Архипелаг раздора - Маргарита Вольная

Он ринулся в атаку так стремительно, что Герман не успел ничего понять, — его отбросило в стену.

— Вот он я, ты так хотел меня прикончить, давай же! — издевался Виктор.

Король не думая кинулся вперёд, рассчитывая сбить противника с ног, но тот будто превратился в змея, что молниеносно уворачивался и отвечал точными ударами. Справиться с ним было невозможно, но кипящая ярость, съедающая ненависть и бесконечное горе слились в едином чувстве и вытеснили здравый смысл. До тех пор, пока ядовитая темнота не начала застить зрение… Герман пошатнулся. Он не ощущал ран и ссадин, не замечал, как расползаются синяки, в нём горело единственное желание уничтожить, которое перекрывало всё. Он осознал, что ему вряд ли удастся выйти победителем, но собирался продать себя подороже.

— Сила Асха действительно велика. С ней ничто не сможет сравниться. — Виктор с легкостью отбил последнее нападение короля и отбросил того к кровати, после чего медленно приблизился и занёс кинжал. — Династии Кордов пришёл конец. Не передавай привет своей матери.

Герман терял сознание. Слова долетали до него обрывками, а то и вовсе тонули во мраке. Он закрыл глаза, чувствуя полное бессилие, и провалился в пропасть…

Герман…

Гер…ман…

Король услышал любимый голос, приоткрыл глаза и увидел сквозь мутную дымку зажатую в руках предателя сестру. Девушка тщетно вырывалась, колотила руками железные мускулы Виктора, но её голос дрогнул, веки опустились, и страшный испуг за жизнь Марианны вложил в руки Германа кинжал с рубином…

Глава 31

— Я не мог потерять ещё и тебя, — тихим голосом проговорил король и посмотрел на побелевшее лицо девушки. — Именно это придало мне сил, и я нащупал кинжал, которым он собирался меня убить, но который, вероятно, выронил, когда появилась ты.

— Как такое могло случиться… — прошептала Марианна. — Он столько лет подтачивал наши силы, а мы не замечали этого…

— А кто бы заметил? Даже мама не подозревала.

— Наверное, он солгал.

— Солгал?

— Я могу поверить в то, что он был предателем, но в то, что он лишил жизни нашу маму — никогда! Он так любил её!

— Думаю, он сказал правду. Зачем ему лгать, если он не думал, что я останусь в живых.

— Да, ты прав.

Принцесса вдруг очнулась, гневно вскинула на Германа взгляд и отступила на шаг назад. Король понурился, сильнее впился в трость и замолчал.

— Я пойду потихоньку, — осторожно произнесла Агата и многозначительно посмотрела на Тессу, которая и не думала оставлять их одних, но грозный взгляд короля решил всё — женщина раздражённо поджала губы и, скрестив на груди руки, пошла вслед за няней.

— Я столько должен тебе сказать… — несмело проговорил Герман, оставшись наедине с девушкой.

— Например, о тайне моей нянюшки?

— Нет, нет…

— Но мне бы хотелось услышать именно это.

— Потом… Позже…

— В таком случае, там ничего важного. А сейчас мне нужно посетить родителей перед отъездом, — чуть громче, чем собиралась, ответила Марианна и ускорила шаги.

— Ты куда-то собираешься? — с трудом поспевая, спросил король.

— Да, нужно спасти кое-кого.

— Кого? Я могу тебе помочь?

— Уже нет.

— Что значит — уже? — встревожился Герман, и на его лбу проступила испарина.

— Я просила о помощи, но вы мне отказали, — изменила тон девушка.

— Когда? Не помню такого.

— Я отправляла Агату с письмом, но…

— Я не отказывал! — немного успокоился король. — Я хотел встретиться и поговорить лично. Разве мы с тобой должны решать вопросы на бумаге, когда можем смотреть друг другу в глаза?

Принцесса повернулась к нему, но тот упорно смотрел под ноги.

— Что-то я этого не заметила.

— Ты не понимаешь, — горько произнёс он. — Мне трудно…

— Нянюшка! — выкрикнула Марианна и кинулась вперёд, почему-то испугавшись его слов.

Пожилая женщина мгновенно остановилась, словно ждала, когда её позовут. Её лицо засияло от радости, а влажные глаза едва не пролили на щеки ручейки слёз.

— Что с тобой? — не могла не спросить девушка и с неудовольствием отметила, как Тесса немедленно подбежала к Герману и что-то быстро и напористо зашептала ему.

— Я рада, что теперь мы с тобой вместе, — тихо ответила Агата.

— Нянюшка, чего ты, мы же всегда вместе!

— Идём, детка, нам пора.

Бежевый гравий приятно хрустел под ногами, и хотя они проходили мимо усыпальниц, овеваемых грустью, Марианне было приятно находиться здесь — среди своих предков. Многие поколения Кордов мирно покоились под тяжелыми сводами каменных строений, никакие бури, никакие потрясения не тревожили их покой, но в этот ясный день всё собиралось измениться.

— Нянюшка, куда ты меня ведешь? — запротестовала принцесса, когда Агата уверенно потянула её за руку.

— Идём.

— Но я собиралась навестить родителей!

— Мы к ним и торопимся.

— Как? Ты говорила, что похороны прошли по всем правилам! Но мама всё-таки не рядом с папой?! Или их обоих перенесли в другое место? Но так нельзя!

— Мы почти пришли, детка, — послышался дрожащий голос, и сердце у Марианны неприятно ёкнуло.

За усыпальницами простиралось небольшое кладбище с маленькими, но хорошо заметными надгробиями, которые мягко обволакивала коротко подстриженная трава. Принцесса застыла, когда няня направилась по тропе вглубь и остановилась, чтобы поманить за собой девушку. В глазах старушки стояли слёзы, первая из них быстро стекла по щеке и открыла путь остальным.

— Идём, — прошептала Агата.

Принцесса двинулась вперёд. Теплый ветер волновал душу, солнечный свет застил глаза, и Марианна никак не могла совладать со странной дрожью, что вдруг накинулась на всё тело. Когда пожилая женщина остановилась перед светло-серым мраморным памятником, девушка замерла рядом. Изящные буквы бороздили блестящую поверхность камня, и Агата прочитала:

— Мария.

— Кто это? — пересохшими губами спросила принцесса.

— Когда-то давно я была королевской акушеркой. Через мои руки прошли младенцы самых родовитых семей, и даже королева Анна.

— Ты никогда не говорила, кем была раньше… Я думала, тебя взяли, чтобы присматривать за мной.

— Всё не совсем так, милая. — Женщина погладила Марианну по руке и продолжила: — У меня была дочка, прелестная, красивая девочка! Но её жизнь оказалась такой трудной и… короткой. Она вышла замуж, забеременела, и её муж трагически погиб. Она вернулась ко мне и вынашивала мою внученьку, борясь с ужасным горем!

Принцесса сжала руку старушки, как бы поддерживая и понимая, и совершенно не подозревала, каким будет окончание истории.

— Так случилось, что роды у королевы Анны начались в то же время, что и у моей дочки. Я категорически отказывалась отправляться во дворец! Жизни моих девочек были несравнимо