Скуф. Маг на отдыхе - Максим Злобин

— А аккаунт уже не аккаунт, — ответила Дольче. — «Удалён». И привидение мультяшное вместо аватарки нарисовано.

— Хреново…

* * *

Как бы все эти уродские ушные гарнитуры не оскорбляли моё чувство прекрасного, отрицать их полезность я не мог.

— Геннадий Яковлевич, извини что так поздно! — прямо на полном ходу я набрал председателю Удалёнки. — Слушай, у меня тут неприятность небольшая образовалась! Чего ору⁈ Так еду, вот и ору! Ты скажи лучше, у тебя есть номерок хозяйки дома номер семь по Липовой⁈ Есть⁈ Ну так кидай мне его, ага! Да ничего пока не случилось, потом расскажу! Тёще привет!

На то Яковлевич и председатель, чтобы обо всех всё знать. А ещё он в курсе, что зазря я беспокоить не буду. Так что уже через минуту мне прилетел нужный номер.

— Галина Петровна⁈

— Да-да, — ответил мне старушечий голосок с нотками эдакой надменной аристократистости.

— Галина Петровна, извиняюсь за столь поздний звонок! Это ваш сосед по СНТ, Скуфидонский! Василий Иванович!

— Ах да, поняла. Здравствуйте, Василий, — тут же сориентировалась бабка. — Что-то случилось?

— Галина Петровна, мне бы номерок вашего жителя узнать!

— Что такое? Он что, шумит? Мы вроде бы десять раз проговаривали, чтобы не шумел. Давайте я сама ему позвоню и…

— Да нет же, Галина Петровна! Не в том дело!

— Так, — несмотря на ветер в свободном ухе, я прямо услышал, как скрипнула кровать и щёлкнул переключатель лампы. — Что у вас там случилось? Что с моим участком? Дом цел? Не жалейте меня, Василий Иванович, я приму любую правду!

— Правда в том, Галина Петровна, что арендатор ваш — та ещё сволочь! — придумывать что-то безобидное не было времени, но и правду тоже не расскажешь. — В имперском розыске находится! Друзья из министерства позвонили, попросили задержать!

— Батюшки!

— Не то слово!

— А с виду такой приятный молодой человек был…

— С виду они все такие! — поддакнул я. — Галина Петровна, а вы у него какие-то документы запрашивали⁈ Может, паспортишку сфотографировали на всякий случай⁈

— Так нет же, — бабулька, кажется, уже надумала себе статью за халатность. — Я же… Он же… Просто он всего лишь на три дня арендовал, вот я и подумала, что…

— Как на три дня⁈

От новых вводных у меня что-то такое неприятное внутри заворочалось. Стало быть, не жил Иван-сантехник в Удалёнке и даже не собирался. А на кой же он тогда сюда припёрся? Девок воровать?

— Вот так, — подтвердила Галина Петровна. — Приехал налегке, с гитарой и небольшим рюкзачком. Сказал, что по делам и что, возможно, раньше срока съедет. Ну я и пустила.

— А заплатил как? — уточнил я. — Наличными?

— Наличными, Василий, наличными…

Ещё один чёрный камушек на чашу моей тревожности.

— Сразу всю сумму отдал, без торгов безо всяких. Ну я и подумала, что мужчина достойный, состоятельный…

— Ага! — кивнул я, заворачивая с трассы на дорогу в Удалёнку. — Тогда мне нужен телефонный номер, по которому вы с ним связь держали!

— А вот это я могу. Минуточку, Василий, только очки найду, — бабушка чем-то зашуршала. — Диктую!

Ох…

Ну ладно. Я, конечно, надеялся, что номер мне перешлют в сообщении, но и так сойдёт. Остановившись на обочине и пропустив барбухайку чуть вперёд, я записал нужные цифры, поблагодарил Галину Петровну, сбросил вызов и тут же набрал сантехника Ивана.

— Пу-пи-пу, — раздалось в трубке. — Набранный вами номер не существует…

Так…

«Абонент вне зоны доступа» — это одно. А вот это уже совсем другое. Тут меня уже никто в паникёрстве не обвинит, и дело реально плохо. Что мы имеем итого: приехал на соседнюю улицу какой-то мутный хрен, который постарался не оставить следов, спёр у меня кадета Ромашкину и таки действительно не оставил следов.

— Вот ведь говно какое, — задумчиво проговорил я, глядя на горящие стоп-сигналы барбухайки.

До Удалёнки оставалось несколько минут пути.

Я завёл мотоцикл и дал по газам, хотя уже знал, что дома у Галины Петровны мы уже никого не застанем…

* * *

Ещё перед тем, как войти на участок, девки показали мне переписку Ромашкиной с этим ихним сантехником.

И ничего в ней нет, кроме патоки слов, тонны смайликов и адреса караоке-клуба, в который Юлия Юрьевна лично пригласила этого ублюдка. Ну а дома…

О-хо-хо…

Найти бы такой клининг, который будет убираться так же, как сантехник Ваня после себя. Ничего, паскуда такая, не оставил. Ни вещей, ни следов, ни зацепок. Ни седого волоска в сливных отверстиях, ни отпечатков пальцев. Внутри всё аж блестит чистотой, и до сих пор запах химии в воздухе витает.

Даже мусорный мешок уволок!

— Ищите, девки, ищите! — крикнул я, выйдя из дома на крыльцо. — Что не знаю, но ищите! Во дворе ищите! И на улице за оградой тоже гляньте! Любая зацепка подойдёт!

Судя по тревожным лицам альтушек, до них наконец-то начала доходить вся серьёзность ситуации. Да, да, да. Ромашка не в мужское общежитие ночью залезла, чтобы либидо почесать. Её, блин, похитили. Неизвестно кто и неизвестно зачем.

— Василий Иванович! — вдруг крикнула Смерть из-за забора. — Василий Иванович, сюда! Скорее!

В три прыжка я выскочил с участка.

— Там! — указала Рита.

А указала она на помойку. Дело в том, что Липовая улица была крайней, по ту сторону раскатанной дороги стоял высокий забор СНТ, а за ним сразу же лес. Ну и помойные контейнеры ожидаемо вынесли сюда, поближе к выезду.

— Василий Иванович, вы слышите⁈

— Слышу…

И впрямь. Из помойки доносилось какое-то шебуршание. Без нужды ходить вокруг да около, я сконцентрировался и тряхнул один из контейнеров несильной волной сырой магии.

— Уэ-э-э-э? — над чёрными мешками показалась недовольная бурая рожа. Банановая шкурка свернулась промеж ушей Мишани эдакой жёлтой тюбетейкой.

— Ты чего здесь⁈ — ругнулся я на медведя.

Тот в ответ чуть показался и продемонстрировал торт. Прямо вот в упаковке, ни разу не кусаный. То ли срок годности прошёл, а то ли жители Удалёнки слишком хорошо живут.

— Миша, твою мать! Тебе же нельзя мучное!

— Уэ-э-э, — загрустил медведь.

— Мне что, хозяину всё рассказать⁈

— Уэ-э-э!

— Ну а херли ты тогда⁈

— Уэ-э-э…

Медведь нехотя отбросил торт в