Время Рыцарей - Светлана Алимова

ничего не менять: его Рыцари были сработавшейся командой и хорошо ладили друг с другом. Любой новичок столкнулся бы с теми же проблемами, что и сам Джек: его бы не приняли, отторгая за то, что занял «чужое» место. Гийом же был достаточно полезен и умен, чтобы оставаться у него на службе.

Тренировка прошла гладко. Во время перерыва Джек спросил своих Рыцарей:

— Ребята, а вы слышали, как меня в городе называют? Трусливый Принц. Откуда это взялось, я же ничего еще не сделал?

Гийом усмехнулся и посмотрел почему-то на Нила.

— Это возмутительно, но люди считают тебя трусом из-за того, что ты якобы не посмел войти в город. Они говорят, что Трусливый Принц боится Великого Ворона и заранее смирился с поражением. Ужасно, правда, Принц Джек? Они не должны так неуважительно высказываться о тебе.

— Пфф, можно подумать они сами его не боятся, — фыркнул Джек, — а какое было прозвище у предыдущего Принца?

— Белая Мразь, — коротко ответил Нил.

— Ого! За что это они его так прозвали?

— Он уничтожал Воронов и тех, кто вставал у него на пути. Не щадил никого.

— Но зачем убивать проклятых людей? — растерялся Джек.

— Принц Ричард считал их демонами. Но он ошибался.

— Так мне еще повезло с прозвищем? Буду знать.

Нил хмыкнул и взглянул на Гийома. Тот вскинулся и сердито заметил:

— Ничего и не повезло! Принца Ричарда так звали только Вороны, горожане любили его и уважали. Он был героем.

Джек изумленно взглянул на него.

— Ты уважал безумного убийцу? Серьезно? За что?

Гийом сбился.

— Я думал, что он прав. Пока Нил не объяснил, что Вороны — это люди, никто и не думал сомневаться в том, что они — демоны. Принцу Ричарду все верили. Он же был героем и защитником города.

— А ты, Руди, уважал прошлого Принца?

— Я приехал в город после его смерти. Это тебе Нила надо расспросить: его дядя был Рыцарем и служил Принцу Ричарду.

Джек перевел взгляд на Нила. Тот окаменел.

— Я таким не стану. И если ты начнешь творить зло — остановлю тебя, — резко сказал он.

— Брось, твой дядя же был славным воином, — возразил Руди, — погиб, утащив за собой несколько врагов. Его есть за что уважать.

— Не повторяй речей пастора Брауна. Мы не знаем, как он погиб. Знаем только, что его убил… — Нил запнулся, — кто-то из Воронов-бойцов.

— А не Великий Ворон? — переспросил Гийом.

— Нет. Он убил только Принца Ричарда, а потом впал в ступор. Это было его первое убийство, и бойцы добили Рыцарей сами.

Гийом недоверчиво посмотрел на него:

— Откуда ты это узнал?

— Мне рассказал один Ворон.

— Ну, они тебе наплетут всякого! — фыркнул Руди. — Их словам верить нельзя, эти…

— Но какой Ворон тебе помог? — перебил его Гийом. — Они теперь шарахаются от нас, боясь вызвать гнев хозяина. Кто решился с нами сотрудничать, и почему я об этом впервые слышу?

— Мне тоже интересно, — сказал Джек, — что у нас за информатор? Расскажи поподробнее.

Нил досадливо вздохнул.

— Это не информатор, и вряд ли он что-то еще расскажет. Это мой друг. Он был там в день убийства Принца Ричарда.

— Друг-Ворон? Нил, ты спятил? — возмутился Гийом. — С чего это вы подружились именно сейчас? Он явно втерся к тебе в доверие!

— Парень дело говорит, — согласился Руди, нахмурившись, — тебя обманут и подставят, как меня обдурила та девка!

— Хватит, — жестко отрезал Нил и они притихли. — Дирк мой друг уже много лет. Я не сомневаюсь в нем: он предупреждал меня о смертельных угрозах и помог добиться поддержки от наместника. Сколько раз вам говорить, что Вороны — такие же люди, как мы, только попавшие в рабство? Заканчивайте считать их врагами! Я не собираюсь отворачиваться от Дирка из-за его проклятья!

Повисла тишина. Руди покачал головой. Гийом настороженно смотрел на Нила. Джек же думал совершенно о другом:

— Получается, у нас есть свидетель убийства. Он может описать нам, где и как это произошло?

— Может, но не хочет.

— И ты не можешь допросить его? — хмуро предложил Гийом.

— Попробуй допросить меня. Результат будет тот же.

— Значит, нам нужно расследовать гибель Принца Ричарда, Рутгера Янга и остальных Рыцарей. Это выведет нас на Великого Ворона. Иначе мы его не поймаем, — настойчиво сказал Гийом.

— Я тоже так считаю, — поддержал его Джек, — Нил, вы должны это сделать. Это хорошая идея, почему ты против?

Тот прикрыл глаза.

— Теперь я «за». Я хочу узнать, кто убил моего дядю.

— Хорошо. Я буду участвовать в этом лично, — сообщил Гийом, — если у наших стражников возникнут вопросы, я скажу, что это связано с обработкой и систематизацией старых дел. Для вида покопаюсь в архиве. Может и найду что полезное.

— Джек, тебе тоже нужно что-то делать, — заметил Нил, — Вороны стали замечать, что третий Рыцарь бездельничает, и это странно. Будешь вести расследование вместе с нами.

Джек страдальчески вздохнул. Теперь у него будет еще меньше времени.

— Ладно, но у меня много дел помимо этого: учеба, работа, Лью… философия! Я не всегда смогу вам помогать.

— Ничего, будет достаточно, что ты хоть иногда будешь опрашивать людей с нами, — ответил Нил. — Гийом, ты составил план расследования?

— А то! Начнем мы вот с чего…

Джек тихонько выдохнул. Его оговорку никто не заметил. Говорить Нилу о Льюисе было нельзя: тогда бы Нил понял, что у Джека больше свободного времени, чем он говорит, и потребовал бы тратить его на тренировки. А то и велел бы прогнать друга, как Сюзанну. Джек понимал, что это эгоизм, но отказаться от занятий с Льюисом не мог: только они его радовали в последнее время. Он спятит, если в его жизни не останется ничего хорошего.

Кажется, он и в самом деле был трусом.

Джек хмыкнул.

— Я тут подумал: я предпочту быть Трусливым Принцем, нежели Белой Мразью. Приятнее звучит.

— Тебе необязательно из этого выбирать, — возразил Нил, — ты — смелый и благородный человек. Тебе просто нужно стать посильнее. И я помогу тебе этого добиться. Отдых окончен. Вернемся к тренировке.

Джек тяжело вздохнул и поплелся набивать очередные синяки.

* * *

Закончилось лето, минула осень, и началась невероятно теплая городская зима. В торговле все шло отлично: Джек открыл вторую лавку, договорился с родными о поставках новых товаров и нанял подходящего управляющего. Здесь он был на своем месте, знал, что к чему, и легко решал любые проблемы. Дед послал ему крупный денежный подарок и письмо с одобрением: решил, что философия была лишь прикрытием для построения собственной торговой империи