Японцы - Хасэгава Мамору

существовала традиция ёбаи[275], ночных посещений незамужних девушек молодыми мужчинами. Раздевшись догола, дабы его не приняли за ночного вора, парень проникал в комнату девушки и занимался с ней любовью, если, конечно, она была согласна на это. Незваному гостю следовало уйти до рассвета, чтобы случайно не встретиться с кем-то из родных девушки. Здесь действовало старинное правило – «то, чего не видел, не было». Разумеется, в домах с тонкими перегородками звуки любовного соития были хорошо слышны, но родители девушки притворялись крепко спящими, радуясь в душе тому, что их дочь пользуется популярностью. Куда хуже было бы, если бы девушку по ночам никто не посещал, тогда ее шансы на замужество сводились к нулю. В каждой местности существовали свои обычаи. Где-то посещать девушек дозволялось только односельчанам, а где-то возможностью приятно скоротать ночку могли воспользоваться и чужаки. Посещения не обязывали ни к чему ни парней, ни девушек, а просто позволяли «снять напряжение» и сделать хороший выбор. И вот еще о чем следует упомянуть – моногамный брак стал следствием нового времени, берущего отсчет с реформ Мэйдзи, а первым из императоров, имевших только одну жену, стал император Тайсё, прадед нынешнего императора Нарухито. В старину императоры могли иметь сколько угодно наложниц или младших жен в придачу к старшей жене, но сёгун Токугава Иэясу, озабоченный всемерным сокращением расходов на содержание императорского двора, ограничил число императорских наложниц двенадцатью дамами.

Молодые невинные девушки привлекали мужчин во все времена, ибо очарование молодости поистине безгранично, недаром же в народе говорят, что «в юности и великанша красавица»[276]. В современной Японии образ школьниц, которые на самом деле могут таковыми и не являться (особенно с учетом предпринятого в 2023 году повышения возраста сексуального согласия до шестнадцати лет), эксплуатируется весьма усердно и является отличительной чертой массовой культуры. Существуют заведения, персонал которых одет, как школьницы, и ведет себя соответствующе. Термин «йоши кошей» («старшеклассница») широко используется в индустрии развлечений, но установленные законом возрастные ограничения при этом не нарушаются, просто взрослые женщины изображают из себя юных девушек. Смысл происходящего объясняется традициями, согласно которым слово «старший» является синонимом слова «главный». Пребывая в обществе условных «старшеклассниц», японец, который на работе «встроен» в жесткую иерархическую систему, а дома – в не менее жесткую систему семейных установок, наконец-то получает возможность расслабиться и ощутить себя хозяином положения. Дело в ощущении морального комфорта, а не в чем-то ином.

Кацусика Хокусай. В лодке – сцена из повседневной жизни

Наряду с термином «йоши кошей» существует термин «сёдзё», которым принято обозначать школьниц в возрасте от двенадцати до семнадцати лет. Образ сёдзё, благочестивых и открытых новым веяниям, появился в период Мэйдзи, когда японское правительство сильно нуждалось в образах, олицетворявших просвещенную новую эпоху. Со временем образ новых веяний трансформировался в образ идеальной женщины, которому удалось благополучно пережить потрясения послевоенной поры. В наше время этот образ получил просто-таки культовое признание во всем мире, наравне с образами самураев и гейш, классики японской культуры. Что ж – у каждого времени свои кумиры, надо лишь правильно понимать их сущность.

Подведем итог всему сказанному. При всем благоприятном отношении к сексу, свойственном японским традициям, в жизни японцев секс не играет основополагающей и жизнеутверждающей роли. Да – правильно организованный секс важен и полезен для здоровья, но не с него начинается жизнь японца и не на нем она заканчивается. Японские мужчины, на первый взгляд, находятся в более выгодном положении, поскольку общество не осуждает их за «мелкие интрижки, которые не приводят к крупным последствиям», но и у женщин есть определенная свобода, которой они успешно пользуются, правда, без лишней огласки.

«По мрамору щеки

Стекает вниз слезинка…

Проходит все».

Этим изящным хайку Нисиямы Сёина (1605–1682), который первым начал использовать в своих стихотворениях «низкую» разговорную речь, хочется завершить предпоследнюю главу нашего повествования.

Вам кажется, что вы уже знаете о японцах и японском менталитете все, что только можно узнать?

Это не совсем так. Кое-что важное пока еще остается за рамками нашего повествования, да и вообще рассказать о японцах в одной книге невозможно, слишком уж непроста японская нация. Книга, которую вы заканчиваете читать, это всего лишь начало, приглашение к более детальному знакомству, которое, при наличии интереса, может стать поистине безграничным и бесконечным.

Глава девятнадцатая

Почитание предков

В художественной литературе принято говорить о самом важном в конце произведения. Почему бы документалистам не следовать этому примеру, если предоставляется подобная возможность? Собственно, это еще одна из японских традиций – сказать перед расставанием нечто важное, врезающееся в память…

Почитание предков – одна из основных японских традиций и одна из главных составляющих японского менталитета. Мы не только познакомимся с основами почитания, но и проследим, как эта традиция изменялась с течением времени.

Нельзя сказать, что все без исключения японцы регулярно отдают дань уважения памяти своих предков, поскольку из любого правила существуют исключения, но так поступает подавляющее большинство жителей страны Ямато. Культ предков существовал на Японских островах задолго до прихода конфуцианства и буддизма. Важно понимать, что в рамках этого культа почитаются не все умершие родственники, а только предки, которые связаны со своими потомками кармической связью и могут оказывать на них определенное влияние.

Предками считаются духи умерших глав семьи и их жен в каждом поколении. Японская семья представляет собой не только совокупность живых членов, она также включает в себя многие поколения предков, которые после смерти не покидают семью, а просто переходят в иное, потустороннее состояние. Основополагающее значение в почитании предков имеет непрерывность рода по мужской линии, поскольку поминальные ритуалы могут совершаться только мужчинами. Поэтому в былые времена, если женщина никак не могла родить мальчика, то обычно усыновляли кого-то из племянников или мальчика со стороны, чтобы род не прервался и предки получали от потомков положенное им уважение.

Покойник, не имеющий потомков, которые проводили бы по нему поминальные ритуалы, называется муэнботокэ[277]. Муэнботокэ – это дух, обреченный на лишения в загробном мире, который мстит живым за свою неприкаянность, насылая болезни и прочие несчастья, причем – мстит всем без разбору. Муэнботокэ можно умиротворить, оказав ему почтение, а лучше вовсе не доводить до того, чтобы неприкаянный дух начал творить злые дела. Поэтому в случае смерти бездетного человека обязанности по заботе о его загробном благе принимали на себя родственники, для которых этот человек предком,