Шебекинский дневник - Ирина Николаевна Пичугина-Дубовик

Здание механического завода Ребиндеров. Руины.

Оборонное.

Рядом с химзаводом в Шебекино функционировал единственный в СССР Институт исследований поверхностно-активных вещёств (ВНИИПАВ).

Оба — и гигант химзавод, и институт — пали жертвой перевода промышленности на капиталистические рельсы, и с ними погибли ещё несколько советских заводов и производств города.

Однако город Шебекино остался важным промышленным центром.

Вопрос о безработице тут никогда не стоял. Скорее — наоборот, рабочие руки всегда были тут в дефиците.

И вот теперь… город-призрак.

Обезлюдевший.

Истерзанный.

Под ногами хрустит битое оконное стекло, чернеют провалы пробитых стен, пахнет гарью…

Звуки стрельбы… Всё в дыму…

Ночью с трёх часов опять по городу сериями били враги. «Град» сыпался градом на руки улиц, раскинутых, как на кресте, принимающих людскую злобу и безумие ненависти к нашей русской жизни, отторгающей навязываемый Западом кошмар и рабство.

Идёт бой на границе, а граница — всего в одном-двух километрах… Идёт бой, слышны автоматные очереди.

Пошла вторая волна мощного натиска врага!

3 июня

Порядок в закрытом городе поддерживают и отряды казаков, ведь Шебекино — казачий край. В школах есть казачьи классы, где знакомятся со старинным бытом казаков, поют песни, ездят на экскурсии… Не буду писать в прошедшем времени, верю, что пройдёт немного времени — и всё вернётся на круги своя.

В городе действуют охранные организации, государственные и ЧОПы.

Принимаются меры против возможного мародёрства.

От въезда в город до здания администрации город сильно покалечен. Дальше разрушений пока меньше.

К сожалению, вода даётся эпизодически, электроэнергия пока не восстановлена.

Но пожарные расчёты действуют.

В момент эвакуации я сама видела массу пожарных машин на подъезде к городу.

Знаю я о тех, кто не захотел бросить жильё, хозяйство. Все эти страшные дни и ночи они пережили под огненным дождём из «Градов», но если возникает связь, они пишут о себе бодро.

Потомков казаков не сломить!

Чуть канонада утихнет, они спешат сделать необходимое, помочь соседу да и просто чужим людям, попавшим в затруднительное положение.

А пока…

Пока с арен спортивных сооружений моих земляков переводят в общежития. А легко ли расселить за пару дней целый город и пригороды?

Примерно шестьдесят тысяч человек!

Областная администрация изыскивает способы отправки детей в оздоровительные лагеря других областей на это тяжёлое время. И ждёт…

Ждём и мы, простые люди…

Ждём, когда военные устранят угрозу обстрела из РСЗО и артиллерии, когда мы сможем вернуться домой и начать восстанавливать наш город для новой жизни в нём, для работы, для наших детей.

Ждём…

Но эскалация пока нарастает. К вечеру официально объявили о том, что закрыты дороги до 30 июня.

Город закрыт и запечатан семью печатями.

Люди в большинстве своём бежали из дома второпях, иные даже без документов, не говоря уж о вещах…

Более всего ситуация в Шебекино напоминает недоброй памяти Чернобыль.

Тогда было так же.

На полуслове, полувздохе, не досказав, не доделав, жители, как пчелиный рой, вылетели из родных стен и замерли, собравшись в гудящую массу в местах временного размещёния… в растерянности всем сердцем своим чая, ожидая сигнала к возврату назад, на своё место, в свой дом…

Но дома и клумбы, парки и предприятия, сады и огороды враг безжалостно сносит с лица земли градом своей ненависти.

Разрушают заводы и цеха, сельскохозяйственные и промышленные производства. Разрушены два предприятия по синтезу лаков, завод кормов для животных, уникальный завод по выращиванию искусственных драгоценных камней, пострадал механический завод, маслозавод…

Для справки: Шебекинский машиностроительный завод делает нужные всей стране газовые мини-котельные, есть предприятие, производящее узлы и агрегаты для современных атомных электростанций, в частности — для строящейся в Турции в местечке Аккую.

Но на маслозаводе без электроэнергии скисают сотни тонн молока и готовой молочной продукции, в колбасных цехах испортились десятки тонн мяса и готовых колбас, на других заводах грустно стоят штабеля подготовленной к отгрузке продукции.

Предприятия замерли на полуцикле.

Гибнут под обстрелами, без воды и электричества, птицефермы и объекты животноводства.

А ведь сельхозпроизводство в нашей области и переработка его результатов в продукты питания кормят… да, кормили раньше, до этой недели… треть России. Мясо птицы и крупного рогатого скота, молочные продукты, продукты рыбоводства, мучные изделия, макароны, растительные масла… всего не перечислить. Однажды, будучи в гостях в Москве, мы пошли в ближайший магазин и купили там еды, каждого продукта по упаковке. Наши друзья удивились — зачем это. А мы ответили: «Посмотрите на место изготовления — всё это шебекинское производство! И масло, и сыр, и колбаса, и курица, и свинина, и макароны, и многое другое. Весь ваш московский магазин заполнен нашей шебекинской продукцией. Вот так-то».

Это было…

А как будет теперь, когда Шебекино — запретный город, который ВСУ так усиленно старается сровнять с землёй?

4 июня

Вчера, 3 июня, был сильный обстрел через Шебекино — уже ближе к Белгороду — поселения Маслова Пристань. Там громыхало всю вторую половину дня, были видны дымы, шла информация о разрушениях, гибели жителей, ранениях.

От Белгорода до Шебекино около 30 километров. Посёлок же Маслова Пристань к Белгороду ещё ближе… на полпути.

Война шагает уже по нашей, российской территории.

Да, нога врага на неё ещё не ступила, но методы ведения боевых действий приводят к необратимым для граждан последствиям. И ещё вызывает массу вопросов отсутствие правовой базы для теробороны. Тероборона — она вроде и есть, а фактически у людей имеется только форма одежды, и всё. Этим не повоюешь, не защитишь свой дом. Когда террористы ВСУ вошли в Грайворон, они убили нашего тероборонщика только за то, что у него дома висела форма. Защититься он не мог, оружия у него не было.

Странно это, когда враг уже не у ворот, а просто выгнал тебя из твоего дома.

Официально опубликован список многоквартирных домов города Шебекино, пострадавших от обстрелов.

Он огромен и ужасает.

Но самое страшное, что он постоянно дополняется новыми пунктами.

Вчера пострадал Муром Белгородский. Он расположен недалеко от Шебекино. В результате обстрела снаряды ВСУ разбили детсад, школу, магазин и Дом культуры.

Разве всё это — «военные объекты»?

Руководители предприятий города, рискуя попасть под снаряд или мину, изыскивают способы вывоза документации и оргтехники с предприятий, чтобы не обездолить своих эвакуированных работников. Чтобы не были потеряны трудовые книжки работников. Чтобы в спешно найденном прибежище как-то продолжить работу хотя бы бухгалтерии.