Российский колокол № 2 (51) 2025 - Литературно-художественный журнал

Раздражённый Ворчун походил туда-сюда по норе, потом встал под дверью кладовки и стал прислушиваться. Оттуда не доносилось ни звука. Это было странно. И потому Ворчун решил проверить, чем же там так тихо занимается шкодливый кот.

Он распахнул дверь и удивился: среди покорёженных полок с разбитыми банками, опрокинутых ящиков с овощами, сломанного шкафчика с оторванной дверцей, из которого тоненькой струйкой сыпалась крупа из разорванного пакета прямо на пол, в кладовке никого не было. Ворчун сначала подумал, что проказник решил поиграть с ним в прятки, и заглянул за бочку с мёдом – никого…

Он посмотрел за огромной корзиной с корешками – никого…

Он засунул нос за мешки с картофелем – никого…

Кота нигде не было. Исчез. Объяснения этому крот не находил. Не приснился же ему кот!

Ворчун очень расстроился из-за произошедшего и, горестно вздыхая, принялся убирать кладовку. Но погром был так велик, и он понял, что даже за два дня не сможет привести её в порядок.

От огорчения у него разболелась голова. Он лёг в постель, предварительно смочив полотенце холодной водой и положив его себе на лоб.

Ворчун, лёжа в постели, чуть не плача, бормотал:

– Что за жизнь? Вот что за жизнь? Нашёл, называется, тихое местечко! А тут всю ночь мыши с котами орут! Какие уши это выдержат?

Вдруг крот Ворчун опять услышал какой-то шум сверху, недовольно поморщился и понял: надо что-то срочно предпринять, чтобы отвадить этих проказников раз и навсегда.

Он почесал лопатообразной лапой затылок и наконец-то придумал, что нужно делать.

Глава девятнадцатая

Смешинка знакомится с кротом Ворчуном

Крот Ворчун высунул подслеповатую мордочку из норы и увидел неясный силуэт. Это была Смешинка. Он подкрался к ней сзади, вытянул вперёд подвижный нос-хоботок, обнюхал её и чихнул.

Смешинка почувствовала какие-то движения за спиной, обернулась и увидела прямо перед собой диковинного чудака с удлинённым телом, покрытым блестящим тёмным мехом, и маленькой головой с прищуренными глазками. Она догадалась, что перед ней стоит крот. Видела такого зверька в книжке с картинками.

Мышка хотела было хихикнуть, но сдержалась. Она уже знала, что окружающие могут по-разному выглядеть и нельзя над этим смеяться. А крот продолжал её обнюхивать.

– Ты мышка? – недоверчиво спросил он.

– Да, – пискнула Смешинка.

– Фыр-фыр! Как-то ты странно для мышки пахнешь!

– Ничего не странно. Мышкой я пахну.

– Скажи мне, а это ты тут с котами так орала?

– Мы не орали, а просто случайно встретились и поиграли.

– А не могли бы вы случайно встретиться в другом месте и там поиграть? – раздражённо проворчал крот.

– Так уже всё. Они ушли.

– Фыр-фыр! Это хорошо.

Крот Ворчун решил провести воспитательную беседу с глупой мышкой. Он любил всех поучать.

– Где это видано, – начал крот, – чтобы приличная мышка по ночам с котами гуляла? Куда смотрят твои родители?

– А они не смотрят, они пропали.

– Ну и наглые мыши! Вместо того чтобы дочь воспитывать, они взяли и пропали! Чего ещё от вечно пищащих грызунов ожидать?

– А почему вы, уважаемый крот, мышей так обзываете?

– И вовсе я не уважаемый, а Ворчуном меня все кличут.

Крот замолчал, задумчиво почесал лоб лапой и догадался:

– Значит, ты сиротка?

– Нет, не сиротка, у меня бабушка есть.

– А где она?

– Пропала!

– Так у тебя и бабушка пропала?

– Да.

– Ну и семейка! – удивился крот. – Все пропадают! Скажи, а дедушка у тебя есть?

– Есть.

– И тоже пропал?

– Нет, дедушка не пропал, а пошёл искать моих родителей и бабушку.

– А ты, значит, одна, без присмотра с котами гуляешь?

– Ага.

– Вот оно – мышиное воспитание! – нравоучительно произнёс крот Ворчун. – Родители пропадают – дети не пойми с кем гуляют!

– Почему это не пойми с кем? Они мои друзья!

– Фыр-фыр! Совсем стыд потеряла! Как мышка может дружить с котами? Удивительно!

– Ничего тут удивительного. Просто они хорошие коты.

– А ты, значит, хорошая мышка?

– Да.

– Ну так вот что я тебе скажу, хорошая мышка: пойдём ко мне в нору, приберёшься в ней.

– Ночью? – изумилась Смешинка.

– А что такого? Гулять, значит, с котами по ночам можно, а мне помочь в норе убраться нельзя? Твой друг кот, между прочим, всю кладовку у меня разгромил!

– Он нечаянно. Больше не будет.

– Не будет? – возмутился крот. – Так и продуктов больше не будет! Всё раздавил твой друг! Так что идём. Будешь помогать мне делать уборку.

– Я не могу, – пискнула Смешинка, – друга жду.

– Ещё одного? – испугался Ворчун. – Кота?

– Нет, – живо ответила Смешинка, и тут она вспомнила про волшебный парик Шустрика и неуверенно произнесла: – Ну да, кота.

– А не могла бы ты его в другом месте подождать? Где-нибудь там, за поляной? – забеспокоился крот.

– Так он сюда придёт.

Ворчун ненадолго задумался: «Придёт кот, опять с мышкой орать будут! И тогда прощай тихая, спокойная жизнь! Как же их отвадить шастать по этой поляне?»

Ворчун решительно схватил Смешинку за лапку. Мышка попыталась было вырваться, но крот держал её крепко.

– Шустрик! – тоненьким голоском заверещала Смешинка. – Ты где? Помоги!

– Ты чего так пищишь? У меня от твоего писка уши болят!

– Отпусти.

– Идём, – буркнул крот Ворчун и потащил сопротивляющуюся мышку к норе.

Глава двадцатая

Шустрик спасает Смешинку ценой волшебного парика

Из тёмных зарослей показалась взъерошенная голова Шустрика.

– Эй, как там тебя?! – закричал он. – Ты куда Смешинку тянешь?!

– Не «эй, как там тебя», невоспитанный кот, а крот Ворчун.

– А ну, отпусти Смешинку.

– Ещё чего?! – возмутился крот. – Ступай отсюда. Это моя поляна.

Ворчун посильнее потянул за лапку Смешинку. Та споткнулась о кочку, упала, ушибла коленку и вскрикнула. Крот внимательно посмотрел на беззащитную, очаровательную мышку-сиротку, и его сердце дрогнуло.

Он давно мечтал иметь крепкую и дружную семью. Но в личной жизни ему катастрофически не везло: все знакомые кротихи были шумными и бойкими и не хотели слушать его занудные нравоучения. А он так хотел иметь тихую работящую жену, которая бы молча заботилась о нём. Но, к сожалению, такая кротиха ему не встретилась. Тогда он решил, что оставшуюся жизнь проведёт в одиночестве.

Но встреча с маленькой мышкой-сироткой сделала его сентиментальным. Он решил стать её названым отцом. Ворчун представил, как дружно живёт со своей названой дочкой, как она молча помогает ему по дому, не шумит и очень послушна.

Крот наконец дотащил упирающуюся Смешинку до своей норы и с чувством произнёс:

– Прячься в мою нору. Я тебя, сиротка, спасу. Потом мне спасибо скажешь.

– Не надо меня спасать. Это же Шустрик.

– Да, я вижу, что это очень шустрый кот.

– Эй, крот Ворчун, – крикнул подбегающий к ним Шустрик. – В последний раз говорю: отпусти Смешинку. А то я тебе сейчас физиономию начищу, мало не покажется.

– Ах ты, наглый кот, – возмутился Ворчун. – Я тебе сейчас покажу, как шастать по ночам и приличным кротам спать не давать!

И разъярённый крот набросился на Шустрика и схватил его за уши. Шустрик в ответ вцепился в голову Ворчуна. Крот был крупным и сильным. А Шустрик – юрким и изворотливым. Они упали на траву, покатились кубарем и продолжили с силой мутузить друг друга.

Вдруг крот почувствовал, что голова кота покачнулась и оказалась в его лапах. Сначала Ворчун перепугался, подумал, что оторвал коту голову. Но потом, приглядевшись, увидел, что держит в своих лапах кошачий парик. А котёнок вдруг превратился в мышонка.

Возмущению крота не было предела:

– Нет, вы видели! Ну и наглые мыши! В кошачьих париках по ночам расхаживают! Безобразие! Я вашему королю жаловаться буду!

– Так он тоже пропал, – пропищала Смешинка.

– И король пропал? – разозлился крот. – Что же у вас за страна такая – все пропадают? Никакого порядка! Безобразие! Вот у нас, кротов, под землёй всё тихо и спокойно!

– Ворчун, – сказал Шустрик, – отдай парик.

– Сейчас, разбежался! – вышел из терпения крот. – Что я, личинок переел? Хорошая вещь, пригодится мне в хозяйстве.

– Ворчун, верни мне, пожалуйста, мой парик.

– И совсем он не твой, а кошачий. Идите отсюда. Совсем от вас покоя нет. А парик мне и самому пригодится. Буду в нём кошек пугать или таких вот наглых мышей, как вы.

Кроту Ворчуну уже всё