Граф Лазарев. Том V - Вик Флавий

Да, причем это была отлично вооружённая и недружелюбно настроенная половина. Если бы наследница престола не заявила, что ей ничего не угрожает, ее охрана быстро нашинковала бы меня на кучу маленьких Викторов.

— Значит, при попытке тайно проникнуть в резиденцию Долгоруких ко мне тоже сбежится половина замка, — продолжил я мысль Императора. И, боюсь, тогда стражники Мирославы покажутся мне милейшими людьми.

— Надо придумать, как решить эту проблему. Если решение существует, конечно. Если вы сможете переместиться прямо в замок, наша задача значительно упростится.

На этот случай у меня как раз кое-что есть. Заклинание Рабодара, которое якобы способно сделать портал незаметным для вражеских магов. Вот только после прошлого раза я совсем не доверяю старой каменюке.

— Вы так задумчиво смотрите, граф Лазарев, как будто вам пришла в голову идея, — отметил Романов.

— Пришла.

— Судя по голосу, она вам не нравится?

— Не нравится, — признал я. — Но мне ведь все равно не отвертеться?

* * *

— Бесполезная ерунда.

— В случае Радобара это не так уж и плохо. Скажите спасибо, что нас с вами не убило насмерть.

— Нас? — Император изогнул бровь. — Вас, граф Лазарев. Как вы могли заметить, я все время держался на безопасном расстоянии.

Во время испытания заклинания Рабодара пострадали два стражника (от удивления, когда прямо перед ними в воздухе разверзся портал), я лично (от удивленных стражников), стул, который портал умудрился рассечь точно по центру, и бесчисленное количество моих нервных клеток. Заклинание не работало никак. То есть вообще никак, ни во зло, ни во благо. Мое появление из портала в императорском кабинете (ставить эксперименты в спальне дочки Романов мне почему-то не разрешил) раз за разом тут же сигнализировало всей дворцовой страже о вторжении чужака. Я пытался читать быстро, медленно, с выражением и без — без толку. Злосчастные «виран рана ту де кебрис» оставались всего-навсего пустыми словами.

— Ну хоть стол цел. Знаете ли, он мне нравится, — отметил Романов, в очередной раз приветствуя меня посреди своего кабинета. Большинство мебели, пролезающей в дверной проем, от греха подальше вынесли в приемную, но дубовая махина вынуждена была остаться в кабинете и каждый раз подвергалась смертельной опасности.

— Я старался, — заверил я, хотя край портала прошел от упомянутого стола всего в нескольких сантиметрах.

— Ваше Величество, наши охранные системы зафиксировали проникновение. — В дверь просунулась голова начальника дворцовой службы безопасности.

Я устало опустился на ковер, поскольку в единственном оставшемся кресле невозмутимо восседал Романов.

— Ваше Величество, я сдаюсь. Это заклинание и правда бесполезная ерунда. Как вы сказали, это была последняя попытка?

— Последняя. Она же, если не ошибаюсь, тридцать седьмая.

Я издал стон, означающий, что в принципе не приемлю наличие тридцать седьмых попыток в моей жизни. Вещи должны получаться легко и непринужденно или ну их к чертям.

— Мня смущает только одно. Ваш каменный идол, судя по вашим же рассказам, древнее и могущественное существо. Разве он мог ошибиться?

— О, Рабодар все может, — заверил я. — Ошибиться, перепутать, соврать нарочно, впасть в маразм. Да и книга ненадежна, мы же не знаем, кто и когда ее писал.

— Пожалуй, вы правы. Кстати, я уже приказал позвонить вашим женам. Разумеется, они понимают, что столько ценному источнику знаний место в Императорской библиотеке.

Ну да, Романов не будет Романовым, если не попытается в любой ситуации отжать что-нибудь в пользу короны.

— Основное мы выяснили, — резюмировал Император. — Вы можете открыть портал куда угодно, но в замке вас мгновенно засекут. Значит, придется искать обходные пути. Войско графа Шереметьева подойдет к стенам крепости примерно через три дня, это время вы должны посвятить тренировкам. Да, и вот еще что.

— Что, Ваше Величество?

— Извлеките-ка мне из вашего дивного родного мира еще корма для Милашки. А то в последнее время вы совсем забыли про эту свою способность.

— Но, Ваше Величество, я же только вчера сделал для вас запас!

Романов кивнул.

— Именно. Вы стоите прямо на нем. Ваш портал, точнее говоря. А я говорил, что тумбочку тоже надо вынести.

* * *

Три дня пролетели быстро. Я посвящал свое время однообразным тренировкам, вдоль и поперек облазив весь дворец и его окрестности. При помощи Северина даже смотался в свой любимый бордель и попытался вытрясти из Рабодара, как же все-таки правильно читать заклинание, но тщетно. Каменный маг клялся и божился, что больше ничего не помнит, а под конец и вовсе разозлился и послал меня в большую компостную кучу.

Чем дальше, тем больше меня охватывало возбуждение. Не то чтобы радостное, скорее предвкушающее. Намечается большая заварушка, отвертеться от нее все равно не удастся, а раз так, то пусть я буду в первых рядах! Наконец, как и все неизбежное, час Икс настал.

В военный лагерь недалеко от подножия крепости Долгоруких меня перенес Северин и, к моему удивлению, тут же вернулся обратно во дворец. Стража, дежурящая у входа в большой шатер, раскрашенный в императорские цвета, окинула меня хмурым взглядом, но пропустила. На моем плече, перетаптываясь с лапы на лапу, незримо восседал Каладрий.

Как много знакомых лиц и не сказать, что все эти лица мне нравятся. Император и сидящая по правую руку от него Мирослава — не всякий государь приведет свою дочь на военный совет, но сына у Романова нет, а, значит, наследница должна постигать все премудрости правления. При виде меня великая княжна демонстративно сморщила носик.

Антонина Шереметьева, ее сын-князь и по совместительству командующий армией, рядом с ними еще несколько военачальников. Князь Волконский, бросивший на меня недружелюбный взгляд. Сильнейшие из придворных магов, генералы и полковники, которых я знал лишь шапочно. Высокие гости расположились за большим столом, на котором стояли кубки с вином и легкие закуски. Вот главе, разумеется, сидел Император. А вот и еще одно знакомое лицо. Очень знакомое!

— А ты что здесь делаешь⁈

Я не удержался от восклицания, разом нарушив все нормы придворного этикета. Игорь на военном совете был уместен… как Игорь на военном совете.

— Его Величество призвал нас к себе на службу, — ответил кузен, сидящий рядом с Настасьей. — Мы допрашиваем заговорщиков.