Платиновое сердце - Асти Брамс

Трусики дернуло вниз, и я ощутила попой горячий крупный член, что послужило однозначным ответом на вопрос.

– Женя… – выдохнула в ладонь, которая снова зажала мой рот.

Он ничего не ответил и действовал уверенно. Убрав волосы с моего лица, захватил губами мочку уха, одновременно смещая мое бедро. Женя предвидел мои сомнения, возможно, поэтому сковал меня сильнее, прежде чем горячая головка скользнула вдоль складочек. Затем назад и еще раз по половым губам.

Моя влага служила смазкой для этих поступательных, неприличных движений. В этот момент я уже не соображала, что мы делаем. Не думала ни о каких предрассудках. Я жаждала, чтобы Молотов вошел в меня! Да, вот так… И прямо сейчас! Отдаться страсти, крышесносному возбуждению, не заботясь о последствиях .Я хотела ощутить его в себе, между ног прямо все сжималось в предвкушении.! Я… Хотела…

– А-а… – вырвался мой стон сквозь пальцы Жени.

Он не собирался проникать в меня. Движения ускорялись, толчки становились сильнее, но Молотов не входил, только продолжал волновать этими ритмичными движениям мою промежность и клитор. Быстрее, мощнее…

Боже, какой он сильный, сексуальный, красивый, мужественный!

Резкий прилив крови к половым губам заставил замереть, а затем непроизвольно вздрагивать от оргазма. И стонать, стонать без стеснения! Безумно хорошо… Все тело покрылось мурашками, внутри пронеслась дрожь и щекотка, клитор пульсировал.

Женя продолжал загонять мокрый член между моих бедер. Его ладонь находилась близко к моему рту и, поддавшись безотчетному порыву, я вдруг обхватила ее рукой и лизнула. Он тут же зарычал. Подался назад и вдавился членом в заднюю часть моего бедра. Я ощутила, как на кожу брызнула горячая струя, затаилась. Молотов сильно вздрогнул, выпуская горячее дыхание мне в плечо. Затем его член еще несколько раз выпустил сперму, прежде чем головка перестала вдавливаться в кожу.

Расслабленно улегшись, Женя продолжал обнимать меня одной рукой. Мы лежали молча, слушая наше сбитое дыхание. Я неизбежно начала обдумывать то, что произошло, а он… не знаю. Думал ли он, о чем-нибудь, что касалось нас.

Когда дыхание окончательно успокоилось, и мысли прояснились, я решительно сдвинулась, ощущая вязкую влагу между ног. Неловко поднявшись с кровати, сразу схватила халат. Я знала, что Женя наблюдал за мной, поэтому не поднимала глаз. Быстренько обернулась халатом, не боясь испачкать его, и направилась из комнаты в ванную.

Смывая с себя липкие остатки, я все больше начинала допускать унылые мысли.

И что дальше, Марина? Что?!

Выйдя из ванны, я не стала возвращаться в спальню. Умывшись и приняв душ, прошла по коридору в зал, там накинула халат Светы и сразу ушла на кухню. Часы показывали половину седьмого. Как раз пора было собираться на учебу, так что я принялась готовить завтрак. Руки при этом дрожали от волнения.

Когда услышала, что Женя закрылся в ванной, сердце заколотилось. Через какое-то время его шаги застучали по коридору, и я как раз поставила на стол порцию яичницы с колбасой.

Придя на кухню в одних джинсах, Молотов застыл в проеме, упершись плечом в косяк. Он ничего не говорил. Просто смотрел на меня пристально и напряженно.

– Садись, я только приготовила… – обронила я гостеприимным тоном, мельком встретившись с его глазами. – Кофе сделать? Ты какой пьешь?..

По-прежнему избегая зрительного, я достала кружку, банку кофе и сахар. Так и не ответив мне, Женя двинулся к столу одновременно со мной. Я поставила кружку с кипятком, а он просто застыл рядом, даже не думая садится на табуретку.

– То есть будем делать вид, что это ничего не значит? – неожиданно спросил таким тоном, что стало не по себе.

Вскинув взгляд, я увидела, что его губы поджаты, а глаза непреклонно ждут ответа. Я отошла к кухонному гарнитуру, чтобы положить себе яичницы.

– А что это значит, Женя? – безрадостно спросила, вернувшись к столу с тарелкой.

– Нас тянет друг к другу, вот что! Я хочу тебя, Марина. И ты тоже хочешь меня! – Он схватил мое запястье, не позволяя вновь сбежать. – Хочешь ведь?!

– Да! – вытолкнула я, высвободив руку. – Но, Женя… К чему это все приведет?

– В смысле?

Растерянно уставившись на него, я почему-то смутилась.

– Ну… как ты представляешь себе наш формат отношений? Ты вообще думал о нас как о паре?

Сведя брови, Молотов шумно выдохнул и отвел глаза, будто я сказала, что-то утомительное. Конечно, это задело.

– Да че ж ты такая замороченная? – выдал он непонимающе. – Обязательно все нужно обозначить, как будто у тебя последний шанс...

– Я не замороченная! – возразила я обиженно. – По-твоему, я должна стыдиться, что хочу отношений? А тебе, похоже, нужен один секс…

– Нет, не один. Я хочу много секса! С тобой одной. Есть разница, Марина.

Он обошел меня, остановился у окна и сунул руку в карман джинсов, будто ища сигарет, но там их не оказалось.

– Отношения… Недавно у меня уже были одни отношения, если ты не забыла, – вдруг глухо заговорил Женя, хмуро глядя на улицу. – И знаешь, мне хватило их по горло. До сих пор чувствую себя конченным идиотом.

Мне стало больно до кома в горле. Это был вердикт. Хотя я ведь понимала, что подруга всерьез обидела Молотова. Надломила его и обожгла.

– Полина тебя не любила... – выдохнула я с грустью.

Тут же спохватилась, но поздно. Он обернулся и посмотрел на меня так, будто я ему ножом полоснула по сердцу.

– То есть, я имела в виду…

– Я знаю, что ты имела в виду! И не удивила меня совсем. Полина сохла по-другому – да. А ты хочешь сказать, что любишь меня?!

52

Его вопрос и снисходительный тон просто выбили почву из-под ног. Чувствуя, как горят щеки, я опустила глаза, а Женя усмехнулся.

– Ладно, забудь…

Отступив от окна, он направился к двери, и по пути едва скользнул рукой по моей руке.

– Спасибо, что пустила переночевать!

Сердце дрогнуло. Разогналось и начало со всей силы биться о ребра.

– Ты мне нравишься! – выпалила я, прежде чем Молотов успел выйти. Он замер, обернулся, а я смущенно добавила: – Очень… И я осторожна точно так же, как ты!

В голубых глазах с оттенком пасмурного неба блеснуло