Император Пограничья 4 - Евгений И. Астахов

— Более чем достаточно, — подтвердил я, наблюдая, как ловкие пальцы алхимика уже чертят схему будущего устройства.

— Я могу добавить парализующий компонент, — продолжал Зарецкий, явно забыв о моём присутствии. — Небольшая доза нейротоксина из шипов, разбавленная до безопасной концентрации… это не только лишит мага способностей, но и замедлит его движения… — он бормотал себе под нос, рисуя химические формулы.

Я улыбнулся, глядя на этот всплеск творческого энтузиазма. В такие моменты становилось очевидно, почему покойный Горевский считал Зарецкого настолько ценным приобретением.

— Сколько времени потребуется? — спросил я, прерывая поток его мыслей.

Алхимик моргнул, словно только что вынырнул из транса.

— Три дня на разработку формулы, ещё два на первую партию. Понадобится помощь от стеклодувов — мои родители сделают капсулы идеальной формы и толщины.

— Хорошо, — я кивнул, направляясь к выходу. — Ты получишь всё необходимое. Эти гранаты могут спасти жизни наших людей.

Покидая лабораторию, я слышал, как Зарецкий уже отдаёт распоряжения своему ассистенту, и позволил себе улыбку. Талант, направленный в правильное русло, творит чудеса.

* * *

После обеда я вернулся в мастерскую к своему проекту. На столе передо мной лежал Степной Орёл. Последние недели я потратил на изучение его конструкции, разбирая и собирая, запоминая каждую деталь, каждый изгиб металла.

Сегодня я был готов к решающей попытке. Сосредоточившись, я активировал Оружейную трансмутацию, направляя Талант на брусок металла, лежащий на столе. Металл начал плавиться и принимать форму, подчиняясь моей воле. Сначала появился ствол с нарезами для придания пуле вращения, затем рамка, затвор, спусковой механизм… Самой сложной частью оказалась газоотводная система, но после множества неудачных попыток в предыдущие дни, теперь я знал все необходимые пропорции.

Через десяток минут интенсивной концентрации на столе лежала точная копия Степного Орла. Я взял пистолет, проверил затвор, убедился, что все детали двигаются плавно. Вес, баланс — всё было идеальным. Зарядив магазин, я направился на стрельбище, расположенное за острогом.

Прицелившись в импровизированную мишень, я плавно нажал на спусковой крючок. Выстрел прозвучал чётко, отдача была именно такой, какой и должна быть — чертовски мощной. Против человека есть пистолеты гораздо лучше, но против Бздыхов с их чудовищной защитой, регенерацией и отсутствием болевых ощущений — это оружие подходит в самый раз.

Пять выстрелов подряд, все попали в цель.

Удовлетворённый результатом, я вернулся в мастерскую. Теперь мне предстояло освоить ещё более сложное оружие — снайперскую винтовку. Я достал из оружейного шкафа один из шести трофейных образцов, полученных после зачистки Кочергино.

В отличие от пистолета или даже штуцера, винтовка представляла собой настоящий вызов. Высокоточный ствол с особыми нарезами, сложная система гашения отдачи, оптический прицел с множеством линз… Одна только мысль о воссоздании такого сложного устройства вызывала одновременно и головную боль, и спортивный азарт.

Я разобрал винтовку, раскладывая детали в строгом порядке. На изучение затратил около двух часов, делая заметки и зарисовки. Пробная попытка создания не увенчалась успехом — созданный мной ствол имел микроскопические дефекты нарезов, что сделало бы стрельбу крайне неточной. Пришлось растворить металл и начать заново.

К вечеру я убедился, что освоение снайперской винтовки потребует ещё как минимум недели тщательной работы. Собрав инструменты, я решил отложить дальнейшие попытки на завтра.

* * *

Вечерний обход острога был ежедневным ритуалом, к которому я относился со всей серьёзностью. На северо-восточном Бастионе я встретил Бориса, проверявшего дозорных.

— Наши люди усвоили уроки последнего нападения, — сообщил он, когда мы вместе направились вдоль стены. — Особенно молодёжь. Прониклись, так сказать, серьёзностью ситуации.

— Это хорошо, — кивнул я, осматривая укрепления. — Но нам нужно думать о будущем. Ты должен был заметить, что наше вооружение представляет собой разношёрстную коллекцию из трофейного оружия и моих творений.

Борис кивнул, его бородатое лицо стало задумчивым.

— Верно подмечено, воевода. У нас тут настоящая солянка: часть автоматов от Перуновцев, часть от людей Терехова, теперь ещё и от поляков этих… Разные калибры, механизмы, скорострельность. В бою это создаст проблемы с боеприпасами.

Мы остановились у угловой башни, откуда открывался вид на весь острог. В сумерках между домами горели огни, слышались голоса жителей.

— Нам нужна стандартизация, — сказал я, опираясь на перила. — Чёткие комплекты экипировки для разных сценариев. Подумай сам: бой против Бездушных требует одного подхода, против людей — совершенно другого.

— Что именно, предлагаешь? — Борис приподнял бровь, демонстрируя заинтересованность.

— При столкновении с Бездушными нам нужны бригантины для защиты, — начал я обстоятельно. — Они обеспечат мобильность и базовую защиту от когтей и зубов. Первый ряд щитоносцы, хорошо зарекомендовавшие себя в Мещёре. Позади них алебардисты, которые смогут держать тварей на расстоянии. Третья линия — стрелки с автоматами против Трухляков и штуцерами против Стриг.

Борис задумчиво погладил бороду, оценивая предложенную тактику.

— А против людей? — спросил он.

— Здесь нужны бронежилеты вместо бригантин — они лучше защищают от пуль. Оружие ближнего боя — одноручные топоры, оставляющие вторую руку свободной для баллистического щита или пистолета. В качестве основного огнестрельного оружия — автоматы и дробовики для зачистки замкнутых помещений. И обязательно группа снайперов — чтобы снимать командиров противника и ключевых целей с безопасного расстояния.

— Почему именно топоры? — уточнил собеседник.

— Проще освоить, — спокойно ответил я. — Чтобы научить дружину хотя бы сносно фехтовать уйдут годы. Рубить с плеча гораздо проще.

— Это точно, — хмыкнул командир. — Только где взять столько однотипного снаряжения? Особенно автоматов?

— С холодным оружием проблем нет — создам сколько потребуется. Пистолеты я уже освоил, — я показал на кобуру у пояса. — Со снайперскими винтовками работаю. Но автоматы… — я покачал головой. — Это следующий этап. Вероятно, потребуется ещё недели три интенсивной работы на всё про всё. А нужного экземпляра дробовика у меня и вовсе нет. Не ваши же древние переломки копировать.

— Значит, пока используем трофейные, — заключил Борис. — Но действительно стоит остановиться на одном типе для стандартизации. Я бы рекомендовал Вихрь-5 — надёжная машинка, хорошая точность, приемлемая отдача. Хорошо показали себя при обороне.

— Согласен, — кивнул я. — Да… Совсем забыл. Я собираюсь усилить всё оружие магическими рунами. Это даст нашим бойцам серьёзное преимущество, но потребует времени.

Глаза Бориса азартно блеснули, словно мысленно он уже выпускал очередь из модифицированного автомата.

— Кстати, говорил тут с