушек, которые раздеваются догола. Подходят к зеркалу и начинают возле меня лепить себе изоленту между ног. Я чуть слюной не подавился и на сцену со стояком пошел. Оказывается, это была шоу-группа «НИИ Косметики», во время концерта они тыкали друг в друга резиновым бревном. На концерт поддержать нас пришли Димка Селиванов и Егор Летов. Пока я любовался отражением дам из «НИИ Косметики», Селиванов разглядел среди присутствующих лидера группы «Talking Heads» Дэви да Бирна. Димка умудрился взять у него автограф, который тот увековечил прямо в паспорте Селиванова. В Москве мы немного заскучали, и возникла идея рвануть в Питер. Про вписку никакой договоренности не было, решили импровизировать. Сходили до «Сайгона» – великого места сбора питерской тусовки. Эрмитаж, естественно, не могли обойти стороной. Первое, на что я обратил внимание, это на то, что – в Питере нет этой дурацкой усталости от суеты. Вроде туристы снуют в том же количестве, что и в Москве, но всё равно хочется идти и всё рассматривать. Мы даже встретили Славу Задерия, основателя группы «Алиса». К вечеру Елена и Светлана повели нас на флэт. По дороге зашли в Ленинградский рок-клуб, но, к сожалению, там никого не встретили, кроме барабанщика «Автоматических удовлетворителей». И вот перед нашими глазами появляется жилой дом – то ли под снос, и толи на реставрации, а в каждой квартире что-то происходит: репетиционные точки, места для тус. Инструменты мы взяли с собой, поэтому подключились и поиграли для местных ребят. Этот волшебный дом произвел на меня сильное впечатление. Думаю, это мечта музыканта в любом городе. А главное – дом находился в центре.

М. Б.: Судя