Чудовищная алхимия. Том 5 - Борис Фёдорович Тролль

— у того всё было отлично, и он как раз фиксировал второго свиножора — командир начал заливать маслом монстра у своих ног. Зайцехват в этот момент развернулся в черепе и теперь сверлил ненавидящим взглядом своего обидчика. В ответ на этот немой вызов парень сместил струю, чтобы та попадала прямо на мерзкого ушастого.

Раздался гневный писк, но Зефир не стал глумиться дальше и подбежал к первому обезвреженному противнику. Поправив копьё, которое тот расшатал, он ещё раз полил тварь, когда позади раздался голос чернявого:

— Я закончил!

Не теряя времени, командир подскочил к первому свиножору Леопольда. Тот возился на земле, пытаясь перекусить лапами толстые палки. Но товарищ не сплоховал и также воткнул их в плечевые суставы, из-за чего монстр неуклюже дёргался.

Залив его маслом, Зефир бросился к последнему хряку и крикнул на бегу:

— Поджигай!

Вылив на пищащего в пустом черепе зайцехвата литра два горючей жидкости, командир рванул в сторону — подальше от огненной ловушки, которую собственноручно приготовил до прибытия гостей.

Внезапно сверху панически заверещал Брут. Зефир моментально бросил взгляд на ветки. Вот только с енотом всё было хорошо, а его палец с острым коготком указывал на Леопольда!

Развернувшись к чернявому, командир замер, словно громом поражённый. В двух метрах от друга находился вылезший из своего «костюма» небольшой заяц, переднее щупальце которого удлинилось и присосалось через штанину к бедру неподвижно застывшего парня!

Зефир просчитался. Один из зайцев бросил свою марионетку — лису — и теперь прилип к товарищу, пытаясь прорастить своё щупальце сквозь тело к голове Леопольда.

Командир не знал, как долго длится этот процесс, но понимал: нужно действовать мгновенно, пока тварь не повредила мозг. Он рванул что было сил, выхватывая меч из ножен и щит со спины.

Оказавшись рядом с замершим другом, который стоял с зажжённым факелом в руке, Зефир на ходу перерубил щупальце и, вложившись всем телом, рухнул щитом прямо на зайцехвата. Тварь мгновенно расплющилась — на землю обильно брызнула белая гадость, смешанная со склизкими, ни на что не похожими прозрачными внутренностями.

Однако даже такие колоссальные повреждения не помогли покончить с монстром — миг спустя эта субстанция задрожала и задвигалась, пытаясь собраться воедино.

Бросив изгаженный щит на земле, юноша подскочил, словно ужаленный. Следом он выхватил факел из рук так и не пришедшего в себя Леопольда и подхватил его в охапку, чтобы через мгновение броситься отсюда, что есть сил.

— Брут, валим! — проорал командир и, дождавшись появления дополнительного веса на плечах, запустил, не оборачиваясь, горящий факел назад.

За спиной вспыхнуло так, будто кто-то поджёг небольшой пруд, заполненный горючей смесью. А кожу обдало сильным жаром, придавая прыти. Послышались енотьи ругательства — Брут вцепился в шлем изо всех сил, такое ощущение, что всеми конечностями.

Через минут десять Зефир выбрался наконец из леса и, пробежав ещё километр, остановился, осторожно укладывая товарища на землю. Чуда не произошло — Леопольд не очнулся. Его глаза были открыты и смотрели в никуда, но грудь, слава Всемогущей Бойне, вздымалась. И командир очень надеялся, что непоправимого не произошло.

Усевшись рядом с ним, Зефир осмотрел рану на ноге парня. Из неё продолжало торчать отрезанное белое щупальце сантиметр в диаметре, а со среза, где командир рубанул мечом, капала какая-то белесая дрянь.

Что делать, он не знал. Слухов о том, что кто-то вообще выживал после удара зайцехвата, Зефир никогда не встречал. Возможно, таких счастливчиков, в принципе, не существовало.

Проведя ладонями по лицу, юноша внезапно врезал кулаком по земле:

— Сука!

Рядом жалобно затявкал Брут. Мохнатый спустился с плеч парня и встал около Леопольда, смотря на него с тревогой.

В этот раз командир конкретно напортачил, решив связаться с этими ублюдочными зайцами.

Тем временем позади тройки друзей разгорался огромный пожар. С огнём Зефир тоже просчитался, и жаркое пламя от горящего масла быстро распространилось по сухому бурелому…

Глава 3

Что-то неладное творилось в центре Солинграда: на территории храма Всемогущей Бойни слышались крики и царила суета, а культисты лихорадочно искали что-то или кого-то, прочесывая всё вокруг.

В это же время торговое одномачтовое судно, мерно покачиваясь на волнах, медленно входило в порт столицы. Внешний вид корабля оставлял желать лучшего: его серые паруса больше походили на рваную тряпку, сквозь которую гулял ветер; фальшборт зиял дырами, а кое-где был и вовсе выломан; ближе к носу зияла огромная пробоина — словно гигант пытался протаранить судно. К счастью, она располагалась выше уровня воды, что и спасло корабль от неминуемого затопления.

На палубе этого «дырявого корыта» находилось не более дюжины человек — катастрофически мало для команды торгового судна. Некоторые и вовсе не походили на матросов. Разве могла женщина лет сорока в грязном платье, восседавшая в вороньем гнезде, сойти за «морского волка»? Или пожилой мужчина в поношенных атласных штанах и пожелтевшей рубашке на пуговицах, надрывавшийся с канатами, — за опытного моряка-бродягу?

На рубке у штурвала стояло трое.

Капитан — седовласый и бородатый мужчина с перевязанной рукой — устало и радостно смотрел на город впереди, корректируя курс.

Рядом хмурил брови, прикидывая убытки, усатый торговец средних лет в грязной, просоленной рубахе и таких же парчовых штанах.

Замыкала тройку фигуристая красавица в начавшей ржаветь кольчуге. Её белокурые волосы, собранные в хвост, от соли и солнца так пересохли и слиплись, что больше напоминали солому. Лицо девушки выглядело уставшим, словно она несколько недель кряду трудилась в забое без передышки. Однако сияющие небесно-голубые глаза были полны решимости, а в их глубине читалось явное облегчение.

— Слава Всемогущей Бойне, добрались! — воскликнул капитан, направляя судно к одному из свободных пирсов.

Повернув штурвал, он на секунду обернулся к девушке и признался:

— Мы бы не справились без вас, госпожа Милажена.

— Да, — подхватил стоявший рядом торговец. — Присоединяюсь к благодарности, уважаемый чемпион. Я за свой счет устрою праздник для всех выживших. Пожалуйста, приходите!

— Не стоит, — отрезала блондинка. — В первую очередь я спасала себя.

Воцарилась тишина. Оба мужчины не знали, что сказать, и боялись перечить воительнице. Никто из них раньше не сталкивался с боевым крылом культа, а всё, что они слышали, ограничивалось байками. Поэтому до этого злосчастного путешествия они и представить не могли, какими монстрами были чемпионы.

Лишь когда они воочию увидели силу этой хрупкой с виду девушки, до них наконец дошёл масштаб пропасти, лежавшей между простыми людьми и культистами.

Мила же тем