Один из ста - Лев Храбров

– Гильдмастер Варсолис. А вы, я полагаю, Рик, маг второго ранга?

– Вы правы, господин гильдмастер, – сухо ответил я.

Мужчина покосился на Раю, усмехнулся, затем снова перевел взгляд на меня:

– Давайте, Рик, обойдемся без «господина». Можно просто »гильдмастер«. – Он пристально посмотрел мне в глаза. – Рая передала мне отчет Джулии, но я хотел бы услышать о том, что произошло, от вас? Начните с того момента, как вы спустились на третий ярус и постарайся не упустить ничего.

Я начал свой рассказ, стараясь вспомнить мельчайшие подробности. Варсолис оказался очень благодарным слушателем, внимательно вникая в каждое мое слово и лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Когда я стал описывать, что произошло в гроте на втором ярусе, гильдмастер хлопнул ладонью по столу.

– Бесов ублюдок! — он повернулся к Рае. — Проверь все последние задания, которые выполнял этот Хоуч, изучи все его контакты, и сопоставь посещение им данжей с исчезновением в них наших групп, особенно состоящих из новичков и низкоранговых.

— Принято, – Рая сделала какие-то пометки в планшете.

Я завершил рассказ, и Варсолис, откинувшись в кресле, погрузился в раздумья, поглаживая подбородок. Наконец, он поднял на меня глаза.

— Спасибо, за то, что спасли Джулию. Думаю, вы заслужили повышение ранга. Рая, если рассказ о Хоуче подтвердится, выпиши Рику дополнительную награду.

— Хорошо, гильдмастер, — не отрываясь от планшета, ответила администратор.

Варсолис протянул мне руку.

— Теперь можете отдохнуть, спасибо, что уделили нам время.

— До свидания, – пожал я протянутую ладонь.

Выйдя из кабинета, я направился в общий зал, где всё ещё было много людей, и забрав ключи на барной стойке, поднялся наверх и вошел в свою комнату.

Сначала я не понял, что произошло. Прошло несколько секунд, пока до моего сознания дошло, что вокруг меня знакомые стены из чёрного камня.

Глава 25

Оказаться в своей комнате после всего, что произошло в пещере кобольдов – вряд ли можно было желать чего-то лучшего.

Первым делом как следует отдохнув и избавившись от остатков грустных воспоминаний, я приступил к изучению изменившихся показателей на руке. Оказалось, что количество пройденных испытаний достигло сорока, при этом эйдос увеличился до трехсот сорока двух единиц. Его я решил не тратить на улучшение имеющихся навыков, а сохранить для овладения новым навыком или же повысить уровень печатей до восьми.

Разобравшись с эйдосом, я обратился к Хару с вопросом, который давно собирался задать, но почему-то все время откладывал

– Уважаемый хранитель, прошу прощения за беспокойство, объясните, пожалуйста, для чего мне впитывать эридий через знание? – как можно вежливее произнес я.

– Хороший вопрос, адепт, своевременный, – прошелестело в пустоте, после чего опять наступила тишина.

Вот же вредная тварь. Я сдержал эмоции и вежливо повторил вопрос:

– И все-таки, для чего нужен эридий?

Но, похоже, мохнатого сегодня одолевало страстное желание поиздеваться надо мной, и вместо ответа по существу он начал изображать лектора на уроке в академии:

– Эридий используют для создания артефактов, формирования каналов маны у магов, также он нашёл широкое применение в алхимии, магической инженерии, торговле и …

Я начал сердиться.

– Стоп, телега. Шутки в сторону, как я могу его применить?

– Каналы маны, укрепление тела, – прозвучал короткий ответ.

– И много надо?

– Смотря, для чего его использовать. Но тебе ещё рано думать об этом, адепт.

– Хочешь сказать, ранг маловат? Нужно стать мастером? – уточнил я.

– Проницательность твоего могучего разума просто поражает, – снова раздался в пустоте издевательский скрип-карканье.

Этот разговор еще больше укрепил моё желание скорее достичь следующего ранга. Однако прежде, чем отправиться на следующее испытание, я решил выделить несколько дней для того, чтобы хорошенько отработать приемы ближнего боя по тетрадке Крона.

Когда отведенное для тренировок время истекло, я собрал рюкзак, подошел к заветной двери и убедившись, что во мне не осталось ни капли сомнений или нерешительности, толкнул ее вперед.

Новый мир с виду показался самой обычной пустыней. Вокруг лежали желтые песчаные барханы, над головой в чистом голубом небе сияло яркое белое солнце.

От песка исходил такой сильный жар, что комбинезон моментально нагрелся. Достав из рюкзака тонкий плед, я соорудил для себя что-то наподобие балахона, постаравшись, в первую очередь, защитить голову от превращения в кипящий котелок. Потом без особой надежды посмотрел на свои маг-навигаторы и, о чудо, клякса на пластинке ожила, медленно смещаясь к границе круга.

Ориентиры появились, оставалось всего ничего – пройти испытание. Я закинул в рот водную капсулу и двинулся в направлении, на которое указывал навигатор.

После нескольких часов пути под палящим солнцем по раскаленному песку, пришло понимание того, что ненавидимая мной пустошь Ашара, на самом деле, не такое уж плохое место. Я совершенно выбился из сил. А лежавший вокруг однообразный унылый пейзаж, создававший впечатление отсутствия какого-либо продвижения вперед, утомлял еще больше, чем зной и отсутствие ветра.

Лишь когда солнце начало клониться к горизонту, жара слегка отступила. Не в силах идти дальше, я отыскал ровную площадку для палатки, и едва закончив ужин, рухнул на лежанку, как подкошенный.

Пробуждение было ранним: солнце ещё не взошло, небо над головой только начинало сереть. Пока воздух оставался свежим, я быстренько собрался и отправился в путь. Бодро шагая по песку, я поймал себя на мысли, что ни разу не встретил привычных для пустыни живых существ – ящериц, змей или насекомых. Может, этот мир мертв?

Второй день пути не принес никаких перемен. Солнце также невыносимо жгло, и как ни старался я закутываться в плед, к вечеру руки и лицо зудели просто невыносимо. Устроившись на ночлег, я применил печать эликсир, что помогло немного унять боль.

Утром, собрав вещи и кусая потрескавшиеся губы, я по привычке сверился с маг-навигатором. Клякса после активации повела себя гораздо энергичнее и стремительно умчалась к границе круга. Я быстрым шагом отправился дальше, стараясь преодолеть как можно большее расстояние, пока солнце не взошло.

Когда первые нежные розовые лучи пробили горизонт, впереди показались колонны из белых камней, а еще через какое-то время отчетливо проявились очертания зданий. Предвкушение чистой постели и прохладной ванны придало сил, и