Принц смерти - Наталья Сергеевна Жильцова

Высокие арочные окна, обрамленные тяжелыми бархатными шторами с золотой вышивкой, пропускали солнечные лучи, добавляя залу еще большего сияния.

Пол по центру устилала длинная алая дорожка, ведущая к величественному алтарю, украшенному цветами из чистого золота и белоснежными лилиями. По обеим сторонам дорожки стояли ряды изысканных стульев с бархатной обивкой, на которых восседали знатные гости, одетые в самые дорогие наряды. Дамы в платьях с кринолинами, расшитыми жемчугом и драгоценными камнями, кавалеры в парадных мундирах с орденами и медалями — все они обернулись на звук фанфар, возвестивших о нашем появлении. А я впервые пожалела, что не имею возможности сбежать. Слишком все вокруг было чуждо мне. Чуждо и пафосно!

Правда стоило посмотреть вперед, где в ожидании меня застыл Каэль, как все переживания развеялись. Его ртутный взор обжигал даже сейчас на огромном расстоянии, и сердце окутывало теплом. Теперь захотелось плюнуть на всю степенность и торжественность нашего шествия, вырвать руку у лорда Харта и как можно быстрее оказаться рядом со своим Призрачным драконом.

Но я сдержалась. Если Каэль был готов простить мне любое нарушение этикета, то вот его венценосные родственники и высокостатусные гости — вряд ли. А мне очень не хотелось, чтобы нам потом перемывали кости все известные новостные каналы и издания. Поэтому я продолжала идти вперед под размеренную величественную музыку.

Звуки скрипок, виолончелей и арф наполняли зал ровно до того момента, как мою руку передали жениху и сильные горячие пальцы уверенно сжали похолодевшую от нервов кисть. Незаметно для окружающих Каэль провел большим пальцем по нежной коже, а в голове раздался его голос: «Потрясающе выглядишь».

Не смогла не улыбнуться ему в ответ. Внутри все сжалось от щемящего нежного чувства и слишком огромной радости, чтобы продолжать сдерживать ее внутри себя. За всеми эмоциями я даже пропустила начало церемонии и далеко не сразу смогла сосредоточиться на голосе жреца, который начал читать воззвание к богам. Его голос, глубокий и торжественный, звучал под сводами зала, напоминая всем о важности этого момента.

— Пред ликами богов согласны ли вы, принц Киллиан Первый Призрачный взять в жены ее сиятельство графиню Лиреллу Ди Файр, любить и беречь ее, и быть рядом в горе и радости?

— Согласен, — уверенно ответил Каэль, а мое сердце от волнения внезапно подпрыгнуло к горлу.

В итоге мое ответное «да» прозвучало пискляво и тихо. Но и этого было достаточно, чтобы его, усиленное заклинанием, услышали все присутствующие, а зал разразился оглушительными овациями. Под их звук Каэль поднял мою фату и, притянув к себе, уверенно поцеловал.

В этот момент время остановилось. Зал, гости, даже звуки музыки — все для меня исчезло. Остались только он и я, наша любовь, наша связь, которая ощущалась каждой клеточкой.

Уверенные прикосновения моментально наполнили тело теплом и легкостью. Казалось, что еще немного, и я воспарю. Но руки Каэля надежно удерживали меня на земле, даря чувство абсолютной защищенности.

Это был не просто поцелуй — обещание. Обещание быть всегда рядом.

Это было начало новой главы нашей жизни, которую мы обязательно напишем вместе.

Когда Каэль отстранился, разрывая поцелуй, я открыла глаза и увидела на его губах теплую улыбку. В его взгляде светилось столько любви и нежности, что мне хотелось остаться в этом моменте навсегда. Но зал взорвался аплодисментами, окончательно возвращая меня к реальности, где празднование нашей свадьбы еще только начиналось.

Я вдохнула поглубже, готовясь к новому этапу торжества, а именно к переодеванию, фуршету и танцам, и внезапно в носу засвербело от витавшей в воздухе золотой пудры.

Оказалось, фата была очень надежной защитой от этой противной пыли!

Понимая, что еще немного, и я оконфузюсь непрерывным чиханием и хлюпающим носом, я быстро накинула фату обратно как стеснительная школьница.

— Все хорошо? — с беспокойством спросил Каэль.

— Теперь — да. Но кажется, я тоже начинаю недолюбливать золото, — задавив очередное желание чихнуть, сдавленно проговорила я. — И как остальные выдерживают эту пыльцу?

— Привыкли, — усмехнулся Каэль, а я вдруг ощутила, как меня окутывает его невидимой защитой, которая надежно очищает воздух.

— Спасибо, — с благодарностью произнесла я и одарила своего теперь уже мужа самым счастливым взором.

— Все для тебя, — мягко откликнулся он и легко перехватил за талию.

Затем последовали бесконечные поздравления, пожелания счастья и множество обязательных танцев, во время которых я мысленно возблагодарила госпожу Ноэлу за невесомое платье и удобную обувь. Что порадовало еще — так это присутствие на празднике всех членов нашего агентства. Все-таки местные фрейлины так и остались для меня чужими, а с Мадиной и Анжелой можно было хоть немного отвлечься и расслабиться.

Но даже несмотря на это, с торжественного ужина мы с Каэлем все-таки сбежали. Отсидев лишь первые полчаса, выбрали момент, когда развеселившимся и увлекшимся едой, напитками и фейерверками гостям стало не до нас, потихоньку выскользнули и растворились в портале.

Небольшой, уже отремонтированный холл агентства по сравнению с огромными хоромами и кучей золота во дворце, показался мне теперь особенно уютным, а спальня и вовсе почти родной. Еще бы морга в подвале не было…

«Я обо всем позаботился, родная, не переживай», — коснулся сознания шепот Каэля, а затем меня заключили в крепкие объятия, и я перестала думать обо всем, кроме близости своего мужа.

Руки Каэля, сильные и уверенные, прижали меня к себе так крепко, что я ощутила твердость его тела. Пальцы осторожно скользнули по моей щеке, отодвигая выскользнувшую из прически прядь волос, а затем опустились ниже, к линии шеи, где пульс отчаянно стучал, выдавая мое волнение.

— Наконец-то ты полностью моя, — в голосе Каэля звучала такая нежность, что перехватило дыхание.

Прежде чем я успела что-то ответить, он легко подхватил меня на руки. Невольно обвив его шею, я прижалась к груди Каэля. Его сердце билось ровно и сильно — знакомый, успокаивающий ритм. Мое же, напротив, бешено застучало.

Поднявшись в спальню, Каэль опустил меня на кровать так бережно, словно я была хрупким сокровищем, а в следующее мгновение его пальцы заскользили по застежкам платья и стали развязывать шнуровку корсета. Каждое прикосновение обжигало, будто оставляло невидимые следы.

Ткань платья мягко соскользнула вниз, обнажая кожу. Холодок пробежал по обнаженным плечам, но ладони Каэля тут же согрели их, а затем нежно двинулись вниз, будто заново узнавая каждую линию моего тела.

В ответ я прижалась сильнее, позволяя своим рукам найти дорогу сквозь его одежду