По ту сторону глянца - Алекс Джиллиан

Знала бы, что она притащит с собой своего очередного парня с другом, ни за что бы не пошла. Грызлова специально молчала до последнего, а потом эти двое выскочили, как два черта из табакерки, и вместо общения с подругой, я полвечера отбивалась от навязчивых знаков внимания Вадима… или Влада. Да, какая к черту, разница как его зовут. До дома доставил, такси оплатил — молодец, но этом все. Номер телефона, который очень вовремя сел, я ему так и не дала, несмотря на все уговоры и свахе Грызловой строго запретила.

Но если по-честному, то парень не так уж плох. Внешне не урод, шмотки известных брендов, мозги на месте, учится на пятом курсе в Сеченке на стоматолога. Отец — выдающийся хирург, мать, если правильно запомнила, педиатр. С деньгами, судя по тому, что общий счет оплачивал он, тоже полный порядок. По-хорошему мне бы присмотреться к Вадику-Владику, а не разбрасываться перспективными ухажерами. Но он не Макс, и этим все сказано.

Дура я, знаю. Бесхребетная, наивная дура. Видимо, дурой и помру, но как говорится, сердцу не прикажешь. Любовь зла, полюбишь и… Красавина. Кто вообще придумал это гадское чувство? Жила как-то без него, пусть на грани выживания, но с целым сердцем, а сейчас — что? Сплошные копания в себе и нервотрепка.

Каждый день с содроганием жду, что Красавин наиграется и выставит меня за порог. Нет, я не надумываю на пустом месте, а трезво смотрю на вещи, даже если сегодня немного в хлам.

У нас не будет «долго и счастливо». Как бы я не старалась удовлетворять все его хотелки, предано заглядывая в глаза и надеясь, что он однажды оценит меня по достоинству. Чудес не бывает. Принцы влюбляются в золушек только в сказках, а в реальном мире простушкам удается задержаться в жизни королевичей лишь на время. И не потому, что я плохая и недостойная. Просто мы диаметрально разные по всем фронтам. Интересы, привычки, воспитание, социальная среда, состояние серого вещества в черепной коробке, перспективы, возможности, уровень дохода и самооценка. Мы слушаем разную музыку, смотрим разные фильмы, стремимся к разным целям.

Многие считают, что если любишь — все эти различия не имеют значения, упирая на то, что «противоположности притягиваются». Может быть, но это не про нас. Помимо физического притяжения, должно быть что-то еще. Меня устраивает в Максе все, даже его чистоплюйские замашки и взрывной характер. А что нравится ему? Делить со мной постель, есть приготовленную мной стряпню… и, пожалуй, на этом всё. Не густо, правда?

В мои упаднические размышления внезапно врезается трель дверного звонка, заставив подпрыгнуть на месте. Теряясь в догадках, кто это может быть, быстро закрываю кран и, наспех вытерев лицо, иду в прихожую. Надеюсь, что не Эдик Круглов. До сегодняшнего дня мне удавалось избегать с ним прямого общения, ограничиваясь короткими смс. Но если он видел в окно, как я вышла из такси, запросто может заглянуть на огонек.

Тихо приблизившись к двери, поднимаюсь на цыпочки и смотрю в глазок. Сердце замирает, а затем бешено разгоняется в груди. По позвоночнику струится холод, в горле встает ком. Черт, это Красавин. Дождалась на свою голову. Мгновенно протрезвев, бегло оглядываю свое отражение в зеркальной створке шкафа. Кошмар, ну и видок. Разводы не смывшейся туши под глазами, всклоченные волосы, платье короче некуда, ссадины на коленках и стрелы на колготках. Замираю, не зная, как правильно поступить. Затаиться или предстать во всей красе?

Он снова жмет на звонок, настойчиво удерживая кнопку.

— Я знаю, что ты дома. Открывай, — слышу его громкий бас через дверь. Тон не предвещает ничего хорошего.

Блин, если Макс в курсе, что я внутри, значит наблюдал мое фееричное появление из такси с Вадиком-Владиком. Божечки, мне капец. Ну и черт с ним. Помирать, так с музыкой. Попкорн и спецэффекты в студию. Давай, Варюха, твой выход.

Сделав глубокий вдох, растягиваю губы в широченной улыбке, проворачиваю замок и распахиваю дверь.

— Какое счастье, ты запомнил мой адрес, — выдаю дребезжащим от фальшивого восторга голосом.

Макс немного тушуется от жизнерадостного выражения моего лица, но затем его взгляд сползает на мои отбитые в ванной коленки, и я обречённо понимаю, что сыграла крайне посредственно и неубедительно. Все-таки не зря я отказалась от идеи поступления в Щуку.

Красавин молча проходит в прихожую, оглушительно саданув дверью. Вздрагиваю, но держусь на голом энтузиазме. Приваливаюсь плечом к стене, принимая развязную вызывающую позу и с блаженной улыбкой наблюдаю, как он снимает свою жутко-модную кожаную косуху, вешает на крючок и всем корпусом поворачивается ко мне.

Несколько секунд дотошно рассматривает с головы до ног. Ноздри раздуваются от ярости, линия челюсти напряжена, в глазах арктический лед. Мой красивый злобный принц с заколдованным сердцем. Я бы и рада снять с него проклятые чары, но не знаю как, а он мне в этом совсем не помогает.

— Не хочешь рассказать, где ползала? — грозно начинает Макс, снова уставившись на мои несчастные колени.

— В ванной поскользнулась, — «рассказываю», ничуть не приврав.

— Дай угадаю, почему…, — поднимает на меня рассвирепевший взгляд. — Потому что налакалась до ползучего состояния.

— С кем не бывает? — я небрежно пожимаю плечами и гарцующей походкой направляюсь на кухню.

Правда, для этого маневра мне приходится протиснуться мимо агрессивно настроенного Красавина. Не удержавшись, незаметно вдыхаю свежий аромат его туалетной воды с примесью кожи и никотина. Млею, словно идиотка, ощущая как по глупому телу расползается знакомый жар. Физически чувствую упирающийся мне в спину взгляд, плавно спускающийся к покачивающимся ягодицам. Внутренне вся дрожу и сжимаюсь, а внешне — сама невозмутимость. Ставлю чайник, достаю из шкафчика кружки.

— Тебе чай или кофе?

— И часто с тобой такое бывает, Варь? — проигнорировав вопрос, Макс усаживается на табурет, продолжая прожигать на мне дыры.

— Мы отмечали с Мариной мое поступление, я выпила только два коктейля, немного развезло с усталости, — говорю чистую правду, щедро сыпанув в обе чашки растворимый кофе. Максим здесь во второй раз, и я не парюсь, что его шокирует убогая обстановка и порядком «уставшая» мебель, которую не прикрыть косметическим ремонтом.

— Марина — это длинный дрищ в очках? — усмехнувшись, интересуется Красавин.

— Он не дрищ, а будущий врач, — вступаюсь за парня, чье имя не удосужилась запомнить. — Есть хочешь? Могу погреть пюре с тефтелями.

— Варь, ты прикидываешься дурой или меня за дурака держишь?

— Значит, будем только кофе пить, — залив кружки крутым кипятком, ставлю одну перед Максом, вторую перед собой. — Нет, я не считаю тебя дураком, — добавляю смиренным тоном.