Карнавал Безумия. Хроники саморазрушения в стиле панк - Миша Бастер

А дальше, среди окаменевших от холода сосен и пышных невзрачных помоек, где не хватает поэзии в лицах прохожих, стояло и стоит торговое училище с огромным количеством молодых учениц (потенциальных продавцов в колбасные отделы страны). Там я постигал ремесло с молодыми джентльменами, не желавшими нормально работать и отвергавшими физический пролетарский труд на корню. Среди них были Дмитрий Истомин, – один из создателей «ПУТТИ», первый вокалист и автор лучших текстов за всю историю группы; Михаил Болярский, который постигал первые попытки звукарить нас, и спасибо ему отдельное за знакомство с Игорем Барсуковым (который стал нашим директором и тур-менеджером); Борис Кардымон, который в 1989 году стал нашим бас-гитаристом, а сначала обсирал нас, сравнивая с какой‐то группой «Футбол». И было это в 1983 году.

Первая репа происходила в частном бараке по ул. Большевистской. Вместо ударной установки я зажал между ног пластик от рабочего барабана, купленного по такому важному случаю. Истомин пел на тарабарском, будто соловей, обслушавшись Холдера из группы «Slade». В будущем пение на тарабарском языке помогало придумывать новые песни, если нет готового, заранее написанного текста. Намычал, натарабанил, а потом впихнул человеческие слова. Раз – и готово. Ну, либо как чукчи – что видишь, то поёшь. И вот на этой репетиции присутствовал Олег К. (студент НЭТИ), сочувствующий нашим потугам. Во время наших творческих экспериментов, дабы не уснуть от скуки, он листал энциклопедию с полки. И вдруг выдал: «Ребята, а как вам название “ПУТТИ“?» (с итал. – изображения мальчиков, обычно крылатых)». Истомин заорал, что это круто, как итальянская эстрада! Родители же изначально положительно отнеслись к моим музыкальным порывам, лишь бы вермут по подъездам не пил да шапки с честных граждан не стаскивал. И всё началось по-взрослому: 14 апреля 1983 года мы считаем днем рождения группы «ПУТТИ». Вскоре жизнь свела с Димой Радкевичем, настоящим стилягой, длинным, как дядя Степа, который начал духовно и материально помогать группе, и без него вряд ли у нас что-либо получилось.

С момента основания «ПУТТИ» мы думали, что играем хард-рок или хеви-метал на крайний случай. Это убеждение жило до тех пор, пока Дима Радкевич не взял с собой на работу очередной наш альбом. Тогда он работал в ДК «Чкалова» звукорежиссером вместе с Николаем Катковым, он же Кока. Кока – человек творческий и чуткий, много чего наворотил для музыкального пространства Сибири. А лично для меня его тексты были просто гениальными. И когда он услышал нас, то сказал, что это настоящий панк-джаз. Так мы и узнали, что мы панки и судьба у нас далеко не «металлическая». Дебют наш состоялся на музыкальном фестивале «Пятёрка-85», который проходил в Академгородке. Нас поставили последними, как сейчас хэдлайнеров. Такого количества групп я даже представить не мог – этакие лихие комсомольцы с гитарами наперевес а-ля «Битлы». К дебюту мы подготовились основательно. В гримёрке намазали морды гуашью, нацепили булавок на одежду килограмм по пять, волосы покрасили флуоресцентной краской из мягких тюбиков. После дебюта с боевым раскрасом и выключенным звуком нами заинтересовались организаторы фестиваля во главе с ректоратом НГУ (Академгородок) и пригласили нас к себе. Мы подумали, что если бы нас хотели повязать, то давно бы это сделали, ещё в Новосибирске. Скорее, им было просто любопытно посмотреть на нас в нормальном блике. Когда мы вошли в кабинет, за большим столом нас ожидали пара журналисток, мужики, подозрительно рассматривавшие нас сверху донизу, как на картинке «Родина слышит», и кто-то из руководства НГУ (возможно, и сам хозяин кабинета). С нами вежливо поздоровались, попросили присесть и объяснили причину вызова. Сейчас это называется пресс-конференция, а тогда это был вечер вопросов и ответов. Главные вопросы: «Что вы хотели сказать своей музыкой? Зачем раскрасили морды? Нужно ли это нашей советской молодежи, когда есть другие ВИА, которые не ведут себя так дико, как мы, хотя тоже играют громкую музыку?» Потом нас отпустили с миром. Как выяснилось чуть позже, – это были просто смотрины идеологических врагов государства.

Потом начался армейский период с массой сумасшедших рассказов, которые я изложил в книжке «Кайфовые хроники». Там и про то, как я попал в войска МВД, носил милицейскую форму, как Штирлиц, как научился делать татуировки, и как меня чуть не осудили за то, что нарисовал неандертальца вместо Ленина в армейскую стенгазету. Но самое важное из всего, что произошло, – то, что в Омске произошло знакомство с ребятами из «Пик Клаксон» и «Гражданской обороны», которые навещали меня в части, и с которыми я репетировал в составе группы «Кайф» и тусовался каждую свою самоволку и увольнение.

М. Б.: Давай с этого места поподробнее.

А. Ч.: Когда я я впервые увидел Егора, то соврал, что слышал «Гражданскую оборону», и он невероятно обрадовался, что его группу слышали и за пределами Омска. Тогда его музыкальное погоняло было «Дохлый», а чуть позже он придумал себе псевдоним «Егор». Я ещё спросил: «А почему Егор?» На что получил ответ: «Мне нравится. Круто же звучит – Егор Летов и «Гражданская Оборона» А меня обозвал «Шура Мэднесс», из-за любви к этой зарубежной группе. Встречались мы в первый раз в нашей армейской столовой, и я отметил: по поведению Егора было видно, как ему фиолетово, где он сейчас находится. Скорее всего, он и не задумывался, что зависает в ментовской клоаке, хотя это и военные менты, а не пузаны с усами в форме копыт, которые докапывались по всяким пустякам. В помещении все сняли головные уборы, одежду. Картина маслом: в ментовской столовке собрались неформалы, враги, так сказать, социалистического строя. Егор сидел в своей чёрной рубахе с булавками – позже он набубенил на ней «Анархию», а пока на ней красовался пацифик. Все волосатые, у Бэба (Олег Лищенко) ирокез, джинсовая жилетка в булавках. Представляю, если кто зашёл бы из офицерья в комнату, наверное, сразу бы к кобуре за пестиком потянулся.

Потом я попал в гости к братьями Лищенко («Пик-Клаксон») и осознал, что всё тут было как у нас в Новосибе, только гораздо круче! Ударная установка в углу у окна, пульт (микшер), какие-то усилки, бытовые, само собой, колонки, катушечный магнитофон «Нота», микрофонная стойка, гитары, банджо, какие-то дудочки-фигудочки, ну просто полный шок! Рассказали о своих проектах, включили записи «Пик-Клаксона», «Гражданской обороны», Егор сказал,