Фронтовой дневник (1942–1945) - Василий Степанович Цымбал

Что касается письма Князевой, то оно, по всей вероятности, является вымыслом. Ни из расспросов Юры, ни из расспросов Тамары я не мог установить того, о чем писалось в письме. Мне стало ясно только одно, что Юре все-таки живется тяжело.

Он мне заявил, что убегать не собирался, но «Т. М. ежедневно на меня кричит». Читал письма Марийки к нему. Она страдает без него и подбивает приехать к ней, что в данной обстановке неумно. Юра сказал, что жить будет со мной, но хотел бы поехать к маме в гости. Я пообещал устроить ему это после войны.

Что касается Тамары, то у меня появилась подозрительность, и не без основания. Юра заявил, что в доме несколько раз ночевал какой-то моряк-армянин, и сама Тамара в минуту забывчивости назвала меня Жорой (так она называет моряка). В ее поведении появилось чувство какой-то не существовавшей у нее раньше смелости: «Если ты бросишь меня, то я и сама проживу». Мы с нею крупно разговаривали. Встреча оставила неприятный осадок и была холодной.

Я даже в половом отношении не видел у Тамары былой горячности. Не верится, чтобы после годичной разлуки она вела себя так. Очевидно, она «давала дрозда162». Я злился, и если бы не Юра, то распрощался бы с нею.

Мать подслушала наш разговор и сказала Тамаре, что после войны я ее брошу. На другой день мы отправились в Краснодар. Мать поручила отвезти корзину овощей и фруктов в Краснодар сестре Тамары. Я сказал, что не будем возиться с корзиной, и Тамара вначале солидаризировалась со мной. Но когда мать обиделась, поднялась целая буря против меня, Тамара нападала на меня и кричала как базарная баба. Это новая и отвратительная черта.

Вторично она орала, когда я забраковал перешитые ею для Юры мои брюки. Орала и на меня, и на Юру. У меня было большое желание подойти к ней и кулаком заткнуть ей глотку, но я сдержался. Если так будет продолжаться и после войны, то, несмотря на все ее заслуги, жить с нею я не буду.

После в Краснодаре мне очень захотелось, чтобы Марийка как можно скорее забрала Юру к себе, потому что Юра, находясь с Тамарой ежедневно, испытывает слишком много для своего детского возраста.

Юра худой и болеет. Сейчас у него коклюш. Он много перестрадал, и у него на щеках две глубокие морщины. Он подрос немного. Такой же маленький и худенький. Ему нельзя дать 13 лет. По внешнему виду ему всего 9 лет, но на лицо он гораздо старше.

По поводу письма Князевой получил открытку от Н. В. Верхнежировского. Он пишет: «По-моему, все это сплошная чепуха, и я не допускаю мысли, что это было в твоей семье. Постараюсь в ближайшие дни уточнить и сообщить подробности письмом».

Вчера приехал на новое расположение. Весь день устраивал блиндаж. Чертовски устал. Никитин не помогал, он совершенно расклеился. Сегодня я весь день работал, т. к. работы накопилось много.

На нашем участке фронта с 22‑го началось наступление нашей армии. Похоже, что успехов опять нет. Слишком тяжела здесь местность гор. Сегодня шел дождь, бои несколько притихли. С обеих сторон активно действовала авиация и несколько слабее артиллерия.

На Орловском направлении наши войска продвинулись на 4–7 километров. На Белгородском снова поиски разведчиков. Возле Изюма и Ворошиловграда бои местного значения.

Несколько дней тому назад выпущен манифест недавно образовавшегося национального комитета «Свободная Германия»163. Манифест обращен к немецкой армии и к немецкому народу с призывом свергнуть Гитлера и его клику, окончить губительную войну и образовать демократическую республику с республиканским правительством.

Вчера опубликован приказ т. Сталина, в котором говорится, что наши войска в районах Белгорода, Курска и Орла полностью ликвидировали немецкое наступление и продвинулись вперед на 15–25 километров в сторону Орла. В результате боев за 20 дней уничтожено более 70 тыс. немецких солдат и офицеров, около 3 тыс. танков, до 1500 самолетов и более 5 тыс. автомашин противника. Действия Красной Армии т. Сталин называет отличными и выносит командующим и войскам благодарность.

Приказ адресован генералам армии Рокоссовскому, Ватутину и генерал-полковнику Попову164.

Сегодня коротко было сенсационное известие Совинформбюро об отставке Муссолини и назначении на его место маршала Бадольо. Король Италии и Бадольо165 обратились с воззванием к итальянскому народу. Содержание воззвания известно из газет.

31 июля 1943 г.

Все эти дни много работы. Подгоняю накопившуюся задолженность за время поездки в Краснодар. Кстати, в Краснодаре был у Шуры Кочубинской. Она едет в Москву учиться на 2 года в Высшую партийную школу166.

Настроение неважное. Вижу во сне Юру, Тамару, Марийку. Сегодня снилось, что я целовался с Лидой Б., и она напустила мне в рот слюны. Я чуть не захлебнулся и выплюнул.

Три дня тому назад написал письма Мещеряковой, Бурдюговой, Макаровой Н.

Позавчера смотрел кинофильм «Пархоменко»167, вчера «Концерт фронту»168. Киномеханик Влад. Стасевский живет с нами. Вначале он нравился своими привычками моряка, некоторой оригинальностью и разговорчивостью. Теперь я увидел, что это страшный бахвал и матерщинник. Он очень важничает и имеет такие наклонности: «Подай мне то, принеси другое, и т. д.» Я ему сказал, что я не лакей.

За эти дни на Орловском направлении небольшое продвижение наших войск вперед, на Белгородском, Ленинградском, Кубанском, Изюмском, Ворошиловградском – поиски разведчиков и бои местного значения.

В Италии распущена фашистская партия и выпущен манифест 5 антифашистских партий, требующий сурового наказания для Муссолини и его сообщников. В Милане и др. городах забастовки. Союзники заняли 5/6 Сицилии.

1 августа 1943 г.

На Орловском направлении некоторая стабильность: продвижение наших войск на 4–8 км. Крупные бои у Изюма и Ворошиловграда. Немцы предпринимают ожесточенные контратаки.

На Сицилии продолжаются военные действия. Король Италии, очевидно, решил продолжать войну. Рабочие Милана бастуют с лозунгами: «Долой войну», «Суд над Муссолини».

Снят с поста командующий миланским военным округом за то, что солдаты отказались стрелять в демонстрантов.

Выступали на этих днях Рузвельт169, Черчилль170, Эйзенхауэр171. Они вновь требовали безоговорочной капитуляции Италии и обратились к итальянскому народу с призывом кончить войну.

Вчера написал письмо Т. А. Привожу отрывки:

Война стала привычной, вошла в