Смертник из рода Валевских. Книга 1 (СИ) - Василий Михайлович Маханенко

— Как и ты меня, если я сдохну первой. Это правило написано кровью, Буравчик, не нам его менять. Тащи мечи.

Спустя пару минут маг протянул мне довольно толстый продолговатый предмет, замотанный в тряпку.

— Владей, брат Макс. Баламут, поможешь?

— Куда ж вы без меня? — коротышка подошёл ближе. — Чего стоишь? Разворачивай, давай! Учить буду, как пользоваться мечами.

Я прикусил язык, чтобы не ляпнуть что-то лишнего, типа «я и так умею мечами махать». Сликом странным показался мне свёрток. Развернув его, я уставился на самое странное устройство, что только видел в своей жизни. Если это мечи, то я балерина из императорского театра!

— Значит так — руку просовываешь сюда, пальцы должны входить в эти отверстия. Куда свои сосиски суёшь?! Тебе же чётко сказали — в отверстия! Вот. Большой палец сюда. Балбес, что ты делаешь. Буравчик, отойди в сторону. С таким учеником неровен час беда какая случится. Не стоит направлять руку в мою сторону! Макс, щас оторву твою культяпку и выкину! Держи руку прямо!

С горем пополам на моё правое предплечье водрузили странный механизм. Стальное лезвие располагалось с внешней стороны и, в случае определённой комбинации пальцев, выскакивало из пазов посредством хитрой системы пружинок. Складывался клинок аналогично — стоило сжать пальцы в определённой последовательности, как клинок возвращался на место, слегка откидывая руку инерцией.

С левым мечом вышло быстрее — я уже понимал, куда и как нужно вставлять пальцы, чтобы не нервировать Баламута. Убедившись, что я понял принцип работы оружия, коротышка вернулся к своим делам.

— О том, что только что произошло, я извещу отца Тиута. То, что я вначале увидела в тебе тёмного, а только потом брата смертника — полностью моя вина и как-либо защищаться я не намерена. Полагаю, ты голоден? Склянка, что с ужином?

— Скорее с завтраком, — недовольно пробурчал пьяница. — Скоро рассвет, а ты про ужин спрашиваешь.

— На самом деле мне бы не еды, а тренировку, — произнёс я, рассматривая своё новое оружие.

— Не вопрос, — кивнула Графиня. — Баламут!

— Нет, мечом мне не нужно махаться. Как я сказал, во второй пещере я обнаружил двух элиток, из-за которых едва не потерял концентрацию. Как я понимаю, завтра вы пройдёте по разлому и выжжете его под основание. В академии есть одна элитная тварь, но она слишком для меня сильна. Здешние тоже не слабые, но я хотя бы сознание не теряю в их присутствии. Мне бы в разлом, чтобы пару часов посидеть под тем влиянием. Отец Нор сказал, что это как тренировка.

— Пара часов не получится — скоро рассвет, — задумалась Графиня.

— И что? В чём проблема?

— Днём вход в разлом зарастает. Исчезает. Твари не выносят солнечного света и прячутся от него, как только могут. Если ты готов просидеть под землёй целый день — не вопрос. Отца Тиута я предупрежу.

— Честно говоря, если выбирать между лагерем, где меня каждый первый желает прикончить только из-за того, что у меня тёмные камни, и разломом, где я могу стать сильнее — я без раздумий выберу второе. Если, конечно, не будет проблем, от того, что я просижу под землёй целый день.

— Проблем не будет, — Графиня посмотрела на свою группу. — Мне нужен этот день. Склянка бесполезен.

— У меня, вроде как, задач на ближайшее время нет, а светиться перед церковниками не хочется, — ответил Буравчик. — Я схожу с Максом, мать.

— Решено. Тебе еда нужна? Оружие? Броня?

— Еда, копьё. С бронёй я пока не работал, думаю, будет только мешаться, — ответил я и буквально через несколько минут всё тот же смертник, что снаряжал всех в броню, доставил мне небольшую сумку с провизией и новое копьё.

— Десять флаконов на ману у тебя есть. Вот, возьми ещё три восстанавливающих эликсира. Надеюсь, не пригодятся. Особо не геройствуйте — я не хочу искать мечам нового хозяина. Ты тоже не лезь на рожон — знаю, что может детство в заднице заиграть. Камни не собирайте — ими сборщики займутся. Всё, пойдём. Договорюсь, чтобы вас пропустили.

Вот только договориться сходу не получилось. Когда стражники узнали, что в разлом идут всего двое, причём один вообще без брони, поднялся шум. Даже авторитета Графини не хватило, чтобы сломать сопротивление охраны.

— Пропусти их, — послышался спокойный голос отца Тиута. Тьма уплотнилась и под свет факелов вышел широкоплечий человек. — Отец Нор оказался прав.

— Прав в чём? — спросила Графиня.

— Тёмный Макс будет использовать любую возможность, чтобы расширить свои возможности. В том числе войти в разлом раньше всех, чтобы улучшить блокировку. Я слышал ваш разговор, Графиня. Не одобряю твоих методов, но признаю, что ты в своём праве. Мы все знаем твою историю. Рад, что ты убедилась, что этот тёмный не является обращённым.

— Не тёмный, отец Тиут. Смертник. Макс.

— Для тебя и всей вашей братии — да. Для меня и всех служителей Света — тёмный. И он останется им до конца своей жизни, какой бы длинной и насыщенной она ни была. Торопитесь — проход начинает закрываться. Вас будем сопровождать брат Гурш. Ему тоже не помещает дополнительная тренировка блокировки.

Тьма вновь уплотнилась, превращаясь в ещё одного церковника. Одетого в латы, как и Буравчик.

— Да прибудет с вами Свет! — произнёс отец Тиут, после чего развернулся и ушёл.

— Знаешь, мать, чем дальше в лес, тем толще разбойники, — задумчиво проговорил Буравчик, смерив меня взглядом. — Это какие же планы к Крепости на Макса, если у него такая свобода? Он что, реально Паладином может стать?

— Паладины — сказка для доверчивых дураков, решивших, что они сильнее остальных, — тут же отреагировала Графиня. — Всё, иди. А то в пролом не пролезешь.

Всё это время я неотрывно следил за тем, как зарастала дыра в земле. Это было… Страшно и притягательно одновременно. Осознав, что защиты больше нет, я прыгнул внутрь и прокатился по наклонной тропе, что резко уходила вниз. Спустя мгновение за мной последовали остальные — Буравчик и отец Гурш. Церковнику сразу заметно поплохело — белое лицо в синем свете кристаллов разлома выглядело жутко. Буравчик заботливо усадил церковника за камни и принялся приводить того в чувства. Я сразу отправился к дальнему проходу — мне подарили слишком мало времени, чтобы тратить его на слабые звенья.

Блокировка привычно встала на своё место и сразу стало плохо — влияние элитных тварей сказывалось даже через проход. Тем не менее я