Гудбай, Восточная Европа! - Якуб Микановски

готовым сражаться насмерть за мать-Венгрию. Будапештская пресса отнеслась к нему как к шутке, но в засушливых полях Центральной Венгрии, где крестьяне все еще трудились в условиях, напоминающих средневековое крепостничество, его послание встретило наэлектризованный отклик. Единственная проблема заключалась в том, что никто не мог полностью понять, в чем заключалось его послание. Когда журналист расспросил двух членов «Креста из кос» об их убеждениях, все, что они смогли объяснить, это то, что их дело состояло в ненависти к «коммунистам и джентльменам».

Такая неопределенность не являлась препятствием для вербовки. На самом деле, она даже стала преимуществом. Всего через год после того, как Бесермени основал «Крест из кос», в группировке насчитывалось более двадцати тысяч членов, вплоть до собственных штурмовиков. Он призывал своих последователей совершать акты насилия против евреев, Габсбургов и других противников венгерской расы. Немногие прислушались к его призыву. В 1936 году он решил, что его единственный путь к власти – это полномасштабное восстание.

Бесермени пообещал, что 1 мая того же года он соберет армию из трех миллионов крестьян, двинет их маршем на Будапешт и сожжет этот грешный город дотла. Когда настал назначенный день, несколько тысяч последователей действительно пришли, но большинство из них без труда задержали местные жандармы. Арестовали в общей сложности около семисот крестьян, из которых сто тринадцать одновременно предстали перед судом. В зале суда обвиняемые члены партии представляли собой печальное зрелище. По словам свидетеля, на них были «рваные брюки, поношенные пальто или старые овчинные жилеты». Ни у кого не оказалось даже приличной рубашки. Их бедность была не только внешней; у девяносто восьми процентов не было ни дома, ни земли. Когда судья, рассматривавший их дело, спросил членов партии, за что они борются, они заявили, что готовы умереть за «идею», но, когда на них надавили, не смогли объяснить, в чем именно эта идея заключалась.

Несмотря на провал, «Крест из кос» являл своего рода квинтэссенцию фашизма: это было движение отчаявшихся людей в поисках трансцендентной причины, которые не задумывались о том, какой может быть правдоподобная причина их несчастий. При этом не все фашисты Восточной Европы были такими обездоленными. В Румынии Легион Архангела Михаила вырос из организации студентов колледжа в политическую партию, которая на короткое время даже захватила в свои руки судьбу страны. Ключом к их успеху стал харизматичный лидер и подход к политике, который в равной степени сочетал в себе черты как религиозного прозелитизма (то есть стремления обратить других в свою веру), так и уличной войны.

Как и в Германии, фашизм в Румынии впервые выкристаллизовался из опасений распространения большевистской заразы. Корнелиу Кодряну, основатель ордена Железного креста, родился в 1899 году Слишком молодой, чтобы участвовать в Первой мировой войне, он приобрел боевой опыт дома, в военной школе и в уличных боях с бастующими рабочими. Кодряну пытался предотвратить революцию через избиение членов профсоюза. Однако вскоре он пришел к выводу, что рабочие – по крайней мере, румынские – были невиновны; настоящая вина лежала на их еврейско-коммунистических кукловодах. Тогда Кодряну сосредоточил свою энергию на том, чтобы не допускать евреев в университет. Он и его банда выгоняли их из студенческих клубов и общежитий, срывали еврейские театральные представления и избивали левых везде, где только могли найти. В 1923 году Кодряну координировал студенческую забастовку, из-за которой университеты Румынии закрылись на целый семестр. Он увенчал свой триумф созданием политической партии «Национально-христианская лига защиты», единственной целью которой было введение квот, ограничивающих число евреев, принимаемых в средние школы, университеты и на профессиональные должности.

Партия Кодряну, позже преобразованная в Лигу Архангела Михаила и прославившаяся под прозвищем «Железная гвардия», быстро набирала влияние, во многом благодаря своей отличной игре на поле. Легионеры Кодряну рассыпались веером по сельской местности Румынии, добирались до забытых деревень во внутренних районах Трансильвании и Молдавии, в которые доселе ни разу не доезжали политики ни одной партии. Жители деревни встречали активистов зажженными свечами и пением, после чего молодые легионеры приступали к выполнению общественных работ, рытью дренажных канав и ремонту дорог.

Иногда в ходе этих экспедиций Кодряну и его люди путешествовали инкогнито. Кого-нибудь отправляли вперед в деревню, чтобы подготовить жителей к приезду, заговорщически шепча о «том, кто на подходе». Когда Кодряну наконец появлялся, он двигался по местности как призрак: верхом на белом коне, окруженный несколькими своими самыми доверенными молодыми помощниками. На каждой деревенской площади он спешивался и целовал землю, а затем уезжал, ни с кем не разговаривая. Люди спрашивали: «Это был Святой?» и всерьез задавались вопросом, приезд кого они только что засвидетельствовали – святого человека или мессии. Последователи Кодряну оказывались рядом, чтобы заверить простодушных зрителей, что он был и тем и другим.

В отличие от фашистов в Германии или Италии, которые рассматривали организованную религию как соперника, Железная гвардия свободно владела языком веры. Легионеры носили на шее мешки со святой землей, служили масштабные мессы на открытом воздухе и покровительствовали различным мистикам из маленьких городков, которые лично видели Бога или разговаривали с самой Девой Марией.

Как и большинство демагогов, Кодряну проповедовал одновременно расплывчатую и противоречивую доктрину Он был против демократии, но выступал за народ. Всеобщее избирательное право отрицалось на корню, потому что оно позволяло евреям голосовать.

Но евреи были не единственным врагом Кодряну – он так же ненавидел греков, турок, болгар и венгров. Он описывал румынскую нацию с религиозной точки зрения, знакомил своих учеников с особыми молитвами и говорил притчами, похожими на сказки. Он обещал своим легионерам, что им предстоит пройти через различные страдания на своем пути к тому, чтобы стать «Новым Человеком». Эти испытания состояли из гор боли, лесов с дикими зверями и болот отчаяния.

Звучит, как детские сказки, но именно они подействовали как волшебство даже на некоторых самых искушенных интеллектуалов Румынии. Одним из выдающихся румынских мыслителей, который увлекся этим течением, был Мирча Элиаде, великий историк религии и один из ведущих мировых исследователей мистицизма. Элиаде на полном серьезе верил, что «Железная гвардия» сражалась в войне стихий, в борьбе, которая противопоставляла «мир желудка», старый мир политических партий и рыночной экономики, новому миру, который «осмеливался верить в Дух». Точно так же известный философ пессимизма Эмиль Чоран восхвалял молодых штурмовиков Кодряну, видя в их зверствах и спонтанных убийствах «взрыв энергии», за которым скрывалось «зерно идеи, страсть к духовной индивидуализации». Когда Кодряну убили в 1938 году по приказу короля Румынии, Чоран оплакивал кончину человека, который добился в