Молодой бог - Henry Stewart

Если меня будут называть монстром, то вскоре я могу им стать, чтобы оправдать ожидания британского народа. Раньше мои стремления были направлены совсем в другую сторону. А теперь всё стёрто к чёрту. Я должен двигаться дальше.

Мой шрам заныл, присоединяясь к ноющему сердцу. Эта симфония повествовала о страшном выборе и всех его последствиях. А ещё о безумии.

Глава 20

Я всё же уснул сегодня, несмотря на выпитую чашку кофе. Без установленного режима я стал просыпаться после девяти, и это мне сначала жутко нравилось. Но сегодня, очнувшись в двенадцать, я почувствовал себя бесконечно виноватым перед кем-то. Что ж, это всё призраки прошлого. Я заметил, что стал говорить о своей жизни на базе как о чём-то, что происходило больше двадцати лет назад. Это значит, что я смирился?..

В общем, как бы я не корил себя за раздолбайство, я тут же забыл об этом, когда Моран подошёл ко мне, держа в руках свою винтовку. Я был так поражён, что даже не произнёс ни слова пока мы шли на крышу. Когда мы подошли к краю, я наконец-то обрёл дар речи:

— Повторим сцену из «Леона»?

Себастьян разложил части своей «детки» на грунте. Солнце пекло нещадно для последних дней апреля, и на лбу киллера выступили капельки пота. Я стоял над ним, скрестив руки спиной и чуть покачиваясь.

— Только я не использую пульки с краской. — хмыкнул полковник.

— А я не буду носить тебе молоко, хоть тигры его, наверное, любят.

Моран усмехнулся, чуть покачав головой. Его руки ловко обращались с оружием.

— А ещё я не буду говорить что-то типа: «Кажется, я влюбляюсь в тебя». — вместо этого я сказал: — Ты отдаёшь предпочтение американским стволам? — я решил не искать в своих же словах подтекста.

— Ага, такие у меня предпочтения. — киллер вставил карман с характерным щелчком.

— Наслаждайся.

Я улыбался как мальчишка, которого впервые привели в тир. Я лег на чехол, в котором Моран таскал свою дорогую и ненаглядную, и медленно дотронулся до прохладного металла.

— Чего лыбишься? — услышал я голос Морана над собой.

— Чувствую себя особенным. — ехидно ответил я, глядя в прицел. — Кого убивать будем?

В маленький крестик на другом конце попадали разные вещи: ворота, камни, элементы дома. А также охранники. Интересно, Джеймс разозлится, если сегодня на одного служащего станет меньше?

— Смотри сам.

Я решил не ждать и выстрелил сначала в воздух. Отдача была довольно приятной, не жёсткой. Затем я приметил птицу, кружащую в небесах. Сначала я опешил. Убить её? Просто ради забавы? Но потом мне пришла в голову очень плохая идея. Она засосала меня, и я не смог противиться. Выстрел. Чёрное пятно полетело на землю.

— Неплохо. — сказал полковник. — Если ты попал ей в глаз, то я буду брать тебя с собой на задания чаще.

Я улыбнулся. Пострелять хотелось ещё, но и хотелось проверить, что с птицей. Поэтому я спустился вниз и пошёл на поиски трупа. Пять минут спустя я всё-таки обнаружил её, обездвиженную. Это была ворона. Что ж, это даже хорошо. Я взял её ещё не остывший труп за лапу и поднял вверх. От неё мало что осталось. Мда, на что я только рассчитывал.

— Ну что? — полковник как раз подошёл ко мне сзади.

— М-м-м… — я покрутил птицу, вглядываясь в черноту её перьев сквозь ошмётья. — Тут нифига не понятно.

— Точно голову оторвало, так что вероятность 50 %. — закивал Себ.

— Класс. — я выпустил мёртвую тушу, и та плюхнулась на траву. — Я хотел чучело для Джима сделать.

Моран расхохотался.

— Тогда надо было стрелять пулями меньшего калибра. — он еле отдышался.

— Но я бы всё же советовал закинуть её ему и в таком виде.

Я вновь улыбнулся.

Оказалось, что то самое мероприятие сегодня. А мне казалось, что Джим говорил о нём как о чём-то, что должно произойти только через неделю. Но именно сегодня мне предстоит посетить, возможно, самую опасную выставку… Чего? Не имею понятия. Знаю лишь, что там будет неспокойно.

— Сегодня в семь мы должны быть готовы. — радостно пропел Джим.

Его сегодняшнее настроение отличалось от вчерашнего. Он был более беспечен и похож на ребёнка.

— Я уверен, что ты будешь собираться дольше, чем я. — хмуро проговорил я.

— Возможно, но я буду готов ровно в шесть. Я пунктуален. — упёр руки в бока Джим.

— Не устаёшь хвалить себя. — хмыкнул я и скрылся за поворотом на кухню.

Там расселся Моран с газетой в руках.

— М, предотвращён теракт. Какая жалость. — проговорил он.

Я поднял брови вверх.

— Себ, что ты сегодня делаешь до шести? — решил осведомиться я.

— Иду убивать. — отозвался он, не отрывая взгляда от статьи.

— Можно снова с тобой? — решил попытаться я.

Мне нравилось проводить время с бывшим полковником. Он был не таким как Джим. Не то, чтобы с дядей мне нравилось меньше, просто Себастьян бы как-то статичнее.

— Нет! — послышался голос сзади.

Я закатил глаза.

— Ты будешь держать свою королевскую задницу здесь до шести и меня заставляешь? — ухмыльнулся я.

— Нет, я пригласил стилиста и косметолога. — ответил Джим.

Меня чуть не вырвало.

— Что? Серьёзно? Не знай я тебя, сказал бы, что ты такой же, как и небо сегодня — голубой. — указал в окошко я.

— Как и ты. — кинул злодей-консультант.

Я нахмурился. Я не… такой.

— Ты должен наводить ужас, а не красоту. — скрестил руки на груди я.

— Вот в чём я и хорош! — глаза Мориарти блеснули. — Я навожу одновременно страх и красоту. Я объединяю их.

Согласен. Я вздохнул, сдавшись.

— Себби, будь добр, на обратном пути захвати пару журнальчиков, и я покажу Эдварду, что такое настоящая красота.

— Не думаю, что красота спасёт мир. — заметил я, гладя край столешницы.

— Мне плевать кто там спасёт мир, ведь сначала я его разрушу. — черти в глазах криминального гения подбрасывали всё больше дров в огонь.

— И с чего у тебя такая цель? — задумался я.

— Я же сказал тебе в первый день, что ты сам должен это понять.

Я отвернулся. Не уверен, что смогу.

— Я всё же пойду, Джим.

— Куда? — спросил Мориарти, явно разочаровавшись.

— Не беспокойся, к шести я точно вернусь. — ответил я, возведя глаза к потолку.

Пожалуй, прогуляюсь тогда снаружи.

— А как же косметолог? — кинул мне Джим.

— Он мне не нужен. — ответил я, не оборачиваясь.

Я вышел к сад и пошёл в самые его дебри. Оказалось, что он простирается