Иностранные боевики-террористы. Иногда они возвращаются - Владимир Семенович Овчинский

Конвенция ООН о правах ребенка (КПР) – международно-правовой документ о правах человека, который был ратифицирован наибольшим числом государств. Участниками Конвенции являются 196 стран, причем большинство из них ратифицировали этот документ в полном объеме[294]. Основополагающий принцип, отраженный в КПР и многих других международных и региональных стандартах, – приоритетное значение «наилучшего обеспечения интересов ребенка»[295]. Однако на практике, как отмечает

Межрегиональный научно-исследовательский институт ООН по вопросам преступности и правосудия (ЮНИКРИ), акцент оказался смещен в сторону восприятия детей как потенциальной угрозы в контексте борьбы с терроризмом. Такой подход создает риск пренебрежения «наилучшим обеспечением интересов ребенка»[296]. Факт смещения акцентов, как представляется, может быть подтвержден подчеркиванием в дискуссиях по поводу обратного потока ИБТ потенциальных угроз, связанных с детьми-возвращенцами (то есть детьми-ИБТ и детьми, связанными с ИБТ)[297]. Конечно, нельзя отрицать субъектность детей и необходимо учитывать все функции, выполняемые ими в контексте деятельности ИБТ, однако любые меры реагирования должны опираться на понимание прав и интересов ребенка, учитывать соответствующий контекст и осуществляться с соблюдением прав человека и международного гуманитарного права.

Гражданство и право на возвращение

Государства не должны лишать детей гражданства, поскольку это будет иметь серьезнейшие последствия для обеспечения их прав (как отмечалось в разделе 3.4), и должны принимать все осуществимые меры для недопущения ситуаций, когда дети оказываются лицами без гражданства[298]. Детям, желающим вернуться в государства, с которыми у них есть значимая связь, должна быть предоставлена такая возможность[299]. Особенно важной возможность возвращения выглядит в свете многообразия и тяжести тех угроз, с которыми сталкиваются за рубежом дети, связанные с ИБТ[300]. Сделанные некоторыми государствами-участниками ОБСЕ заявления о том, что, по крайней мере, малолетние дети могут вернуться, представляют собой пример хорошей практики, которую следует использовать и внедрять[301].

Существует множество серьезных практических препятствий, которые могут помешать возвращению детей. Например, по имеющимся данным, дети, родившиеся за рубежом в районах, подконтрольных ИГИЛ, часто не имеют действительных свидетельств о рождении или регистрации[302]. Часто бывает трудно установить отцовство, особенно если родители погибли или лишены свободы. Многие дети и сопровождающие их лица часто не имеют проездных документов, что затрудняет им выезд и обращение за поддержкой. Государствам необходимо осознавать наличие подобных практических препятствий и использовать прагматичный подход к решению этой проблемы, поскольку отсутствие документов может лишить детей доступа к получению защиты или же препятствовать признанию их гражданства. Помимо этого, решения об аннулировании гражданства родителей или об отказе им в праве на возвращение должны приниматься с учетом последствий таких мер для их детей.

Особую обеспокоенность с точки зрения защиты детей вызывает положение тех детей, которые остаются за рубежом в зонах продолжающихся конфликтов, в лагерях для внутренне перемещенных лиц или в ситуации лишения свободы, когда не соблюдаются базовые стандарты – особенно если их родители погибли или сами лишены свободы[303]. Государства должны стремиться обеспечить детям, находящимся в ситуации крайней уязвимости, необходимую им защиту, в том числе путем принятия должных мер в рамках сотрудничества с другими государствами для целей обеспечения прав этих детей. В отношении детей, остающихся без защиты и поддержки, государства должны рассмотреть вопрос о целесообразности их репатриации (с последующим восстановлением и реинтеграцией), учитывая принцип наилучшего обеспечения интересов ребенка[304]. При том, что этот принцип остается главным критерием, государства также должны принимать в расчет права родителей и других родственников, помня об общем правиле, гласящем, что дети не должны разлучаться со своими родителями[305].

После возвращения ребенка основное внимание должно уделяться оказанию ему необходимой поддержки в целях его восстановления и реинтеграции, как это определено в КПР[306]. Такая поддержка должна включать должный уход и медицинскую, психосоциальную и педагогическую помощь. Государствам следует осуществлять специальные программы по реинтеграции детей-возвращенцев, предусматривающие, помимо прочего, назначение им наставников, а также целый ряд мер, направленных на облегчение им возвращения к их прежней жизни и недопущение стигматизации и социальной изоляции.

Несмотря на существование немалых трудностей, государства должны предпринимать все возможные меры для того, чтобы права детей эффективно обеспечивались. Защита прав детей – это не только выполнение важной обязанности в области прав человека, но и решение более общих долгосрочных задач по обеспечению безопасности.

Дети-ИБТ: жертвы и правонарушители

Нет смысла отрицать, что дети совершают преступления, и в результате этих преступлений страдают люди. Вместе с тем следует признать наличие в этой ситуации сложной связи между виктимизацией и совершением преступлений, и этот факт следует учитывать при осуществлении мер реагирования. Специальный представитель Генерального секретаря ООН по вопросу о детях и вооруженных конфликтах рекомендует государствам относиться к детям, связанным с вооруженными группами, прежде всего как к жертвам[307].

Меры уголовного наказания в отношении детей не должны быть нормой – они должны использоваться лишь как крайнее средство, иметь воспитательную направленность и решать задачу реабилитации ребенка. Особую осторожность следует проявлять при уголовном преследовании за все более широко трактуемые правонарушения, связанные с соучастием и пособничеством. Такие правонарушения особенно характерны для тех функций, которые часто выполняются детьми в контексте деятельности ИБТ, и в этой ситуации необходимо уделить повышенное внимание степени индивидуальной вины. Согласно рекомендациям Комитета ООН по правам ребенка относительно минимального возраста уголовной ответственности, меры уголовного наказания за деятельность ИБТ нецелесообразно применять к малолетним детям[308].

В отношении несовершеннолетних лиц, подпадающих под действие системы уголовного правосудия, следует соблюдать международные стандарты правосудия по делам несовершеннолетних, применимые к лицам младше 18 лет[309]. Согласно КПР, система ювенального правосудия должна быть направлена на перевоспитание и реинтеграцию малолетних правонарушителей[310]. Наказания, связанные с лишением свободы, должны носить характер исключения, быть максимально краткосрочными и сопровождаться надлежащими гарантиями защиты[311]. При назначении наказания необходимо учитывать возраст и личные обстоятельства несовершеннолетнего лица; пожизненное заключение, не предусматривающее возможности освобождения, и смертная казнь находятся под абсолютным запретом и, согласно нормам международного права, не должны применяться к лицам младше 18 лет[312]. Даже после достижения этого возраста молодость правонарушителя, если это целесообразно, должна приниматься во внимание при назначении наказания[313].