Ребенок от предателя - Ксения Богда

Значит, правда. Про травму правда!

– Ну и чего ты застыла? – наклоняет голову и критично меня осматривает.

Оборачиваюсь.

– Да тебе я, тебе, – в его голосе сквозит злость, – не водитель, а макака с гранатой.

Открываю рот. Ну это уже слишком. Или что, когда он травму получил, у него выбили такт и вежливость?

– Знаешь что, – подхожу к нему и тыкаю пальцем в грудь, – я, конечно, виновата, но это не дает тебе права меня оскорблять и мешать с грязью.

Сама переключаюсь на гадское «ты», но я настолько сейчас зла, что не до вежливости особо. Нашелся прям праведник и правильный мальчик.

Леша перехватывает моё запястье, и меня бьет током. Отдергиваю руку. Леша сам стоит и удивленно смотрит на ладонь.

– Это что ещё за фигня? – задумчиво рассматривает руку.

– Это называется статическое электричество. На физику в школе надо было ходить.

Он прищуривается, и я ловлю его подозрительный взгляд.

– Откуда ты знаешь, что я прогуливал физику?

Прикусываю язык. Вот же…

– Откуда я могу это знать? Но чисто по вашей растерянной м… по лицу растерянному, можно сделать вывод, что вы не дружите с этим предметом.

– Ты хотела сказать «мордой»?

– Что? – хмурюсь.

– Ты хотела сказать «мордой», зайка, я не тупой.

Боже, откуда это его похабное «зайка»? В прошлом он никогда меня так не называл, а тут уже второй раз.

– Да, хотела, – не вижу смысла препираться, – и что дальше?

Складываю руки на груди и изображаю грозное лицо. Он хмыкает.

– Ну хоть не отпираешься. Плюсик тебе.

Закатываю глаза. Стараюсь перебороть навязчивое желание стукнуть Лешу чем-нибудь за это его поведение, которое ему вообще несвойственно.

Хотя… четыре года прошло. Люди меняются.

– Засуньте эти плюсики себе в ж…

Меня заглушает сигнал проезжающей машины, а Леша начинает громко хохотать в ответ на мой выпад.

– Черт, а ты забавная.

Кривлю губы.

– Думаю, ваша жена будет не в восторге, что вы сейчас стоите тут на дороге и пытаетесь сделать хоть и кривой, но комплимент левой девушке.

Он оглядывается по сторонам.

– Ну так и жены тут нет. Или я её просто не вижу? А она стоит за моей спиной? – наклоняется ко мне, и наши глаза оказываются на одном уровне.

Ну все. С меня хватит. Не могу больше спокойно находиться рядом с ним. Не могу поверить, что нельзя прикоснуться к нему и сказать, кто я такая.

– Пойду в машине подожду комиссаров.

Да! Я сейчас тупо сваливаю. Сливаюсь, как это ещё любят сейчас называть. Но я не уверена, что смогу справиться с собой и не выдать ещё что-то. Про физику же сказанула не подумав. А Леша реально в школе физику прогуливал, он мне сам рассказывал в том далеком прошлом.

– Сбегаешь, зайка?

Рычу. Топаю ногой, разворачиваюсь лицом к нему.

– Хватит. Меня. Так. Называть, – поднимаю указательный палец.

Леша невинно хлопает своими голубыми глазами.

– Ну так я не знаю, как тебя зовут, – пожимает плечами.

Облизываю губы.

– Вероника. Меня зовут Вероника.

И в груди зарождается надежда, что, может, вот сейчас Леша вспомнит, что я та, кто носила его ребенка, и та, кого он так беспощадно предал.

– Прям как мою жену, – усмехается.

Нет, он не вспомнил. Ни капли узнавания в глазах.

– Какое совпадение, – язвлю и прячусь в машине.

Обхватываю руль и шумно выдыхаю. Сердце при каждом ударе пронзает боль, и приходится затаивать дыхание, чтобы унять неприятные ощущения.

Перед глазами мелькают картинки нашего с Лешей знакомства: как он притащил ко мне лабрадора, у которого врос ноготь в лапу, и как мы его держали, чтобы он нас не покалечил.

А потом пришел ещё раз… без пса, но с огромным букетом тюльпанов. Был март… и природа просыпалась после зимы.

Очередной стук в окно заставляет вздрогнуть.

– Вик, ты, что ли, виновница?

Ну конечно, для полной картины не хватает Макса.

– Привет, Макс, – выдавливаю уставшую улыбку.

– Как ты умудрилась? – он осматривает машину и сжимает губы в тонкую полосочку. – Да уж, встряла ты.

Наклоняется и быстро целует в губы.

– Вы бы даму свою научили проходить осмотр, – слышу резкий голос Леши и отталкиваю Макса.

Он вопросительно выгибает бровь, а я одергиваю себя. Какая разница вообще, что меня Макс целует при Леше?

Какая кому разница?

Макс выпрямляется и поворачивается к Леше.

– Не переживайте, я со своей дамой сам разберусь, окей?

Морщусь от грубости Макса. Леша складывает руки на груди, отчего мускулы на руках надуваются.

– Вообще-то это я вас вызвал, чтобы вы тут все оформили. Так что давайте побыстрее, мне ехать надо. А с дамой разбирайтесь, как хотите.

Макс достает из сумки планшет и записывает все данные, мои и Леши. Делает несколько фотографий.

– Видишь, как хорошо, что ты сделала страховку по максимуму. Они все возместят, и забудешь эту аварию, как страшный сон, – Макс притягивает меня к себе за плечи.

Неопределенно угукаю.

– Вы можете ехать, – Макс вручает копию протокола Леше, – дальше все будет решать страховая.

– Отлично, благодарю.

Леша бросает на меня быстрый взгляд, скрывается в машине и срывается с места. Оставляет меня наедине с Максом.

– Ну что, как ты, Вероничка? – стискивает меня в объятиях.

А меня пронзает дикое желание оттолкнуть. Отпрянуть. Стряхнуть с себя чужие руки.

Чужие руки… А чьи руки не чужие? Леши? Так он уже вообще чужой муж и скоро станет отцом.

Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох. Твержу себе, что все позади и мы больше с Лешей не пересечемся. Очень на это надеюсь.

– Как видишь. Не представляю, как я теперь без машины. Мне же Кирилла в сад и из сада забирать.

Макс хмыкает.

– Ну так на автобусе покатаетесь, делов-то.

А мне выть хочется, когда я думаю, что придется Кира в автобус тащить. Его будить-то – это целое приключение. Он у меня самая настоящая сова.

Досыпает по пути в сад, а тут… автобус.

Передергиваю плечами.

– Так, я погнал, короче, дальше. Справишься сама же?

– А-а-а-а, – блею, смотря на разбитую машину, – а что делать-то?

Макс оборачивается, почти уже подойдя к машине.

– Эвакуатор вызывай, – равнодушно пожимает плечами, – у меня просто правда нет времени с тобой тут торчать, – садится за руль и уезжает. Пока я стою и, как рыба, попавшая в сети, открываю рот.

И он вот так просто меня бросил?

– Прелесть какая, – пищу, стараясь не впадать в панику.

Делаю несколько глубоких вдохов. Первое, что мне нужно, – успокоиться и