Поганое поле. Том второй. Возвращение - Александр Цзи

– Достаточно общих сведений. Не грузи мой бедный мозг.

– У тебя не бедный мозг, – возразила Ива. – Он хорошо развит и... по-своему красив.

Я покосился сначала на голографический аватар Ивы в своем поле зрения, потом – наверх, на выбеленное знойным светилом небо.

– Ива, скажи мне честно, – сказал я прямо, – я тебе нравлюсь?

У Ивы был миллион способов уйти от ответа, но она им не воспользовалась.

– Не так, как нравятся друг другу люди, но – да.

– А как нравятся друг другу люди? – спросил я, вдруг начиная получать удовольствие от разговора с умботом.

– Ваши отношения во многом детерминированы инстинктами, гормонами, состоянием пищеварительной и нервной систем. И еще массой иных вещей. Секс занимает очень важное место в ваших отношениях. Я понимаю его на концептуальном уровне, но прямое постижение невозможно.

– Почему? У тебя в распоряжении биоботы. Что мешает их отладить должным образом?

У меня разыгралось воображение.

Ива замялась. Не знаю, на самом ли деле она затруднялась с ответом или просто симулировала человеческое поведение. Очевидно, симулировала. Искусственный интеллект должен мыслить на несколько порядков быстрее, чем человек. Такие мелочи, вроде секундного замешательства и смущения, создают комфорт для собеседника-человека, то есть меня.

– Не было запроса. Для удовлетворения сексуальных потребностей некоторые россы используют биоботов, управляемых умботами низшего порядка. Как говорится, для этого дела большого ума не надо. Ресурсы умботов 122-го поколения для этого не используются.

– А ты хотела бы, чтобы твои ресурсы использовали хоть разок и ты получила соответствующий опыт?

– Это было бы интересно, – вежливо ответила Ива.

Я задумался, улыбаясь во весь рот.

– Наверное, это будет... Нет, ты же на орбите, а биоботы – это как протезы для тебя...

– Неважно. Человеческий мозг тоже ведь плавает в черепной коробке в полной темноте, получая электрические сигналы от органов чувств. А тело – своего рода протез для мозга. Главное, что и как оно воспринимает, а где находится в это время мозг – не имеет никакого значения... Мое тело – это биобот. И, кстати, часть твоего интерфейса. Я способна воспринимать все то же, что и ты.

– Я – что-то вроде твоего биобота?

– Как и я – часть твоего интерфейса.

Я задумался. Допарт Умбота мне подключили до того, как мы с Кирой...

– Я не подключалась к твоему интерфейсу в тот момент, – ответила на мою мысль Ива. – Но... – Она снова “засмущалась”. – Я следила за вами с помощью скрытых сканеров. Вся хата просматривается постоянно – из соображений безопасности.

– Ты, наверное, часто такое видишь? – пытаясь говорить равнодушно, спросил я. Впрочем, зря старался: Ива в любом случае считывает мои эмоции и мысли.

– Обычный гетеросексуальный секс без игрушек, киберпротезов, нейростимуляции и дополненной реальности? – наивно уточнила Ива. – Не часто, надо признать.

– Ладно, закругляемся с этими разговорами, – пробормотал я.

– Имей в виду, Олесь, я не совсем человек, – ровным голосом сказала Ива. – Точнее, вообще не человек, хоть и обладаю разумом и умею учиться. Все, что происходит между нами, останется между нами.

– Нечеловек с человеческой этикой... Я думаю, ты больше человек, чем некоторое так называемые люди. Взять хотя бы этого Бориса Огнепоклонника, к примеру... Он пытал тех бедолаг по-очереди, получается? Заставлял других смотреть, поди? И они не сопротивлялись... а если и сопротивлялись, то им не удалось ничего сделать... Один он не справился бы.

– Если это сделал тот самый человек, о котором ты говоришь.

– Я уловил его ауру... Там все ею провоняло, как псиной...

Я постарался восстановить в памяти этот специфический “запах” ауры, но тщетно. И обычный запах-то трудно вспомнить и воспроизвести в памяти, в отличие от увиденного или услышанного, а уж о В-запахе и речи нет.

Ива считала мои попытки и предложила:

– Покажи мне его. Визуально. Представь, как он выглядит.

Я представил обгорелую физиономию бешеного братца Киры.

– А теперь представь его ауру вместе с визуальным обликом.

Вот так сработало куда лучше. Если “уцепиться” за знакомый зрительный образ, то более сложные компоненты воспоминания – вроде ауры – припомнить легче и проще.

Если “уцепиться” не за что, память стремительно теряет соответствующие воспоминания.

Возможно, мы нередко видим призраков и прочие сверхъестественные вещи, но забываем о них сразу же, потому что для них нет ни конкретного названия, ни ассоциаций с чем-то знакомым?

– Эта скотина не только выжила, – сказал я, – но и обзавелась дружками. И эта гоп-кампашка бродит где-то поблизости. В одиночку он бы не справился даже при всей своей психованности... И кто-то его достал из реки, куда он упал после нашей драки.

– Я постоянно наблюдаю за обстановкой, – заверила Ива. – Борис не пройдет незамеченным.

– Спасибо, – автоматически сказал я.

– Пожалуйста, – не без удивления отозвалась Ива.

Вероятно, ее редко благодарят. Мы ведь не благодарим свой комп за работу? Ива куда круче обыкновенного компа, но отношение к ней россов от этого не изменилось.

Позже, сидя за рулем и ведя мусоровоз по извилистым дорогам дикого поля, я обдумал наш разговор, особенно ту его часть, где обсуждался секс.

Ива, конечно, в своем праве, наблюдая за гостями в экохате. Ей не нужно наше разрешение, особенно в доме, где обитает ее аватар.

Однако отчего-то мне думалось, что у такого высокоорганизованного интеллекта есть более эмоциональный интерес к некоторым человеческим забавам...

Ну все, оборвал я себя, хватит обсасывать эту тему. Надоело.

У Ивы, по всей видимости, не один аватар. И не один я являюсь предметом ее забот. Прямо сейчас она занимается множеством других дел.

И мне пора начать думать о важном. Наверное, о том, что буду делать, когда доберусь до Вечной Сиберии, и как стану спасать тетю.

Приступом брать не вариант, а вот заморочить головы Модераторам, Администраторам, даже самому Председателю, если на то пошло, вполне реально. Заколдовать нужного начальника и отдать приказ привести мне тетю.

Хм, а как ее фамилия-то? Тоже Панова? Надеюсь, на каторге не много немолодых женщин по имени Вера...

После этого надо найти место, откуда управляются квест-камеры (наверняка управление централизовано, как и все в этой дурацкой стране), и устроить какой-нибудь качественный саботаж. Чтобы уж долго не починили.

Центр