Майя Плисецкая. Грация и Вечность - Михаил Александрович Захарчук

министр обороны СССР сидел тогда в тюрьме «Матросская тишина», и весь пафос моего выступления объективно был направлен на защиту военачальника. Егор Гайдар даже сказал: «Такой материал нам был позарез нужен. Его следовало кому-то заказать, но тогда он не получился бы таким пронзительным, как у Захарчука, потому как Язов не враг Отечества». А помощник Гайдара по военным вопросам полковник Владимир Смирнов, сообщивший слова шефа, предложил мне слетать на неделю в ФРГ по приглашению бундесвера: «Не подумайте, ради бога, что это вам плата за публикацию. Просто у нас будет возможность обстоятельно пообщаться». Так оно впоследствии и случилось. Мы с Володей за неделю облетали и объездили одиннадцать городов и населенных пунктов ФРГ. К сожалению, посещение Мюнхена клерки из бундесвера не запланировали. О чем я, разумеется, рассказал Плисецкой и Щедрину. И больше шутя, нежели серьезно пообещал: в следующее посещение Германии обязательно с ними там встречусь. Пообещал и забыл. Напомнила старшая дочь Наталья, спустя двадцать лет. Да не просто напомнила, а приобрела пакет с билетами и отелем на недельную поездку в Мюнхен. Когда я сообщил об этом Майе Михайловне, она, видит бог, неподдельно обрадовалась. Тут же стала составлять для меня перечень городских объектов, которые я всенепременно должен посетить. Но больше всего меня привело в восторг ее обещание пойти втроем в ее любимый ресторан (забыл уже его название).

Вы на минутку, дорогой читатель, представьте тогдашнее мое состояние. Величайшая балерина всех времен и народов с воодушевлением рисует почти сказочные перспективы моей будущей встречи с ней. Представили? Тогда наверняка поймете, почему я тогда повел себя до примитивизма глупо и бездарно. Мне следовало, что называется, «ковать железо, не отходя от кассы», испросив у Плисецкой все ее и Щедрина координаты, договориться, когда и как будем встречаться в совершенно незнакомом мне городе и все такое прочее. Однако я повел себя точь-в-точь как тезка Бальзаминов: «А впрочем, маменька, коли правду сказать, я точно в тумане был; мне все казалось, что, коли она меня полюбит и согласится бежать со мной, вдруг сама собой явится коляска; я ее привезу в дом к нам». Короче, полетел я в Мюнхен с призрачной надеждой узнать домашний адрес Щедрина и Плисецкой в российском консульстве. Однако в этой почтенной с виду конторе, расположенной на Sternwartstrasse, 7, ко мне отнеслись, как относятся к бомжу-попрошайке в фешенебельном доме. Уже спустя какое-то время, когда я рассказал о своих глупых германских злоключениях Майе Михайловне, она меня хоть как-то успокоила. Оказалось, что именно во время моего пребывания в Мюнхене они с Щедриным гостили у короля Испании Хуана Карла I и его супруги Софии. Утешение, конечно, слабое…

А с другой стороны, чего-то же стоит тот примечательный факт, что я за неделю пребывания в Мюнхене исколесил его вдоль и поперек. Как потом выяснилось, даже трижды побывал на Salvatorstrasse, 5 (городской район Altstadt), где проживали мои герои. И мимо любимого ресторанчика Плисецкой, что в Доме литераторов на Salvatorplatz, не единожды прогуливался. От моего отеля в этот уютный и красивый район элементарно пешочком можно было пройти. Более сотни фотографий Sehenswürdigkeiten (достопримечательностей) Мюнхена сделал. В Баварской государственной опере побывал. Наконец, именно в отеле «Maritim» я впервые записал в дневнике название своей будущей книги «Родион и Майя, или Вольные суждения о жизни и творчестве Плисецкой и Щедрина». И пусть Провидение по своему усмотрению накажет меня, коли лукавлю или, попросту говоря, лгу для того, чтобы выглядеть лучше, чем я есть на самом деле. Да и великий Чехов, безусловно, прав: «Ничто не проходит бесследно».

Авторитет в музыке и по жизни

Нынче Родион Щедрин самый известный, самый популярный и, пожалуй, самый исполняемый композитор, пишущий серьезную музыку. Случилось это во многом, а может быть, и в решающем смысле потому, что за основу всех своих крупных произведений он брал творчество русских писателей и поэтов: Толстого, Чехова, Пушкина, Лескова, Маяковского, Вознесенского. А еще всегда ориентировался на народные сочинения, частушки и сказки. К разнообразным творениям Щедрина можно относиться по-разному. Нельзя отрицать лишь того, что композитор в нынешнем музыкальном мире – абсолютный авторитет. Вот лишь некоторые его составляющие.

Самое исполняемое в мире произведение Родиона Щедрина – транскрипция номеров из оперы Бизе «Кармен». Композитор использовал в балете не симфонический оркестр, а струнные и 47 ударных инструментов. «Кармен-сюита» где-нибудь в мире исполняется ежедневно.

Трагическая Вторая симфония композитора предваряется эпиграфом Александра Твардовского: «В тот день, когда окончилась война». В этом произведении явственно слышатся гул самолетов, скрежет танковых гусениц и стоны раненых бойцов.

Второй концерт для фортепиано Щедрина – самый смелый в истории советской музыки эксперимент. Автор соединил современную додекафонную технику с джазовой импровизацией. Этот концерт Щедрина давно стал классикой, изучаемой в истории музыки.

Балет по одноименной сказке Петра Ершова «Конек-горбунок» написан студентом консерватории Щедриным. Театральный дебют и сразу – признание. Балет стал первой в мире русской феерией.

Опера «Мертвые души» по Гоголю – последняя великая опера ХХ века. Она идет в двух параллелях: народная и профессиональная линии. Русские фольклорные тексты исполняются народными голосами. Либретто Р. К. Щедрина.

В балете «Анна Каренина» по Толстому композитор блестяще использовал аппликации Чайковского из произведений, которые Петр Ильич писал как раз во время создания романа «Анна Каренина». Случилось столь же удачное слияние, как с музыкой Бизе.

О балете «Чайка» по Чехову дирижер Евгений Светланов сказал: «Тончайшие краски в оркестре, хрупкость, прозрачность звучания, большие сольные эпизоды, исполняемые преимущественно деревянными духовыми инструментами и арфами, – все это определило выдающийся настрой спектакля. Щедрин превзошел мои ожидания».

Балет «Дама с собачкой» по Чехову – подарок Родиона Константиновича жене. В нем Майя Михайловна последний раз выходила на сцену в пуантах.

Мировая премьера оперы «Лолита» по Набокову на русском языке состоялась в Перми. До того недолго шла в Швеции. Это единственное сочинение Щедрина, идущее под грифом «16+».

В основу русской хоровой оперы «Боярыня Морозова» легли тексты «Жития протопопа Аввакума» и «Жития боярыни Морозовой». Либретто о церковном расколе Русской православной церкви написал сам композитор Щедрин.

…Много раз я читал о том, что Дмитрий Лихачев является совестью русской нации. Безоговорочно согласен с таким утверждением, хотя никогда не встречался с этим великим человеком. Родион Щедрин в моем представлении точно такая же совесть нации, в чем множество раз счастливо убеждался лично. В подтверждение сказанного приведу лишь некоторые щедринские фразы и изречения, в разное время мной записанные:

«Я вытащил счастливый билет в своей судьбе, когда поступил