Танец Грехов - Павел Калашников

Перед мальчиком стояла фигура его матери. Такая настоящая и живая, в тех самых мехах и одеждах, которые он застал на ней в последний раз. Длинные каштановые волосы, кудрявые и длинные, миловидное лицо, тонкие губы, голубые глаза. Мальчик вспомнил, как играл с матерью, как собирал с ней грибы, как она учила его молитвам и как они дружно обедали перед идолами богов. Но потом…

— Почему ты ушла? — Мать в ответ улыбнулась и погладила своего сына по голове, крепко прижав к груди. Бушуй не сдержал слёз и разрыдался. — Я ждал тебя! Папа говорил, что ты умерла, что тебя схватили демоны железа! Но я знал, знал, что ты жива!

— Ты был прав, мой мальчик. Прости, но я не могла иначе…. — Она поцеловала его в лоб и потрепала за волосы. — Я не могу оставаться с тобой слишком долго. Этот человек, которого вы зовёте Вороном, очень хороший. Он хочет помочь тебе, Бушуй. Если хочешь, чтобы мы снова встретились, обязательно слушай и делай то, что он велит и не задавай ему вопросов. Понял?

Мальчик усиленно закивал головой.

— И потом мы увидимся? Правда-правда?

— Правда-правда, — заверила его мать. Фигуру её стало слизывать чёрное пламя и скоро она растворилась, оставив мальчика одного в темноте.

Когда он пришёл в себя, то услышал какие-то страшные крики позади. Ему показалось, что кричат его друзья, будто их кто-то рвёт, а они молят о помощи. Он приподнял голову, но там, где ещё недавно были их землянки, стоял чёрный купол. Он весь дрожал и трещал, но когда крики улеглись, то купол медленно, словно лёд, растаял.

Рассвет распускал свои длинные пальцы по лесу и над снегом завились испарины. Из-за деревьев вышел Ворон, снова в своей белой костлявой маске, которую будто бы облили красной краской. Руки его тоже были испачканы в чём-то липком, а от его фигуры исходило чёрное пламя, которое тихо сдувал ветер.

— Как спалось, Бушуй? — Ворон присел рядом с ним. От него несло смертью и страхом, но мальчик напомнил себе, что ничего не боится.

— Я видел маму… — Озадаченно пробормотал он. — Она сказала, что ты хочешь помочь мне. И если я буду тебя слушаться, то ты приведёшь меня к ней…

— Обязательно, если будешь меня слушать. — Ворон выдохнул клубы пара сквозь маску и протянул мальчику окровавленную руку.

— А где… мои друзья и все остальные? И что случилось там? — Он ткнул пальцами в чащу леса, где недавно стояла завеса. — А что у тебя руки… в крови?

— Мама ведь говорила тебе не задавать вопросов?

Бушуй кивнул и протянул руку незнакомцу.

«Я обязательно её увижу, — решил он про себя. — Чего бы это не стоило…»

Глава XVI. Верный Пёс

1

Соломон был зол как никогда. Он стучал по столу, словно малый ребёнок, нервно бил в свои ладоши и много, очень много и упорно матерился себе под нос. Акела ждал уже минут десять, надеясь, что старика скоро пронесёт.

— Я ведь говорил! Говорил и ему и всем этим высокомерным выродкам! — Толстые, изрытые морщинами пальцы врезались в дубовый стол с огромной силой, оставляя на предмете внушительные вмятины. — А они мне: «Всё будет как надо, всё безопасно и всё улажено…» Каин, сукин ты сын, всегда складно каркаешь, кусок ублюдка!

Старик упал в своё кожаное кресло приложил пальцы к потному лбу.

— Это ещё не всё. — осторожно бросил Акела, глядя на реакцию старика. Тот исподлобья взглянул на него злыми глазками, скованными из оникса. — Отряд ведьм сгинул в битве у лагерей «Яги».

— Какие потери? — тяжело вздохнул Соломон, отбивая раздражённый ритм платиновым перстнем.

— Погибло десять человек из пятнадцати. Пятеро ранены, кое-кто говорит, что и те не протянут долго. Раны метафизические.

Соломон снова выругался.

— Что затеяла эта чёртова ворона… — прошипел он себе под нос. — Что? Ну что этому выродку, грязному ублюдку нужно? Какие у него планы? Он хочет убить меня?

Голова ужасно болела от всех этих предположений. Каин пропал еще несколько дней назад, а педантичный Чистый Давид выпросил огромный заказной лист. В нём было всё — десятки «Инквизиторов», пара «Левиафанов», к ним пехотные 2А42 и куча кованых клинков. И все не низшего уровня освящения, а среднего или высшего. Да разве этот придурок знает, сколько заклинателей на всё это надо? Сколько денег… А ведь Соломону пришлось тащиться к мэру Невска и бокал за бокалом требовать от него заказ. Иначе ублюдок никогда бы не раскололся и весь бюджет ушёл бы в его бездонные карманы. Нет, Соломон, тоже, конечно, берёт свой процент, но ведь старику нужно на что-то жить?

— Где носит Аристарха, мать его? Куда он вечно пропадает! — Психанул Соломон и хрустальная кружка в виде раскрытой пасти льва разбилась о стену. Красное вино кровавыми линиями сползло по ней.

Акела не знал, что ответить. Он ведь вывалил старику только половину от всей информации. Только половину и то — самую щадящую, которая касалась отрядов новичков и прибитых «Ягой» ведьм.

«Ладно, надеюсь его не хватит инфаркт».