Одна из рода проклятых сестер - Лин Элли

Ха-ха.

— Может, морально я уже смирилась с тем, что должна умереть, поэтому притащила себя и все свои вещи к границе Исада? — прошептала я.

— Калиса, какого черта⁈ Что ты вообще творишь⁈ Ты хоть понимаешь, как сильно заставляешь нас беспокоиться⁈

Приоткрыв немного лицо, я посмотрела в сторону кричащего в мою сторону голоса. Ну разумеется, кричать настолько отлично умел только мой дорогой «старший» братец.

Прямо сейчас Нил шел в мою сторону, а на лице его была такая неприглядная тьма, что у меня тело невольно покрылось мурашками.

— Как ты меня нашел? — спросила я, смотря на него снизу вверх и сидя на чемоданчике.

— Когда бабушка Агата позвонила и сказала, что ты можешь прийти к нам домой, я сразу пошел к тебе на встречу, но тебя нигде не было! Ты вообще понимаешь, что вытворяешь⁈ Да если бы я не смог найти тебя по телефону, ты бы что, уехала⁈ И куда?

— Ты выследил меня по телефону? — удивилась я.

— Ты забыла, что все вещи покупаю тебе я? Конечно же я установил слежку в твоем телефоне!

И почему мне казалось, что Нил этим гордился? Он настолько уверенно все это заявлял, что мне стало неловко и… немного совестно.

— Я не собиралась бежать, — буркнула я.

— Чего?

— Да не собиралась я уезжать! Просто взяла чемодан и пришла сюда в порыве злости!

Когда у тебя в руках большой чемодан и огромный опыт просмотра мелодрам, в которых героиня сразу же бежит на вокзал, стоит ее нерадивого мужу что-нибудь не так сделать, мозг сам начинает представлять, что ты актер, которому тоже нужно сыграть роль сбегающей дамочки.

— А я говорил, что тебе не стоит смотреть так много этих тупых сериалов! Лучше бы смотрела побольше документалок о серийных маньяках!

— Да ты и сам ведешь себя как маньяк! Примчался тут ко мне и кричишь на всю округу!

Мы переглянулись, оба сощурились, секунд десять молчали, а потом… Потом как обычно начали смеяться.

— Значит, я был похож на маньяка? — Нил вздохнул и присел со мной рядом.

— Значит, я фанатка глупых сериалов?

— Тц, прости, не все сериалы, которые ты смотрела, глупые… Да и отчасти это Лэсли виноват… Он в прошлый раз так заявлял, что тебе пора где-нибудь спрятаться и не отсвечивать, что ты могла подсознательно убедить себя, что побег — лучший выход.

— Теперь ты еще и меня приплел? В вашей семье так заведено: обвинять других в своих проблемах? — откуда ни возьмись появился охотник, он с прищуром осмотрел Нила и меня с ног до головы, а потом покачал головой. — Хотя ладно, признаю, в прошлый раз я и правда наговорил лишнего.

— А ты здесь откуда? — выпалила я, а потом вспомнила. — Точно… Ты ведь почти сразу сказал, что следишь за мной… И чего я удивляюсь.

Лэсли действительно этого не скрывал. В отличие от моего братца.

— Ты следишь за Келли⁈ — завопил Нил.

— Если бы не следил, она бы давно где-нибудь померла.

Нил посмотрел на меня, перевел взгляд на Лэсли, снова на меня. Наконец он выдал:

— А знаешь, ты прав, за ней глаз да глаз нужен. Ты все правильно сделал! Она же словно магнит для всех бед.

— Эй, а может меня при мне же обсуждать не будете?

— А какая разница, где и когда тебя обсуждать? — съязвил Нил. — Ты же все равно никого никогда не слушаешь.

Тц, ну и за что мне достался такой жестокий братец?

— Ладно, поняла я. Вы оба следите за мной, потому что волнуетесь. Очень лестно! Я от такого количества внимания прямо вне себя от счастья.

С одной стороны, сейчас я была рада, что в моей жизни все-таки имелись те, кто в отличие от матери и дорогой бабули, подмечал любую деталь и изменения. Нил был для меня единственным другом долгие годы, его возлюбленная — моя первая и единственная подруга, а Лэсли — первый парень, который мне доказал, что я могу ненавидеть мужчин… Ну ладно, он скорее доказал, что хороший охотник действует в интересах не одних только смертных, но и даже потомков демонов. Все доказали мне, что мир намного больше особняка, в котором я жила долгие годы. Меня радовало, что окружающие меня люди такие разные. Каждый из них интересовался своим делом, у каждого имелись свои тревоги и заботы, но что же насчет меня?

Вот и другая сторона этой нелепой ситуации по моей поимке. И Лэсли, и Нил вряд ли задумывались всерьез, а правда ли мне так жизненно необходимо продолжать и дальше жить под надзором? Нил услышал от бабушки, что я сбежала из дома; Лэсли почувствовал при помощи своих сил, что я далеко — оба они вмешались, потому что волнуются, но их волнение — это их чувство. А что же насчет меня?

Я испытывала лютую злобу и страх из-за того, что за меня принимала решения моя ведьма-мать: она хотела сделать меня проклятой сестрой, поэтому даже отправила по мою душу призрака. Моя любимая бабушка, чтобы совесть ее не съедала, позволяла матери делать со мной что угодно в течение долгих лет. Все они преследуют свои эгоистичные желания, но и я тоже хотела быть эгоисткой.

Я хочу жить ради себя, хочу выбрать побег и начать жить новой жизнью!

Мой взгляд опустился на Лэсли и Нила, оба стояли напротив меня с хмурыми грозными лицами и будто ждали, когда я вложу в их руки свои ладошки и мы радостно втроем уйдет в закат, но все ли из нас будут рады? Может, раз уж мои дни сочтены, то следует провести их на свободе? Последние дни счастья, первый и последний в моей жизни побег — разве звучит не здорово?

Я поднялась и еще раз вокруг осмотрелась.

— Ну и чего ты застыла? — поинтересовался братец, приподнимая с земли мой чемодан.

— Что ты вообще здесь делаешь, Келли? — поинтересовался Лэсли.

Я снова перевела взгляд и посмотрела на свои руки. Они ничуть не изменились за то время, что я начала вести жизнь вне стен особняка. Все такие же обыкновенные девчачьи руки. Я обыкновенная девушка, каких постоянно показывают в телешоу — я истеричная, нервная, потерянная, несчастная