Истинный - Роман Прокофьев

Мы говорили и об ином.

— Ты забрал то золото, что мы добыли в Вечности, и дал мне драгоценное знание, — сказал я, невольно копируя его манеру речи. — Но и у меня есть для тебя новое знание. Однако ты учил меня, что за все в Единстве нужно платить…

— И ты впитал науку, — в тоне Белого Дьявола мелькнула тень сарказма. — И какую же цену ты назначишь для меня?

— Ты назначишь и заплатишь ее сам. Так и тем, чем сочтешь нужным.

Затем я рассказал ему о нападении Червей на фригольд и том, что увидел в сознании Вершителя. О Саге Наблюдателя и Великом Черве. Это было крайне важной информацией, потому что Белый Дьявол ненадолго замолчал, как будто обдумывая услышанное. Затем он произнес, с необычной интонацией:

— Это и верно достойно небесного подвига. Значит… древнее зло еще не вырвано с корнем. Оно затаилось у костей Единства и спит, залечивает старые раны и копит новые силы. Что ж, танаан, ты совершил великий подвиг и большую глупость, заглянув в дитя Великого Червя. Тебя спасло лишь то, что владыка великого Улья не взглянул в ответ… В следующий раз просто раздави личинку, если встретишь. Не слушай их лживый шепот.

— Что нам делать с ним?

— Готовиться к битве! Ты и твой Народ не убьете Великого Червя и не одолеете его воинство, если не заблестите золотом. Но времени мало — и потому вам нужно найти золотых союзников. Вспомни мои слова, танаан! Отыщи тех землян, что создали Кровь Истока и начали ковать новых бессмертных. Обрети силу и сделай Второй Шаг, чтобы просить помощи у древнего Ордена Истинных. Используй знание о Черве, чтобы привлечь на свою сторону древних охотников… И объедини свой Круг, чтобы защитить юное Древо. В этом я скоро помогу тебе…

— Поможешь? Как именно?

— Ты скоро поймешь… И еще… передай своему риксу, что я могу помочь найти его драконью спутницу в Вечности. Он поймет… и это будет моей ценой и ответным даром, танаан.

Я не совсем понял, о чем он, но не стал настаивать — в случае с моим собеседником это было бесполезно. Была еще одна тайна, которая касалась нас обоих — то, что я увидел в послании Эйрика. Некто из Вечности подстроил нашу встречу, и осколок Единого должен был об этом знать.

— Мне известно об этом, — неожиданно ответил Белый Дьявол, — Кое-кто из Вечности пытается надеть на события свой поводок. Помнишь те слова Хранителя в Храме? Все это звенья одной цепи…

— Кто он, этот небесный Восходящий?

— Один из самых мерзких пауков Вечности! — в голосе вселенца прозвучал неприкрытый гнев, — Хозяин Контракции, хотя сам он предпочитает слово… на вашем дурацком языке это будет «партнер». Ты его видел и даже одаривал. Хитрейший — вот его имя. Я хочу предостеречь тебя, танаан…

— Слушаю.

— Это… большая игра, где мы — фигуры, а он, и другие — игроки, что пытаются сорвать главный куш. Нас никогда не оставят в покое, но они не всесильны. Держи свои глаза открытыми, а Руны — наготове. Не заключай сделок с Контракцией. Не приноси Клятв, о которых потом пожалеешь. Помни — Вечность не едина, у нее много рук, и у них разные хозяева. Знай, что все они тянут их к Истоку — и мы отрубим их все до единой. И прижжем раны, чтобы не выросли новые…

— Я… услышал, — ответил я, — У меня есть еще одна тайна для тебя… о небесных псах, что гнали одного Восходящего. Но я открою ее, когда получу твой ответный дар…

— Опасные тайны ты хранишь, брат по истинной Крови, — после паузы сказал Белый Дьявол. — Но будь по-твоему! Как только я завершу то, что задумал, ты увидишь мои новые дары. И узнаешь их… Вы еще не завладели кристалл-сферой Домена?

— Мы собираемся найти и забрать ее. Что может нас там ждать?

— Только Незримый знает. После Раскола в тех октагонах территория Тьмы, мрак и холод. Но главная опасность — не твари темных земель и создания пустоты, а те, кто знает, где спрятана кристалл-сфера. Берегись их, танаан.

— Кел Вечности?

— Эти жалкие трусливые твари вряд ли снизойдут в темные октагоны из своей золотой клеточки, — я вновь ощутил его ледяную ненависть. — Но у них могут быть длинные руки. Я не смогу тебе помочь с этим, ибо у меня свой путь.

— Куда же он лежит?

— Ты скоро услышишь обо мне, — пообещал Белый Дьявол. — И мы увидимся, если Незримый не вытащит черные камни. Будь осторожен и помни о моих словах.

— Как мне связаться с тобой, если это понадобится срочно? Почему ты так долго не отвечал?

— Я ведь больше не жалкий голос в твоем разуме, — в словах Белого Дьявола мне почудился оттенок гнева. — У меня свое Восхождение и свои испытания. Не жди, что я смогу ответить тебе везде и всегда.

Что ж, этого следовало ожидать — даже находясь в моей голове, он частенько игнорировал вопросы. Глупо было надеяться, что связь-камень станет нашим незримой нитью, где я смогу получать советы…

— Принял. Пусть тебе сопутствует удача, Подобный Пламени.

— Незримый любит Тысячу, танаан. Пусть он посмотрит и на тебя…

Разговор вышел коротким, но очень насыщенным. Он сразу обозначил наши дальнейшие перспективы — кристалл-сфера, Второй Шаг, Колония Альфа. И еще Вечность — теперь, когда мы научимся копировать Навыки, Саркофагами в Домене смогут воспользоваться другие земляне. Но этот клубок стоило начать разматывать с начала…

Сразу после беседы со вселенцем я связался с Миносом, ученый как всегда торчал в своей лаборатории, и я зашел к нему, чтобы поделиться новостями. Доктор Матиас должен был знать о наших новых возможностях, потому что в перспективе они могли перевернуть все! И без него, без использования нашего рунного запаса невозможны никакие дальнейшие изменения.

Эфирные Манипуляции были нам необходимы. С ними я мог не только поделиться с Фьюри Искусством Пилотирования, но и создавать Навыки Рунного Мастерства, Рунной Артефакции, а также, например, Биосенсорики или Суперслуха для передачи другим колонистам. И не только Навыки, но и эфирные Печати для запечатления на артефактах, что открывало совершенно новые возможности. Например, Предметы с эффектом Чуткого Уха для дозорных, которые можно передавать, решили бы огромную проблему…

— Интересно, амиго… — сказал доктор Матиас, задумчиво покачивая головой. — Значит, Эфир… Что конкретно для этого нужно?

— Для начала — несколько серебряных Рун Развития, — сказал я, твердо глядя на него. — Придется вложить