Военный дневник. Год второй - Андрей Валентинов

литературы о т. н. попаданцах вовсе не множит количество Утопий. Сейчас книг о попаданцах в пост-Совдепии не менее двух тысяч. Много ли там Утопий, тем более с детали их создания? По сути единицы, герои главным образом предпочитают приспосабливаться к иному миру, утвердившись в нему в качестве альфа-павиана (вне зависимости от пола). Есть еще АИ без попаданца, но там чаще используется уже описанная англо-саксонская модель: технический прогресс в рамках возможного, социальные реформы. В общем, Бернштейн и фабианство.

Тем не менее, материал для анализа есть.

Возьмем случай почти что «крайний». Андрей Величко, по сути, создал отдельный попаданческий жанр, который знатоки назвали «дядя Жора» в честь одного из героев. И в данном случае методы возведения Утопии проследить и выделить вполне возможно. У Величко есть минимум три вариант, возьмем наиболее известный. Выходец из нашего мира, тот самый дядя Жора, пытается создать Землю Обетованную из Российской империи конца позапрошлого века.

Методы? Понятно, спецназ с современным оружием, тайная служба (целых три), пытки — последние описываются даже с некоторым знанием дела.

Обман. Политические убийства. Биржевая игра на подсказках из будущего.

И все? Ну, людей на наркотики подсаживают. Шантаж. Компромат.

Вывод? Утопию дядя Жора создает исключительно бандитскими методами, лихие 1990-е во всей красе.

А как же технический прогресс? Исключительно паразитирование на Будущем. Оттуда берутся и чертежи и готовые устройства, а также лекарства, тексты песен — и все подряд. То есть, сам герой если на что-то и способен, то уже точно не на организацию научно-технического прорыва. О социальной стороне жизни и говорить не приходится. Пытки, шпионаж, провокация и политические убийства. Экономика? Автор слыхал что-то о Столыпине, вот ему и поручает все. А Витте убить. Всенепременно убить!

Можно еще много чего написать, но, во-первых, и так понятно, а во-вторых, противно.

Иные авторы пишут в том же духе, только о Столыпине они не слыхали.

Если что иное? Ну, если поискать как следует…

* * *

Среди живности, расплодившейся в войну у города и в самом городе, все чаще упоминаются енотовидные собаки. Существа достаточно опасные и неприятные. Завезли их к нам, насколько помню, в 1930-е уж не знаю зачем. 

Этой животине повезло, взяли на воспитание в зоопарк.

8 ДЕКАБРЯ (653 ДЕНЬ)

Около трех ночи — грохот. Раз, два, три, четыре… Ракетный обстрел, в том числе попали по нескольким многоэтажным домам.

Обстрелы были по всей Украине. Есть жертвы.

* * *

Серьезная авария на водопроводе. Причина пока неясна, что будет с водой — тоже.

* * *

На улице мороз, ветер, все серое, собака жмется к хозяину, смотрит грустно.

В кафе играют не джаз, но все-таки некое американское ретро. Не балалайка, и то спасибо.

* * *

Последние дни особенно много сообщений о гибели наших бойцов на фронте. Гибнут лучшие.

Вчера умер от ран Василий Кухарский, актер театра драмы на Подоле, часто снимался в кино.

Кухарский воевал с февраля 2022-го, в сентябре был ранен.

Да, гибнут лучшие, в то время как шесть миллионов трусов и мерзавцев бежали за кордон. Среди этой оравы далеко не все супоросные мамаши с сопливыми крокозяблами.

Полно и мордатых качков, бежавших от фронта быстрее лани. Хватает и тех, кого за границу не пустили, и теперь они насмерть засели в окопах в центре Львова.

Утешает лишь то, что украинский генофонд неплохо очистился. И что теперь Запад (да и Восток) получит немалый комплект женщин очень нужной профессии.

* * *

Итак, строительство Утопии…

А стоит ли продолжать? В очередной раз убедился, что дело это крайне неблагодарное.

Написано достаточно, желающие могут сделать выводы сами.

И хватит об этом.

* * *

Новая волна обстрела, резкое обострение ситуации на фронте. Свинорылые все рвутся и рвутся. Удары по югу, Херсон, Павлоград. Вроде бы была атака непосредственно по Киеву.

Запад делает ставки и анализирует.

9 ДЕКАБРЯ (654 ДЕНЬ)

С водой теперь ясность — отключили. На сколько именно, никто не знает.

* * *

В новостях — все то же, ночные обстрелы, особенно на юге, бои на востоке.

Опять пишут про подземный детский сад в Харькове.

* * *

В свое время Федор Тютчев написал:

Молчи, скрывайся и таи

И чувства и мечты свои −

Пускай в душевной глубине

Встают и заходят оне

Безмолвно, как звезды в ночи, −

Любуйся ими − и молчи.

А Юрий Клен перевел, кстати:

Мовчи і крийся, і таї

Думки і почуття свої…

Хай у душевній глибині

І сходять, і зайдуть вони,

Мов зорі ясні уночі, −

Милуйся ними і мовчи!

Можно пнуть Тютчева (но не Клена!) за некую косноязыкость, но главное — суть. А суть в том, что провозгласив все это, Тютчев в своем творчестве поступал строго наоборот. Допустим, в личной лирике он был веьсма откровенен, а в лирике политической уносился мечтами туда, где и пресловутый «мировой империализм» бывать стеснялся.

Тем не менее, мысль свою Тютчев высказал достаточно ясно. Насколько он прав? Прав, на мой взгляд, частично. Иногда и в самом деле лучше промолчать, скажем, о своих мечтать захватить Константинополь. Но не всегда. Слово — один из инструментов воздействия на реальность. Отказаться от этого значит превратиться в бессмысленный и бессильный «объект».

Как некий компромисс — писать для себя, не знакомя никого с результатом. Так, кстати, поступают многие, однако значительная часть всех этих «сокровенных» текстов все-таки является миру.

Впрочем, Тютчева можно понять иначе. Мир следует знакомить с результатами творчества, а вот чувства и мечты, ставшие его причиной, лучше утаить. Это уже, конечно, Фрейд.

* * *

Выпал снег, и сейчас падает. На улице погода почти новогодняя, если бы не сырость. Серый туман, сплошная дымка.

Собак не встретил. Кошка Соня, редкий случай, проявила немалый аппетит, за что и получила два пакета корма.

* * *

Новое от Анатолия:

Ну нарешті зима.

Відновився порядок речей,

наладналися зламані

небо, степи і