Ловцы снов - Анна Аникина

Мама и Марийка явно имели в голове четкий план и составили свою, ведомую только им двоим логистику.

Аннушка в новом коктейльном платье, туфельках и с сумочкой выглядела маленькой леди. Беата и Марийка светились от удовольствия, перекладывая в руки своих мужчин пакеты с обновками.

— М-да, ребята, — Роберт разглядывал себя в зеркало в магазине мужской одежды. Рядом пытался пристроиться Анджей, — Это вам не самолёт пилотировать. Взлёт — посадка. Это уже высший пилотаж, — он глянул на часы, — Вот поэтому я всегда нашу костюмные, а не эти ваши умные-спортивные. Чтобы с корабля на бал можно было.

— Блин, — Владик почесал в затылке, глядя на свои дайверские, — Ещё и часы?

— Владик, не психуй, — Михал хлопнул друга по плечу, — BREGUET[24] твоего дедушки был бы кстати. Вечная классика! Но я, так и быть, поделюсь. У меня с подачи Юлькиного мужа есть пара достойных экземпляров.

— Ну, если Янек советовал, то там точно не Стамбульский рынок, — хохотнул Роберт, — Он всегда умел выбрать часы так, чтоб сомнений не возникло, кто тут вопросы задаёт.

Когда они всей компанией наконец добрались до Раттенбурга, сил волноваться у Тухольского просто уже не осталось. А когда ему навстречу выбежала Алиса, вообще всё стало не важно. Лишь бы его сказочная девушка из снов была рядом и улыбалась.

Глава 116

Кира застала дочь у окна, выходящего на дорогу.

— Хочешь, я дам тебе что-нибудь из бабушкиного списка подготовки к приёму? — она показала Алисе исписанный каллиграфическим почерком листочек. — Потому что с такой энергией ты продырявишь взглядом стекло и подожжёшь всю растительность вдоль подъездной аллеи. Завтра будет пахнуть гарью и придётся сажать новые кусты.

— Мам…, — Алиса уткнулась Кире в плечо.

— Они приедут с минуты на минуту. Вот увидишь. И это просто семейный ужин. Он ни к чему никого не обязывает. Просто приятное общение с хорошими людьми.

— Просто? — захлопала глазами Алиса.

— Вот когда твой Михал уже сделает тебе предложение, то будет "не просто". Ты же знаешь бабушку. А пока ей кажется, что она что-то за кого-то решает. Кем-то руководит и влияет на чей-то выбор. Ей сейчас, я так понимаю, важен процесс, — Кира обняла дочь, — Но практика показывает, что ничье мнение не может разрушить что-то настоящее. А не настоящее развалится само, без всяких внешних воздействий.

— Ты веришь в судьбу?

— Я верю в любовь. И твой отец, слава богу, все эти годы не даёт мне эту веру потерять.

Силуэт машины Тухольского, показавшийся на дороге, не дал им продолжить разговор. Алиса бросилась к выходу, наплевав на приличия.

И только увидев всё семейство Михала, выходящее из двух машин одновременно, чуть притормозила. Попыталась взять себя в руки.

Михал стоял возле машины и улыбался только ей одной. Алиса скатилась по ступеням прямо в руки Тухольскому.

— Привет! — подняла глаза.

— Привет! — отозвался Михал.

— Добро пожаловать в Раттенбург, — Алиса всё же не забыла о своих обязанностях хозяйки, — Спасибо больше, что приехали, — оглядела она гостей, — О вашем багаже позаботятся. Прошу в дом!

В холл уже спустилась баронесса, чтобы лично встретить гостей. Со второго этажа бегом спускался Вит. Но увидев прабабушку, сделал серьёзное лицо и перешёл на шаг. Правда, надолго его не хватило. И через минуту он уже утащил своих друзей за руки в их комнаты. Фрау Мария только улыбнулась, глядя на детей.

— Кира, проводи наших гостей, пожалуйста. Нам хочется, чтобы вам понравилось в Раттенбурге. Мой сын покажет вам дом и окрестности.

Алиса тоже крепко ухватила за руку свою "добычу".

— Пойдём. Покажу тебе твою комнату. И дом. Ты же не видел нашу героическую галерею?

— Нет, — Михал покорно шёл следом за Алисой.

— Вот смотри, — она завела Тухольского на галерею.

Высокие стрельчатые окна. Портреты Алисиных предков. Рыцарские доспехи. Оружие на стенах. Михал застыл в изумлении.

— Это прадедушка. Вальтер Зигфрид Фердинанд фон Ратт. Алекс его застал. Они очень дружили. А я не помню. Маленькая была совсем. А это прапрадедушка. Феликс Август Маркус Иоганн фон Ратт. Про него тоже Алекс больше знает. История флота — это к брату. Он с самого детства в это погружен. И даже в Нахимовском училище у него всегда был конфликт с преподавателем истории. Потому что Алекс знал больше учителя.

— Нахимовское? — не понял Тухольский.

— Военно-морское училище в Санкт-Петербурге.

— А это кто? — указал на портрет молодой девушки в бальном платье, неуловимо похожей на Алису.

— Это… Это бабушка Мария. Мария Каталина Вильгельмина фон Ратт.

Михал смотрел на портреты. За спиной у Алисы огромная история и колоссальная поддержка семьи. Высочайший уровень. И в то же время она выросла открытой и искренней, умеющей радоваться мелочам и интересоваться другими людьми.

Со следующего портрета на них смотрел совсем молодой Йохен фон Ратт. Дальше — совсем юный Алекс. Михал сделал ещё несколько шагов. Подумал, что у них примерно так висят семейные фотографии, а у фон Раттов всё фундаментально, на века, чтобы потомкам было, кого вспомнить.

Одна Алиса стояла сейчас рядом с Михалом и смущённо утыкалась носом в его плечо. Другая — настоящая баварская принцесса — смотрела своими синими глазами с портрета. Михал посмотрел сначала на одну, потом на другую. Он любит свою Алису любой. Потому что она везде — настоящая.

Глава 117

Михал остался один в отведенной ему комнате. Огляделся. Если бы он не знал, что снаружи это настоящий замок, то не догадался бы, что дому точно больше сотни лет. Всё современно и комфортно. Фон Ратты явно знали толк в жизни. И активно меняли свой быт. Это было несколько неожиданно для традиционной немецкой семьи.

Тухольский успел привести себя в порядок. Дорогу в столовую ему до этого уже показала Алиса. В коридоре увидел её старшего брата с женой и сыном. Вит держал родителей за руки. Виктории уже скоро рожать. А Алекс смотрит на свою семью с таким счастьем в глазах, что у Михала дыхание перехватило. Зависть? Если да, то самая белая!

Алекс фон Ратт сам ещё очень молод. И его жена тоже. Но у них уже есть такое богатство. Любовь, семья и двое детей.

Когда в столовой по очереди появились все фон Ратты, Михалу стало намного понятнее, почему Алиса выросла такой. Даже старый барон Фридрих фон Ратт, под взглядом которого каменело руководство футбольного клуба,