Украденные сны - Алекс Рудин

— Успокойтесь, ваше сиятельство, — по-отечески добродушно проворчал Кузьма Петрович. — Вот ваш господин Тайновидец, вернулся целехонек.

— А я потому и злюсь, — честно объяснил Сева.

И пристал ко мне:

— Где ты был?

Я развел руками.

— Прогуливался по снам.

— Ничего себе! — оторопел Сева. — Прогуливался он! А мы целую неделю места себе не находили.

— У каждого своя магия, — ехидно улыбаясь, напомнил ему Кузьма Петрович. — Вы человек рабочий, ваше сиятельство. Должны вставать с рассветом и сразу за инструмент браться. А иначе из вас толку не выйдет.

— Слышал? — кивнул мне Сева. — Вот что, Саша, в следующий раз возьмешь меня с собой. Я, знаешь ли, тоже мечтаю хорошенько выспаться.

Владимир Гораздов отвел меня в сторону.

— Я вижу, что у вас открылась новая грань магического дара? — негромко спросил он.

— Так и есть, — кивнул я. — Перстень, который вы сделали, замечательно помог.

— Я рад, — просто улыбнулся Гораздов. — Знаете, у меня теперь много заказов. Столичные маги наперебой заказывают артефакт усиления дара. Просто необходимо расширять мастерскую.

— Значит, у вас есть еще один повод для радости, — усмехнулся я. — Туннелонцы не против вашего соседства, и хотят с вами сотрудничать. Можете переезжать хоть завтра.

— Замечательная новость! Нужно сказать об этом Игорю Владимировичу.

Миша Кожемяко удивил всех. Он пришел не один, а со спутницей.

На богатырскую руку Миши, с любопытством оглядываясь по сторонам, опиралась продавщица из магазина купца Сойкина.

— Знакомьтесь, это Настя, — покраснев, сказал Миша.

— Я помню, — улыбнулся я. — Очень приятно видеть вас у себя в гостях. Миша, надеюсь, тебя не выдернут на службу посреди праздника?

— Все может быть, — важно кивнул Миша, украдкой косясь на Настю. — У полицейских очень трудная работа. А у нас сейчас такой кавардак творится в управлении.

— А что случилось? — поинтересовался я.

— Нагрянула инспекция из министерства. Проверяют все старые дела. Особенно, те, которые вел Прудников.

— Сочувствую, — кивнул я, прекрасно понимая, чем вызвана проверка.

Наверняка, Зотов постарался. Не простил Прудникову небрежного отношения к делу картографа Кляева.

— В таком случае, не будем терять время, — предложил я. — Отдыхайте и веселитесь.

Игорь Владимирович немного опоздал.

— Не хотел мешать твоему общению с гостями, — объяснил он, выбираясь из мобиля.

Как всегда, дед выглядел элегантно. Он небрежно опирался на трость, в которой был скрыт короткий трехгранный клинок. Теплый ветер с Невы трепал его седые волосы.

— Прогуляемся? — предложил он мне.

— С удовольствием, — улыбнулся я.

Мы направились к задней калитке моего сада — подальше от шума и суматохи.

— Кажется, я поступил неразумно, — честно признался Игорь Владимирович. — Дал волю эмоциям.

— Что случилось? — поинтересовался я.

— Ярослав разозлил меня своим поведением. Он решил, что я хочу сделать тебя своим наследником, и обвинил меня в этом.

— Неожиданно, — только и смог сказать я. — А откуда у него появились такие мысли?

Дед раздраженно передернул плечами.

— Не знаю. Где-то я промахнулся с воспитанием сыновей.

— Надеюсь, вы его успокоили? — поинтересовался я.

— Нет, — после паузы ответил Игорь Владимирович. — Мы ссорились, и в тот момент его предположение показалось мне не такой уж плохой идеей. Я промолчал.

Он остановился и посмотрел на меня.

— Вы сейчас серьезно? — изумился я. — Так вот почему вся дядюшкина семья ополчилась против меня?

— Я не вечен, Саша, — вздохнул дед. — Кому-то придется заботиться об интересах рода. Для меня это дело всей жизни.

— Понимаю, — кивнул я.

— Я знаю, что у тебя другой дар и другой Путь, — дрогнувшим голосом сказал дед. — Но что ты мне посоветуешь?

— Вам точно нужен мой совет? Или вы уже все решили?

— Нужен.

— Дайте вашим сыновьям больше свободы, — сказал я. — Пусть они отвечают за род не перед вами, а перед собой. Пусть у них будет право на ошибки. Позвольте им повзрослеть.

— Это трудное решение, — помолчав, сказал дед. — Мне нужно подумать.

— Только не сегодня, — улыбнулся я. — Сегодня разрешите себе отдохнуть.

— Ты ведь тоже хотел о чем-то поговорить со мной? — вспомнил дед.

— Да, — кивнул я. — Но чуть позже. Хотя…

В этот момент я увидел, что возле задней калитки стоит Савелий Куликов.

— Еще гость? — понял Игорь Владимирович, проследив за моим взглядом. — Иди, встречай.

Он улыбнулся по-доброму, с едва заметной завистью.

— Подождите здесь, — предложил я. — Возможно, наш разговор не придется откладывать.

— Привет, — кивнул я Савелию, открыв калитку. — Заходи.

— Александр Васильевич, я пришел вас поблагодарить.

Савелий выглядел немного растерянным.

— Это приятно, — весело улыбнулся я.

— Я не вовремя? — забеспокоился Куликов, прислушиваясь к веселому гомону голосов, который долетал из беседки.

Я махнул рукой.

— Пустяки. Ты как раз вовремя. Познакомлю тебя со своими друзьями.

— Вы знаете, что отец назвал мне координаты Места Силы?

— Знаю, — кивнул я.

— Отец просил меня передать эти координаты вам. Я хочу выполнить его просьбу прямо сейчас. Место Силы находится…

— Подожди, — остановил я его. — Куда ты так торопишься? Идем-ка со мной.

Мы подошли к деду.

— Знакомьтесь, — предложил я. — Игорь Владимирович, глава рода Воронцовых. Ему по силам организовать любую экспедицию.

Дед вежливо наклонил голову, с интересом глядя на Куликова.

— Савелий Куликов, — продолжал я. — Сноходец. Ему известны координаты Места Силы в северных морях Империи.

Дед изумленно поднял брови.

— Саша, ты не шутишь? Новое, никому не известное Место Силы?

— Именно так, — улыбнулся я. — Это Место Силы открыл отец Савелия. Савелий предлагает нашему роду равное партнерство в поисках. С него — координаты места. С нас — подготовка экспедиции. Как вам такая перспектива?

— Сведения точные? — недоверчиво спросил дед.

— Абсолютно, — кивнул я. — За это я ручаюсь.

— Это нужно немедленно обсудить, — загорелся дед. — Идемте, молодой человек!

— Игорь Владимирович, — остановил я деда. — Отец Савелия погиб, разыскивая это место. Он просил меня позаботиться об интересах его сына. И я согласился.

— Я учту это, — серьезно кивнул дед.

Глава 30

— Ну, и как вам моя утка, Александр Васильевич?

Бывший императорский повар спросил это так громко, что все за столом замолчали и с любопытством посмотрели на нас.

На тарелке передо мной были красиво разложены тонкие ломтики утиного филе. Они были равномерно обжарены до светло-коричневой корочки и политы густым прозрачно-красным соусом.

Под всеобщими взглядами я подцепил вилкой кусочек мяса и положил в рот. Мясо приятно хрустело. Кисло-сладкий соус замечательно подчеркивал его вкус, а легкая брусничная горчинка придавала законченность.

— Изумительно, — честно сказал я.

— Виват повару! — закричал Сева Пожарский, поднимая бокал игристого.

— Виват! — дружно подхватили гости. — Виват волшебнику!

Господин Иевлин довольно улыбался в жесткие седые усы.

— Как вы ее готовите? —