Чудовищная алхимия. Том 5 - Борис Фёдорович Тролль

— Да, есть такое.

— Вот и мне так кажется, — покивал командир.

Что бы это ни было, но эта «пустота» поглощала утес, на котором они сидели. И за последние несколько часов тот уменьшился, похоже, на пару сантиметров.

Иными словами, область тьмы расширялась.

— Она же нас не сожрет? — с опаской спросил чернявый.

— Не должна.

Зефир, конечно, не был математиком, но, вроде бы, «тьме» для поглощения этого лоскута понадобилось бы несколько недель. Что не могло не радовать.

— Где мы вообще, есть идеи? — внезапно поинтересовался Леопольд.

— Хрен его знает, — пожал плечами командир. — Но, очевидно, в месте, где вскоре всему придет конец.

Размахнувшись, он бросил небольшой камешек с обрыва. Тот пролетел метров десять, а затем его укутала чернота, полностью скрыв из виду. Может, растворила, может, что-то еще. Проверять это юноша не горел желанием.

Минуло полтора часа. Зефир в тот момент стоял перед обелиском, продолжая безуспешные попытки получить с него хоть что-то полезное, когда мир внезапно моргнул.

Радостно тявкнул Брут, оторвавшись от записной книжки. Оживленно запищал паукомяк — зверек подскочил с земли, где он все это время отдыхал после плотной еды, и стремительно умчался в высокую траву.

Командир проводил его взглядом и отнял руку от камня.

— Не будешь продолжать? — раздался воодушевленный голос Леопольда. Да и сам Зефир почувствовал облегчение.

— Ну его. Лучше пойдем отсюда, не хочу снова оказаться там.

Сборы заняли совсем недолго: у друзей было все давно готово. И через несколько минут они уже споро двигались вперед, оставляя позади обелиск.

В пути прошли ещё сутки, а клочки иной земли, попадавшиеся по дороге, всё не кончались. Товарищи видели множество странных лоскутов: снега, болота, пропасти и водоёмы. Да и твари, что из них расползались, были весьма разнообразны.

Однако недавний опыт только укрепил Зефира во мнении обходить их стороной. Ведь понимания, когда такая заплатка исчезнет или переместится, а главное — появится ли обратно, у него все еще не было. И, положа руку на сердце, в прошлый раз им откровенно повезло.

Прошло полдня в безуспешных поисках восьмилапов или хотя бы парочки завалявшихся бык-быков, когда перед друзьями появился гигантский лес.

— Заглянем? — повернулся командир к Леопольду.

Судя по всему, чаща была здешней, из красного Выдоха, а не перенесённым из неведомых далей лоскутом. И Зефир очень надеялся, что им повезёт, поскольку в прошлый раз восьмилап был встречен в аналогичном месте.

Чернявый долго не думал и кивнул в ответ, как и енот. Поэтому друзья вступили под сень кривых деревьев.

Вокруг сразу же зазвучали поскрипывания, шелест и другие странные звуки местных обитателей. А где-то справа в кустах чувствовалась небольшая блуждающая ловушка. Несколько минут спустя с плеча командира послышался сосредоточенный тявк. Это Брут сигнализировал о специи. И команда немного сменила направление, чтобы подобрать «вкусняшку».

Получасовые блуждания по лесу вывели их к воде. Это оказалось маленькое озеро, которое в обычной ситуации вряд ли бы заинтересовало парней. Если бы не два «но». Сначала взгляд зацепился за небольшой, с виду пустой замок на противоположной стороне, окружённый рвом. А затем товарищи заметили и другое: цвет грунта у кромки воды разительно отличался от привычной лесной почвы. Слишком разительно, чтобы быть естественным.

Складывалось впечатление, что какой-то гигант вырезал это озерцо, подобрал в руки, а затем плюхнул посреди леса. Вполне вероятно: перед друзьями оказался очередной лоскут.

— Что думаешь? — спросил Леопольд, оглядываясь по сторонам и остановив взор на укреплении впереди.

Оно, к слову, выглядело не старинным реликтом, как это обычно бывало в зоне, а совершенно новой постройкой. И отчего-то сильно напоминало того хранителя места, внутри которого парни когда-то давно побывали.

Командир в этот момент тоже тщательно осмотрелся, а затем сапогом примял синюю траву под ногами, открывая взгляду ровную линию: будто два куска земли — один тёмный, другой светлый — были соединены, словно детали причудливого витража.

— Пойдём-ка отсюда… Ну его в задницу, — ответил Зефир, окончательно подтверждая свои догадки этой деталью.

Связываться с заплаткой, прилетевшей непонятно откуда, желания у него не было. Однако уйти товарищи не успели — на одной из ближайших башен ранее безлюдного замка из-за зубцов внезапно показалась фигура с копьём. Затем ещё одна, но уже на другой наблюдательной точке.

Расстояние было приличным, но даже так стало заметно, что на плечах у обоих людей оказались чёрные плащи.

Командир остановился и, прищурившись, начал разглядывать дозорных. В цветастой растительности на берегу друзья были не заметны издалека, поэтому об обнаружении он не волновался.

— Еретики? — полуутвердительно спросил Леопольд.

Вопрос был интересным. Если бы они сейчас оказались в жёлтом Выдохе, во времена, когда жили в Перекрёстке, то Зефир непременно бы согласился. Но в Моревии такой же атрибут носили и государевы люди, к примеру, из Приказа тайных дел.

Да и вообще чёрный плащ, по сути, мог надеть кто угодно — не обязательно эти сволочи. Плюс цвет был стильным и не так сильно пачкался.

Тем не менее командир передумал уходить и решил сначала разобраться, кто же это всё-таки такие, о чём и поведал остальным. Ни чернявый, ни енот возражений не имели, и вскоре товарищи добрались по берегу через кусты к одной из башен у озера.

В замке, к слову, жили не идиоты. Местность вокруг укреплений была вырублена. Поэтому парни спрятались метрах в пятнадцати — там, где начинался лес — под прикрытием низкого дерева с густой кроной.

Ждать долго не пришлось: у крайне расслабленных дозорных как раз случилась пересменка, и когда второй воин подошёл к своему коллеге, завязался довольно интересный разговор на сермейском — едином языке Центрального и Северо-восточного регионов.

— Эх, сейчас бы в клетки, к той новенькой… — раздалось сверху причмокивание. — А то из-за этих сраных переносов непонятно куда я весь извёлся.

— Заткнулся бы, — проворчал второй голос. — Поймает тебя Тибор. И сначала самого нагнет, а потом отдаст мяснику за порчу имущества. И меня заодно выпотрошат, потому что не остановил.

— Да плевать! С неё не убудет. К тому же все равно скоро разберут на части. А так хоть хорошее воспоминание останется, — заржал первый дозорный.

— Зря смеёшься. Точно же выпотрошат, как куря.

— Типун тебе на язык, — сплюнул мужчина. — Пойду я, не скучай.

Друзья внизу переглянулись, а Леопольд провёл