Разреши мне любить - Ольга Сергеевна Рузанова

– Они не твои, – выдыхаю резко и перед погружением в ледяную прорубь, добавляю, – Скорее всего…

Повисшая над нами звенящая тишина давит на барабанные перепонки. Я разрубила узел, но пока ничего не чувствую.

– Я не верю. Ты была девственницей, проговаривает он на одной ноте, – А потом в Лондоне… у тебя точно никого не могло быть.

– Прости меня… я не была…

– Врешь! Зачем?..

Соскочив с кресла, он пулей вылетает из комнаты. Я смотрю на пустой дверной проем, а потом, когда в голову закрадывается мысль, что он пошел в детскую, срываюсь с места.

Однако дверь в комнату мальчишек плотно закрыта, а сами они крепко спят.

Станис на кухне. Поставив бокал на стол, наполняет его виски. Его руки сильно трясутся.

Опасаясь приближаться, я останавливаюсь у входа.

– Я сделаю тест в понедельник. В экспресс-лаборатории, – говорит отрывисто.

– Давай, разведемся, Стань. Пожалуйста! – прошу тихо.

– Ты за старое?.. Черт!.. – выругивается, вливая в себя порцию спиртного.

Морщится, прижимая кулак ко рту и врезается в меня колким взглядом.

– Когда в прошлый раз развод просила, почему не сказала, что они не мои?! Я бы дал тут же! Чьи они, Варя?!

– Ты его не знаешь…

– Кто он?! – замахивается и швыряет бокал в стену.

Мой крик застревает в горле колючими иглами. Из глаз брызжут слезы. Попятившись назад, я перехватываю еще один его разъяренный взгляд.

– Когда ты залетела?! Когда?.. Перед свадьбой? После?..

– Перед.

– Сука!..

Опершись двумя руками в стол, роняет голову и часто поверхностно дышит. Понимаю, что ему нужно время, но этот долбанный шаг сделан, и я больше не хочу терять ни секунды. Нужно закончить все прямо сейчас.

– Прости меня, Стань… я виновата…

– Ты сука!.. Мерзкая!.. – цедит сквозь зубы, – Ты врала мне почти три года!

– Я собиралась все рассказать, клянусь!

– Собиралась?! Когда? – его резкий рывок, и в мою сторону летит керамическая солонка.

Я успеваю увильнуть, она ударяется о дверной косяк и с грохотом падает на кафельный пол. Меня колотит, но к голове поднимается жар, рождающий безрассудство. Боясь новой панической атаки, я тяну воздух носом и захожу на кухню.

– Давай поговорим, Станя, пожалуйста… Выслушай меня!

– Уйди!.. Не сейчас!

– Нет, сейчас! Прошу!.. Я хочу все рассказать…

Он словно не слышит. Снимает с держателя еще один бокал и наливает виски. Выпив сразу весь, мотает головой.

– Мама была права. Она давно все поняла… – проговаривает хрипло.

– Как она могла понять?

– Говорит, у тебя вина на лбу прописана.

Машинально взлетевшие к моему лицу руки с силой растирают его. Чувство жжения на лбу не исчезает. Это только подстегивает продираться к своей цели дальше.

– Я не отрицаю своей вины… я хочу все исправить.

– Как? Развестись?..

Черт!.. Да!

Да! Да! Да!..

Я хочу развода стократ сильнее, чем когда-то хотела свадьбы с ним! Я больше не могу мучить нас обоих. У меня не осталось сил лгать каждый день.

Я хочу жить!

Словно услышав мои мысли, Станис хрипло выдыхает и падает на стул. Ему больно, а мне больно за него. Я не оправдала надежд, подвела, предала. Я худшая из жен.

– Станя…

– Ты с кем-то спала перед свадьбой? Кто он?..

Я прохожу вглубь кухни и, открыв воду, умываю лицо. Мне очень жарко.

– У нас было всего один раз. Это правда.

– Кто он?

– Ты его не знаешь, – отвечаю, решив что ни за что не назову имени Денежко.

– Блядь! Я никого здесь не знаю! – выкрикивает с агрессией, – Просто скажи, кто он. Твой однокурсник, сосед… Кто?!

– Знакомый.

– Ты трахалась с ним, а потом звонила мне и говорила, что любишь?!

– Нет, все не так…

– А как, Варя?! Почему ты не рассказала мне до свадьбы?!

– Я не могла! Это произошло тогда, когда свадьбу уже было невозможно отменить! Было слишком поздно!..

– Сука! А надеть белое платье и изображать из себя целку возможно было? Повесить на меня чужих детей возможно было?!

– Если бы я знала на тот момент, что беременна…

– Заткнись! – рявкает, дернувшись в мою сторону, но так и не поднявшись со стула.

– Прости меня, пожалуйста… – шепчу спустя небольшую паузу, – Я хочу все исправить.

– Вот почему ты так рвалась сюда, да?.. Думаешь, вернуться к нему?

– Нет, конечно. Я просто хочу жить в родном городе рядом со своими родителями. Как раньше.

Станис не верит, и я его понимаю. Жалит меня яростью и обидой, а я не хочу давать сдачи, потому что боюсь, что мы расстанемся с ненавистью друг к другу.

– Где он был все это время? Два с половиной года!..

В моих мыслях и сердце. Был и остается.

– Понятия не имею…

– Он знает о детях?

Я быстро облизываю сухие губы и отрицательно качаю головой.

– А ты?.. Как ты узнала, что они от него? Похожи?..

– Поняла, когда они подросли, – вздыхаю судорожно, – Да, похожи.

– На хрен тогда тест, Варя?! На хрен все это?! Забирай их и вали к нему!..

Сжигающий изнутри жар стекает в горло и застревает там горячим камнем.

– Давай разведемся, Станя. Я уйду.

– Да, с радостью! – соскакивает со стула и, толкнув меня плечом, несется в нашу спальню.

Я иду за ним и вижу, как он хватает свою одежду с полок и скидывает на пол.

– Что ты делаешь?!

– Принеси чемоданы, я не останусь здесь с тобой ни на минуту.

– Станя, у тебя завтра самолет. Останься, – прошу, начиная плакать, – Я лягу у детей.

– Нет.

– Мы утром уедем к моим родителям. Это твоя квартира. Не уходи.

– Твою мать… – стягивает с верхней полки объемную дорожную сумку и начинает трамбовать в нее вещи.

Без разбора скидывает в нее зарядники, планшет и все, что попадает под руки.

– Станя, остановись, пожалуйста. Мы уедем. Зачем ты собираешь вещи?

Резко выдохнув, он вдруг останавливается. Садится на край кровати и зарывается руками в волосы.

– Собери мне сама. Как обычно, – проговаривает глухо, – Я переночую в гостинице. Утром сообщу, когда сделать днк. Мне нужно официальное подтверждение. Потом развод.

– Хорошо, – соглашаюсь я.

– Можете пока остаться здесь. Позже решу, что делать с квартирой.

– Я сниму другую.

– Мне без разницы.

Глотая слезы, я собираю чемодан, как обычно это делаю, когда муж улетает на неделю в Москву. А потом молча наблюдаю, как, надев пальто, он выходит из квартиры и громко хлопает дверью.

Глава 7

Варя

Тишина квартиры, звенящая, прохладная, оглушает. Я, как потерявшийся в тумане путник, брожу по ней едва ли не на