Саймон говорит - Саймон Грэй

День проходил за днём, а киба никак не проявляли враждебных намерений. Днём парочка прогуливалась по улицам в окружении оравы детей, иногда заглядывая в церковь к отцу Никодиму или в деревенскую библиотеку. А вечера предпочитала проводить в зале «ТРАКТИРА», попивая подогретое молоко…»

Вот уже битых полчаса Саймон уныло пялился в исписанные тетрадные листы, ожесточённо грызя ни в чем неповинную ручку. Он уже раз десять перечитал написанное и с каждым разом тест нравился ему всё меньше и меньше. Учитывая, что тема эссе, над которым он трудился весь вчерашний день, звучала как «Перловка и перловчане», последние абзацы, по-хорошему, надо бы вычеркнуть. А еще лучше – вычеркнуть вообще всё, от начала и до конца. Но, в таком случае, надо придумывать что-то новое, а с вдохновением образовались некоторые проблемы.

Как вообще могло получиться, что после разговоров о гуманности и гуманизме, ему пришлось писать эссе, да еще на такую тему? Как выяснилось, очень просто! Увлекшийся Иван Фёдорович в своей лекции затронул тему воинской элиты в человеческой истории, вроде рыцарей, самураев и витязей. В частности, что среди них проявление милосердия и доброты считалось достоинствами, а отнюдь не недостатками. Далее дискуссия повернула к определению слова «Воин» (именно так, с большой буквы). После непродолжительного обсуждения, все присутствующие сошлись во мнении, что настоящий Воин должен быть гармоничной личностью, у которой деструктивное и созидательное начало находятся в равновесии.

- Раньше мужчина старался соответствовать этому высокому званию, - сокрушённо вздохнул Захар Львович. – Сколько писателей, поэтов, художников были солдатами, но не растеряли в себе ни человечности, ни способности творить! А сейчас посмотрите на молодежь – горазды только морды бить, да стрелять во всех без разбору.

-Ха! Да эти так называемые солдаты нынче даже окоп себе нормальный выкопать не смогут. Какие уж тут художества или писательство! – горячо подержал собеседника Иван Фёдорович. – Исключительно деструктивизм в первозданном виде.

Почему Александр попался на эту нехитрую наживку, было понятно – молод, горяч, неопытен. А вот почему на неё попался Саймон – загадка. Сам он винил в этом пятую кружку пива. В результате, после недолгого ожесточенного спора, два коварных старика предложили более юным оппонентам наглядно доказать, что это самое «созидательное» начало у них водиться. А пока мутант и Саша приходили в себя, тут же принялись искать подходящий способ.

- Изобразительное искусство! – предложил первый вариант учитель.

- Помилуйте, где же мы вам возьмём краски, кисти, холсты и мольберты? – попытался выкрутиться мут.

- Настоящего художника это не остановило бы, - пробурчал шаман, покусывая чубук. – Вполне можно обойтись карандашом и тетрадью.

- Целиком с вами согласен, - поддержал его Иван Фёдорович. – Но глядя на лица наших оппонентов, почему-то мне кажется, что этот вариант не подходит. Скульптура?

- Не годится. Тут объективные препятствия – вряд ли мы сможем достать подходящие инструменты и камень, – возразил Захар Львович. - Даже глины, боюсь, не накопаем. Резьба по дереву?

- Вы посмотрите на их лица! Думаю, это тоже не вариант. Музыка?

- А что? Я неплохо на гитаре играю, - робко встрял Александр, растерявший весь свой боевой пыл.

- Слышал я, как ты играешь, - поморщился шаман. – Музыку отметаем. И пение тоже!

Старики издевались еще минут десять, перебирая различные альтернативы. Молодежь уже готова была сдаться, но тут прозвучала последняя:

- Литература! Раз уж молодые люди не имеют толком никаких других талантов, предлагаю остановиться на литературном жанре! В конце концов, тут требуется только умение писать, ручка и бумага, - высказался Иван Фёдорович, выжидательно глядя на Захара Львовича.

- Поддерживаю, - согласился тот. – Стихи? Проза?

- Проза! – встрял Саймон. – Со стихами у меня проблемы.

- Жаль. Что ж, проза так проза. Предлагаю эссе.

- О! Эссе – это просто прекрасно! – подхватил учитель. – Думаю, листов на пять достаточно. Тема?

- Ну, раз мы выбрали столь простой способ проверки, давайте подберём тему позаковырестей. Как насчёт «Перловка»? Даже нет – «Перловка и перловчане»! Так сказать, в дань уважения деревне, которая нас приютила.

- Глупая тема – буркнул Александр. – Почему не тот же самый гуманизм и его влияние на историю человечества?

- Потому что по данной теме мы уже тебя наслушались, - парировал шаман. – А вот теперь попробуй так же страстно и с чувствами рассказать нам об этом прекрасном населенном пункте и его чудесных жителях.

В общем, молодёжи ничего не оставалось, как согласиться и обговорить условия. После небольшого спора, стороны пришли к соглашению: объем – пять рукописных листов, срок – неделя, пользоваться планшетами, а также звать кого-то на помощь – категорически запрещено. Последнее условия оставалось исключительно на совести испытуемых, но ни один, ни второй нарушать его не собирались – уж больно захотелось уесть двух вредных старикашек. Оба эссе будут зачитаны в главной зале «ТРАКТИРА», дабы строгие судьи в лице всех желающих поприсутствовать, могли оценить и высказать свое мнение.

Именно поэтому уже второй день Саймон сидел в комнате и старательно водил ручкой по бумаге, складывая непослушные слова в предложения. Пока отчаянный стук в дверь не отвлёк его от этого занятия.

- Дядя Семён! Дядя Семён, откройте! Ну, откройте же!

Услышав панический крик Мышки, мутант вскочил со стула и распахнул дверь. В голосе девочке слышалось точно такое же отчаяние, какое было в то памятное утро, когда Павел отправился в одиночку бороться с Хозяином тайги.

- Что случилось?

- Дядя Семён, помогите! Они убьют их!

***

Присев на корточки, Саймон опустил руки на плечи девочке и скомандовал:

- Успокойся и давай по порядку – кто, кого и за что убьёт?

- Деревенские убьют! Дедушку Захара и Сашку! – чуть не плача затараторила Света. – Сегодня утром нашли Ваську Ненаша совсем мёртвого! Говорят, его как будто зверь подрал! И все сразу на Сашку подумали, потому что все видели, как они позавчера ссорились! И теперь их хотят на Дереве Висельников повесить! А я им говорила, что Сашка этого не делал, а меня никто не слушает!

Последние слова Мышка практически прокричала, одновременно с этим выдав беспорядочный телепатический импульс. В голове у мутанта загуляло эхо, а виски опять заломило.

- Так! Я сейчас оденусь -