Война - Андрей Сергеевич Минин

Представились. Лейтенанта звали Свиридов Михаил Алексеевич. Молодой выпускник Сибирского военного университета имени князя Пожарского.

Он сказал.

— Между собой будем говорить без чинов.

Мы кивнули.

— Как вы знаете, нас направили на юго-западный фронт. Там сейчас пытаются прорваться англичане.

— Известно, как далеко они зашли?

— Я знаю только, что они смогли взять или полностью окружить несколько городов. Что касается Таганрога, он был уничтожен слаженным огнем их флота при поддержке кудесников. Из крупных городов, Бердянск, Мариуполь в осаде, как с моря, так и по земле. Корабли из Англии и их колоний продолжают подходить к берегам и высаживать десант. Они пытаются прорваться вглубь наших территорий. Протяженность юго-западного фронта более шестисот километров. От Одессы до Ростова-на-Дону, что тоже в осаде, но еще держится.

Мужики перекрестились.

— А нас куда направили?

Лейтенант развернул карту и показал точку.

— Григорьевка? — Спросил я.

— Да. Это одна из деревень позади Таганрога. Наши силы были вынуждены отступить вглубь территории на двадцать пять километров. Фронт там. Мы же сидим в деревне. Защищаем второстепенную дорогу и следим за рекой Сухой Еланчик, что проходит через Григорьевку.

Вопросов больше не было. Лейтенант знал не больше нас, так что я попросив разрешения ушел.

Следующие дни в пути я знакомился с солдатами. Все тут сибиряки. Хорошие, открытые люди. Две трети из них, возрастом двадцать — пятьдесят лет проходили срочную службу и знают чего ожидать от армии. С автоматом знакомы, звания различают, и приветствия отдавать умеют. Оставшаяся треть это те, кто не служил родине. Плохое здоровье для срочной службы, плоскостопие там, зрение или студенты, что пропустили свой призыв, получив отсрочку, а потом и срок прошел.

Узнал я людей шапочно. Только по именам, но к службе отнесся ответственно. Записал все в блокнот, чтобы не забыть. Буду постепенно ближе знакомиться с людьми и вносить правки. Обязанностями не манкировал. Это не шутки. Война идет. Пора привыкать.

У палатки, где заночевал лорд, остановился посыльный и прокашлялся, едва повысив голос.

— Лорд Маркус, вы спите? — Спросил он, не позволяя себе заглядывать внутрь. — Вам послание от лорда Якоба.

— Кхе-кхе, кхе, — закряхтели мужским басом изнутри палатки, словно сплевывая комок, застрявший в горле. — Говори уже, — с хрипотцой приказали посыльному.

Наружу так никто и не вышел.

— Русские продолжают насыщать фронт людьми. Если мы и дальше продолжим стоять на месте, они перегруппируются и пойдут в атаку. Этого нужно избежать. Вам приказано прощупать их оборону на своем участке фронта и в случае их слабости, прорвать ее.

Лорд Маркус долго молчал, прежде чем ответить.

— Скажи Якобу, что я понял, — посыльный сделал движение, чтобы уйти, но не успел сделать и шага, — СТОЙ! — Выкрикнул, Маркус. — Пришли кого-нибудь прибраться. Мой эксперимент не удался. Нужно вынести трупы.

Долгий путь по железной дороге закончен. Гудок поезда и мы останавливаемся на станции Матвеев Курган.

— До свидания, старшина Смирнов, — попрощалась со мной проводница поезда.

Когда домашние запасы еды у всех кончились, я выделил деньги и попросил проводницу помочь с питанием для нашего вагона, и она постаралась. Не разносолы, но горячей картошкой, зеленью, огурчиками и печеной курочкой нас обеспечили. Вышло не так и дорого.

Покинуть душный вагон поезда было в радость. Еще на полпути сюда сломался кондиционер в вагоне, а в биотуалет кто-то кинул бумажку, из-за чего он вышел из строя. Лейтенант устроил из этого целое расследование, но поймать за руку никого не удалось. Да и спать приходилось по очереди. На нижних полках только сидели, а спали наверху. Вагон переполнен. Короче, я вздохнул с облегчением, когда мы добрались до конечной остановки нашего пути.

— Это не Сибирь, — подтвердил мои мысли старший сержант Медведев, что стоял рядом. — Да, старшина? Все цветет. Осенью и не пахнет. А ведь на дворе у нас уже шестое октября.

— Не Сибирь, тут ты прав.

Жара на улице, но лучше пусть так, чем в пропотевшем вагоне, где не помыться и в туалет не сходить. В соседние вагоны двери закрыты и нам приходилось ходить в кусты на стоянках пятиминутках.

— Давай строиться, старший сержант. Лейтенант смотрит.

Он отдал мне честь и, повысив голос, распорядился.

— Пятая рота в колонну строиться. Бросили курить, кому сказал? Вещмешки за спину и строимся. Побыстрее.

Я встал рядом с лейтенантом и стал ждать, пока сержанты и ефрейтора приведут солдат к порядку.

Свиридов заговорил.

— Машин нам не выделили. Пойдем пешком. До Григорьевки тридцать семь километров по хорошей, асфальтированной дороге.

Я посчитал в уме.

— За восемь часов дойдем. Как раз к обеду поспеем.

Лейтенант кивнул.

Поезд прибыл на станцию Матвеев Курган в четыре часа утра. На улицах было пусто. Проверив все ли в строю, внешний вид бойцов и сохранность оружия, лейтенант дал отмашку, и мы двинулись в путь.

Сто сорок три человека. Столько нас было. Это практически полроты солдат. Вывод? Пятая рота понесла катастрофические потери, когда отступала из Таганрога.

Город был уже позади. Мы шли через поля и леса.

Периодически мы делали привалы.

— Яблоки, — воскликнул один из солдат и все ломанулись вслед за ним в лес.

— Куда? — Заорал на них лейтенант. — Идиоты, — выругался он. — Верните их назад, — сказал он мне и сержантам.

Исполняя приказ, мы в процессе набрали диких яблок и груш. Лейтенант и сам потом их поел, но смотрел на нас хмуро.

Так, не без приключений, мы двигались по дороге к деревне. Мимо нас постоянно проезжали машины. Иногда они останавливались, и оттуда выходил офицер в звания от майора и до подполковника и спрашивал, куда мы идем.