Тирания Я: конец общего мира - Эрик Саден

Характерное свойство такого подхода – необходимость переопределить условия политической деятельности. В этом, наверное, и состоит «после»: заставить нас отказаться от схем, обусловленных мерами, принятыми на пике, исходя из априорно выстроенных и часто беспочвенных концепций, и предпочесть решения, которые полностью учитывали бы все зло, изматывающее тела и души, покрывающее трещинами наш общий фундамент, и неустанно стремились бы от него избавиться. Под такой вывеской речь может идти не только о возрождении государства всеобщего благосостояния, которое теперь видится единственным спасительным выходом. Дело не сводится к восстановлению или созданию раз и навсегда страховочных систем и механизмов солидарности, предполагается своеобразное непрекращающееся хирургическое вмешательство, чтобы повсеместно и чуть ли не в каждом конкретном случае лечить последствия травм из-за применявшихся около полувека все более избыточных экономических догм.

Подобный дух также требует вовлеченности каждого в соответствии с практикой соблюдения гражданских прав, которая, как пишет Токвиль, не ограничиваясь лишь управлением «сверху», напротив, должна позволять, «чтобы граждане получили неограниченное количество стимулов действовать сообща и ежедневно бы ощущали свою зависимость друг от друга»[161]. Мы заплатили высокую цену, преступно отвернувшись от этих императивов и предпочтя пользоваться негативной свободой. Той, что приветствует беспрепятственное выражение персональных желаний и в конце концов будет способствовать возникновению общества индивидов, которым приходится полагаться только на самих себя. Уже ясно, что чрезвычайный кризис, порожденный пандемией COVID-19, приведет к массовым увольнениям по всему миру, вышвырнет на улицу отдельных людей и целые семьи, подогреет гнев, вызовет столкновения, будет взращивать соблазн воровства, неприятие других и стимулировать как выстраивание клановых связей, так и явления неуправляемости, которыми захотят воспользоваться персоны, наделенные властью. Таким образом, нам не избежать коллизии двух совершенно противоположных типов мобилизации масс.

Ведь без столкновений и конфликтов ничего убедительного не выйдет. В противостоянии лицом к лицу с одной стороны будут те, кто горит желанием заявить о своей ярости, растущей в ущерб всему миру и другим людям, – как и им самим, – кто настроен принимать решения, прислушиваясь только к собственным эмоциям и следуя субъективным убеждениям, кто способен ввести в нашу жизнь своего рода обыкновенное варварство, затаенное, бессимптомное. А с другой – те люди обоих полов, которые, несмотря на раздражение, вовсе не желают участвовать в гражданской войне слов и лиц и, наоборот, готовы прикладывать усилия, чтобы остановить разгул злобы и ненависти, работать на ситуацию справедливости в нашей повседневной жизни и решительно пресекать бесчинства отдельных лиц или групп, позволяющих себе обманывать ближних, потому что им самим довелось пострадать. Мы живем в эпоху предстоящей непримиримой борьбы Танатоса и Эроса, тех, кем движет импульс разрушения или, наоборот, твердое намерение созидать и принцип надежды.

2010-е годы начались с обострения недоверия и ресентимента вследствие ущерба от финансового кризиса 2008 года, с развития логики непостоянства и конкуренции между людьми, как и с предоставления нам в пользование технологий, поддерживающих экспрессивность и создающих впечатление самодостаточности. Нынешнее десятилетие станет не чем иным, как его продолжением: пагубная динамика будет и дальше распространяться и усиливаться, тем более что благодатную почву для этого сулит новая вирусная инфекция, охватившая планету, сковавшая нас и умножившая горести и страхи. Видно, История всегда будет повторяться, требуя от нас постоянного возвращения к фундаментальному политическому и цивилизационному вопросу – о жизнеспособности, качестве и справедливости связей, преобладающих между человеком и общим целым. Встает он, – пожалуй, беспрецедентно, – и как ключевая проблема нашего времени. А в этой книге пора ставить точку, и пусть в каждом из нас проснется наконец чувство ответственности.

Благодарности

Благодарю Оливье Нора, главу издательства «Грассе» (Grasset), который с самого начала с воодушевлением принял этот проект и во всем его поддерживал, Клоэ Дешам, редактора этой книги, за исключительное внимание, замечания и предложения, Седрика Бьяжини, главного редактора издательства «Эшапе» (L’Échappée), с которым мы уже много лет остаемся единомышленниками и друзьями, и, наконец, Элиз М. д’Арбомон за ежедневную поддержку и теплоту.

Примечания

1

Пер. Н. Гнединой. Здесь и далее под знаком * примеч. пер.

2

Цит. по: Арендт Х. Истоки тоталитаризма. М.: ЦентрКом, 1996. С. 596. Пер. И. В. Борисовой, Ю. А. Кимелева, А. Д. Ковалева, Ю. Б. Мишкенене, Л. А. Седова.

3

Здесь и далее, если не указано иное, цитаты по тексту Э. Садена даются в переводе А. Захаревич. В существующем переводе Л. Кофанова этот фрагмент звучит так: «Для того чтобы мог быть предъявлен иск, вытекающий из товарищества, необходимо, чтобы товарищество существовало»

(https://rimpravo.ru/17-kniga-digest-iustiniana#2).

4

Пер. Л. Н. Ефимова.

5

Запрещена в РФ с 21 марта 2022 г.

6

Международная террористическая организация, деятельность которой запрещена в РФ.

7

Рем Колхас (Remment Koolhaas, р. 1944) – видный голландский архитектор, основатель архитектурного бюро ОМА; среди реализованных проектов – здание Центральной библиотеки Сиэтла и Штаб-квартира Центрального телевидения Китая. Был консультантом Эрмитажа в связи с реконструкцией Главного штаба.

8

Koolhaas R. et Mau B. S, M, L, X. New York: The Monacelli Press, 1995.

9

Филипп Старк (Philippe Starck, р. 1949) – французский промышленный дизайнер, дизайнер интерьеров и товаров серийного производства.

10

Harvey D. Géographie de la domination. Paris: Les Prairies ordinaires, 2008.

11

То есть невозможность принадлежать себе.

12

Термин «имплозия» (направленный внутрь взрыв, схлопывание) применительно к обществу одним из первых использовал канадский философ Маршалл Маклюэн (1911–1980), автор концепции «глобальной деревни», до масштабов которой сжимается современный мир в результате применения электронных средств коммуникации.

13

До тошноты (лат.).

14

То есть «эпохи доступа». В оригинале – лексическая игра, построенная на созвучии слов accès — доступ и excès – излишество, избыток. Вероятно, отсылка к исследованиям американского философа и экономиста Джереми Рифкина (р. 1945) и его книге «Эпоха доступа» (The Age Of Access), опубликованной в 2000 г.

15

Kant E. Anthropologie du point de vue pragmatique. Vrin, 2009. P. 195 (первое