Свой выбор - 2 - Рина Зеленая

— О, выходит, не Основатели придумали это антисанитарийное действо во время еды? — опешила мадам Помфри.

— Верно, — кивнул Флитвик. — А еще раньше сохранялась тайна переписки. Никто никому не заглядывал в письма через плечо.

— И никто не позорился на всю школу, получив вопиллер, — хмуро проворчал Снейп.

— Да, именно так, — подтвердил полугоблин. — Но все это и рядом не стояло с тем, что общение студентов с внешним миром подверглось полному контролю. И цензуре.

— Альбус делает это и теперь? — спросила Ирма.

— Не со всеми студентами, — ответил Филиус. — Он не может прикрыть происходящее смутным временем, как когда-то. Но я почти уверен, что он весьма пристально следит за перепиской некоторых учеников. Удивительно, что мистеру Поттеру удалось как-то скрыть от директора часть своих действий. Я, конечно, очень постарался когда-то, распутывая чары недосягаемости вокруг башни Рейвенкло, но мне удалось ослабить их только для личных птиц моих студентов. Вряд ли этого было достаточно.

— Мог ли Альбус в тридцатые и сороковые годы приказать эльфам отслеживать пересылку артефактов? — спросила Ирма Пинс.

— Думаю, он отслеживал все подряд, — откликнулся Северус. — Артефакты, зелья, книги.

— А потом беседовал со студентами в личном кабинете, — невесело покивала Помона. — Времена были смутными. Легко было представить все так, будто вещь пропала. Или убедить ученика, что ему ничего не нужно. Я герболог. Северус — зельевар. Любой из нас подтвердит, что не все чаи Альбуса так уж безвредны.

— Мы сейчас в открытую обвиняем директора в опаивании студентов? — спросила Поппи.

Филиус хохотнул.

— Да, в открытую, — подтвердил он. — Но мы никому ничего не сможем сказать. Никто не поверит.

Северус прикрыл глаза, мысленно соглашаясь с коллегой.

Да, никто не поверит. Уже очень давно Дамблдор — великий светлый маг страны с несокрушимой репутацией праведника. Нужно что-то большее, чем слова горстки магов, чтобы низвергнуть Альбуса с его пьедестала.

— Значит, Альбус как-то узнал об очках, заинтересовался интересным и полезным артефактом, — стала выстраивать последовательность событий Ирма.

— Скажу больше, изготовление подобных очков невозможно без разрешения колдомедика, — просветила всех Поппи. — Я-то думала, Альбус умеет читать мысли.

— Он и умеет, — кивнул Снейп. — Просто прежде директор говорил о врожденной способности. Дар ментальной магии позволяет считывать поверхностные мысли без зрительного контакта на довольно большом расстоянии, в то время как магу, научившемуся легилименции, необходимо, чтобы человек стоял довольно близко и смотрел в глаза.

— Затем, — продолжила мадам Пинс, — Альбус вызывает к себе мисс Уоррен, угощает ее чаем. И после задушевной беседы девочка отказывается от заказанных отцом очков. Стоили очки такого риска?

Северусу вспомнились шкафы в кабинете директора, полки которых были завалены самыми разными необычными предметами.

— А он и не рисковал, — сказал Снейп. — К тому моменту отец Миртл Уоррен уже был мертв. Некому было предъявлять претензии.

— А почему те очки превратились в очки-половинки? Не думаю, что артефактор не защитил линзы от повреждений, — спросила Помона.

— Да… Должна была быть защита, — согласился Филиус задумчиво. — Но… Оправа! Альбус не мог оставить старую оправу. Та наверняка ему не подходила. Но и заказать работу другому мастеру директор побоялся. Видимо, линза пострадала при попытке сменить оправу. Но вторая уцелела и даже пережила разделение, не потеряв свойств.

— Когда у Альбуса появились его очки? — уточнила Поппи.

— Уж точно после смерти мисс Уоррен, — задумавшись, ответил профессор Чар. — Даже скорее… после победы над Гриндевальдом.

— А сколько еще у Альбуса вещей, которые ему на самом деле не принадлежат? — ни к кому не обращаясь, тихо спросила Ирма.

В комнате повисла гнетущая тишина.

Глава 28

Домой Гарри поехал вместе со всеми. Тинки могла забрать подростка прямо из замка, как прежде, или со станции в Хогсмиде, но Поттер побоялся слежки. Его отсутствие в поезде мог кто-нибудь заметить. Та же Грейнджер, показательно игнорировавшая Гарри весь последний школьный завтрак, а потом — дорогу до станции. Но рейвенкловец не обольщался на ее счет. Пусть и несознательно, но отныне Гермиона будет отслеживать каждый его шаг, ожидая провалов и негодуя из-за успехов. И исчезновение на пути в Лондон не пройдет мимо нее.

В поезде подросток выбрал пустое купе, но к нему быстро набилась целая толпа. Сначала явился Невилл, обещавший вернуться после того, как оставит багаж в купе барсучат-мальчиков. Потом приятелей отыскал Малфой, плывший через озеро в компании Крэбба и Гойла. После в купе заглянули и остались Аббот и Боунс, а последними подсели Финч-Флетчли и Бут.

Сначала разговор не вязался, но потом непосредственный Терри спросил попутчиков о планах на лето и сам же первым подробно описал намеченную родителями трехнедельную поездку через океан к подруге своей матери. После этого и другие ребята разоткровенничались.

Больше всего Гарри заинтересовал рассказ Джастина. Поттер довольно неплохо знал этого мальчика, но о своей жизни до Хогвартса хаффлпаффец почти не распространялся, сообщив год назад всего несколько фактов. Сейчас же стало ясно, что маггловская сторона его жизни — болезненная и сложная тема.

Родители Джастина, люди известные в высших кругах и весьма состоятельные, не собирались экономить на образовании сына. В четыре года единственный отпрыск четы Финч-Флетчли отправился учиться в Лондонскую дневную школу Томаса в Баттерси — одну из престижнейших начальных школ в Лондоне. После родители перевели мальчика в Людгроу, надеясь, что он, несмотря на разницу в возрасте, подружится с кем-нибудь из принцев. Подготовка в Людгроу позволила Джастину вполне успешно сдать предварительные экзамены для Итона, и через пару лет юный наследник должен был пополнить ряды учеников престижнейшего колледжа Великобритании.

Но прямо на следующий день после того, как Финч-Флетчли получили результаты экзаменов, в их дом заявилась профессор МакГонагалл. Этот визит перечеркивал все планы родителей, нарушал спокойную жизнь, не удивительно, что мистер и миссис Финч-Флетчли отнеслись к идее школы волшебства весьма негативно. Особенно их напрягло то, что представительница Хогвартса предлагала поверить ей на слово и не имела при себе ни единого документа, кроме письма-приглашения. Родители Джастина требовали буклеты, бланки, договор, но в ответ получили лишь недоумение и недовольно поджатые губы. Ко всему прочему, не предоставляя никаких документов, волшебники не брали на себя и решение вопроса с маггловскими официальными структурами. В итоге сам Джастин радовался учебе в волшебной школе,