Наши беседы - Юрий Фёдорович Куксенко

еще в 1976 году писал об этом Совету Церквей в своих 11-ти пунктах. А что вышло из того? Только самого отвергли. Что значит: не пришло еще время! Об этом он и писал за несколько дней до перехода в вечность: «О сидящем в блиндаже… видимо, допускает Бог до времени его, но меры непременно примет, ведь не может же Бог оставить на произвол Свое дело. Придет и его время, а дело Божие дороже всего, и его надо совершать со всем усердием и не оставлять. Запачкал он себя и в моем деле, как и его сторонники. Всем привет. Стоять! Совершать дело. Не уступать! Бог с вами. Ваш Н. П. Храпов».

Беседа семнадцатая

– Скажите, как теперь относятся братья Совета Церквей к вам и вашей церкви в Джамбуле?

– Отрицательно. То есть так же, как и к остальным общинам Казахстанского Союза в Джамбуле. Они не считают эти церкви за Церковь Христову. Это, мол, церковные организации, которые «идут широким путем», связаны с властями, экуменическим движением. Пастыри их – вожди слепые и слепую паству свою ведут в погибель. Есть, мол, в этих общинах искренние, спасенные души, но их нужно выводить оттуда, иначе они погибнут.

Так настраивают руководители отделенных своих членов с первого дня и такую точку зрения усиленно им прививают. Строго следят, чтобы они не вступали в духовное общение с членами зарегистрированных общин и не посещали их собраний. Таким образом внутри Церкви Христовой, между простыми верующими братьями и сестрами, за которых в одинаковой мере умер Христос, возводится непроницаемая стена человеческой предвзятости, порождающей новые поколения духовно нездоровых верующих с ханжески-презрительным отношением к другим членам общин. Печально еще и то, что их руководители перехватывают наших неутвержденных членов и даже приближенных и всякими правдами и неправдами смущают их и переманивают к себе. Узнают адреса, ходят в их дома и квартиры, зазывают к себе домой и внушают то, что совсем не нужно знать, и тем самым вообще отвращают от веры. Я мог бы привести немало фактов подобного совращения.

– Приведите, пожалуйста, конкретные примеры.

– В 1996 году мы отказали двоим приближенным в крещении – «миссионеру» Г. и его жене Л. На это были веские причины. Их встретили отделенные и стали зазывать к себе. Я. Г. Скорняков пригласил их к себе домой и «влил им в уши» столько всего, что они, встречаясь с нашими членами, говорили: «У вас в церкви нет Духа Святого, вы идете широким путем, у вас нет очищения и освящения».

Вскоре пришли ко мне диакон и пресвитер отделенных узнать, почему мы отказали им в крещении. Я рассказал, что у Г. не было настоящего покаяния, что он представился нам как человек, у которого жена и двое детей погибли в автокатастрофе, тогда как они живы, он просто бросил их. Недавно, уже будучи «миссионером» у адвентистов, Г. заявил, что он «выходил из астрального тела». Был отлучен за поношение на служителей и попытку разделить церковь. Он и сейчас продолжает выпивать и сквернословить. Скандалит на работе и бьет свою жену. Пьяный гоняется по ночам за ней с топором и т. д.

Братья, выслушав все, сказали: «Да, но люди же возрождаются… И мы посмотрим». Ну, и посмотрели… Крестили. Сестры наши пришли с их собрания и говорят: «Ну и дела, Г.-то наш уже у них проповедует! Подходит к нам после собрания и говорит: „Бросайте вы своего пресвитера и мертвую церковь и переходите к нам!“»

Помню, как-то звонит мне его жена и говорит: «Юрий Федорович, муж мой попивает и матерится!» – «Об этом надо сказать вашему пресвитеру», – говорю я. «Да муж же меня убьет!» – отвечает она.

Потом, слышу, Г. отлучили. Поднялся против служителей и стал поносить их. А еще через короткое время рассказывают, будто он выступил по телевидению и дал кому-то интервью о том, что был у православных, у адвентистов, у баптистов – и нигде не нашел правды. Он их, мол, обличал, а они за это его ненавидели. Теперь он создаст свою, единственно верную церковь…

Или еще пример. Была у нас сестра Л., которая работала сестрой милосердия в ожоговом центре и с некоторыми сестрами сильно ссорилась. Я ни один раз мирил их, но бесполезно. В это время встретили ее отделенные и пригласили к себе. Вскоре она пришла на членское собрание с пачкой брошюр «Об освящении» и заявила: «Я хочу идти узким путем!» Потом предложила членам разобрать эти брошюры. Я дал ей возможность высказаться. А насчет брошюр сказал, чтобы она унесла их домой, так как они лежат у нас в библиотеке и кто желает, может брать и читать их. Затем я предложил ей примириться с сестрами и не уходить с грехом гордости в другую общину. «Иначе грех этот и там найдет тебя и ты не будешь иметь благословения, – сказал я. – А недостатки у братьев увидишь и там. И когда увидишь, то, прошу тебя, не уходи оттуда ни в какое другое вероисповедание или в мир. В крайнем случае, возвращайся в свой отчий дом, в семью, где ты родилась, и мы будем за тебя молиться».

Она ушла. Через короткое время слышу, что она и туда перестала ходить. Я посетил ее, она показала мне другую пачку брошюр и говорит: «Вы, баптисты, все заблуждаетесь! Вот истинный путь спасения! Я встретила настоящего пророка. (Имя его я не запомнил). Он был вознесен до седьмого неба, и там Сам Бог открыл ему, что Евангелие, которое вы читаете, полно неправды. Христос Сам продиктовал ему новое, настоящее евангелие!» И она принесла мне это «евангелие», которое «пророк» составил вместе с некоей пророчицей Изабеллой (т. е. Иезавелью).

Выслушав ее, я сказал: «Все это я предвидел и обо всем этом предупреждал тебя. Вот что значит по наущению людей оставить церковь, свою родную семью, попрать всю работу Духа Святого в твоем сердце. Господь нашел тебя в этом мире, очистил, спас и оправдал, а ты все это попрала. Ты лишилась даже способности здраво рассуждать. Впала в ужаснейшую ересь!»

Как-то в зоне обратился к Богу и принял крещение заключенный А. Его жена Л. была членом церкви у отделенных. Он и сам до ареста ходил к ним на собрания и даже покаялся, но потом ушел в мир, совершил серьезное преступление и оказался на семь лет за колючей проволокой.

Всего в зоне было 11 членов церкви. Они имели комнату молитвы и каждый день собирались для общения: беседовали,