Аргумент весомей пули - Павел Николаевич Корнев

— Куда прёшь⁈ — прорычал громила, выплюнул окурок и растёр его подошвой. — Проходи, здесь не подают!

— Пасть захлопни, — потребовал я. — Мне к Шалому.

— Не знаю такого! — отрезал привратник.

За спиной у него распахнулась боковая дверь, из неё в арку вышел брат Смурной. Одет хмурый крепыш оказался под стать усатому привратнику, только рубаха была застёгнута на все пуговицы под горло.

— По делу? — спросил монах.

Я врать не стал и качнул головой.

— Нет, но не свистеть же под окнами! Не босяк, чай.

Брат Смурной поглядел на меня с сомнением, но всё же разрешил:

— Проходи.

— Благодарствую! — усмехнулся я и двинулся через арку, попутно оттерев плечом и не подумавшего посторониться усача.

Внутренний двор оказался весьма просторным, посреди него росло раскидистое дерево, под густой кроной которого разместили стол. Прямо сейчас за ним Беляна, Ласка и Лиска пили вино и лакомились фруктами.

Черноволосая пигалица при моём появлении радостно взвизгнула, вскочила с лавки и вмиг оказалась рядом, ещё и кинулась с разбега в объятия. Пришлось даже закружить её, чтобы устоять на ногах. Распоротый бок резануло острой болью, но я девчонку не упустил и когда она подпрыгнула и вцепилась в шею, подхватил на руки.

— Лучезар, неси меня на ложе страсти! — потребовала Беляна и шепнула: — Второй этаж. — А после улыбнулась волчицам. — Продолжайте без меня!

Ласка и Лиска насупились. Ласка сунула в рот очищенный банан и мало того, что кончик оттопырил изнутри щёку, так девчонка ещё и подвигала рукой.

— Приятно провести время, Лучезар! — пожелала мне Лиска.

Беляна поперхнулась и прошипела:

— Неси уже!

Весила девчонка сущие пустяки — когда б не распоротый бок, я с ней на руках по лестнице мог бы даже взбежать, а так начал подниматься по ступеням безо всякой спешки.

— Хотел бы я сказать, что Дарьян скучает и умоляет его простить, — попутно заявил волчицам, — но это было бы неправдой. Он себе более опытную даму нашёл.

— Мы тоже кое-кого поопытней нашли! — фыркнула Ласка.

— А дружок твой кобель несчастный! — крикнула Лиска и наполнила опустевший бокал.

Беляна ещё сильнее прижалась и буквально выдохнула в ухо:

— Они Шалого охмурили.

Мне бы поразиться услышанному, да только было не до того: бок резало всё сильнее.

Но не ударил в грязь лицом, донёс Беляну до самой двери. Сообразил просто, что спектакль этот разыгран вовсе не для волчиц, а для прочих обитателей особняка, наблюдавших за нами из окон внутренних комнат.

— Пристают? — спросил я, перенеся девчонку через порог.

— Слюни пускают, — отозвалась Беляна, высвободилась и потребовала объяснений: — С боком у тебя что?

— Поцарапали, — отмахнулся я, но вновь обнять девчонку не вышло.

— Показывай! — потребовала она.

Комнатушка оказалась небольшой, единственное окно выходило во двор, в него заглядывали ветви с крупными зелёными листьями. Кровать, стол, стул, сундук — вот и вся мебель.

— Одна живёшь? — огляделся я, расстёгивая оружейный ремень.

— А не видно разве? — буркнула Беляна. — Ты надолго в городе?

— До утра, скорее всего.

— Жаль, — вздохнула девчонка. — Да штаны можешь пока не снимать!

— А как же тот трюк с бананом? — улыбнулся я. — Видела, как Ласка…

— Дурак! — обозвала меня Беляна и потребовала: — Угомонись!

Пришлось замереть с приподнятой рукой. Черноволосая пигалица провела ладонью по едва поджившему рубцу раз и другой, жжение и резь тотчас унялись, на коже осталась лишь длинная полоска коросты.

— Лихо! — присвистнул я.

— Ты мне здоровым и полным сил нужен! — рассмеялась Беляна, избавляясь от платья.

Уже сильно позже я задумчиво уставился в потолок и произнёс:

— Знаешь, а то, что ты ведьма, многое объясняет!

Беляна перевалилась на бок и закинула на меня ногу.

— А именно?

— Мне всегда рыженькие нравились, а связался с чёрненькой. И о чём это говорит? Правильно! Обворожила!

Девчонка фыркнула.

— Лучезар, не смеши меня! Когда мы встретились, тебя бы даже полное отсутствие волос не смутило, лишь бы титьки были и кошёлка между ног! Скажи, я не права? — Она не дождалась ответа, если не считать за таковой мой тяжёлый вздох, уселась на кровати и с хитрым прищуром спросила: — А хочешь я в рыжую покрашусь? Вся полностью?

Я на миг задумался над этим предложением, но в итоге покачал головой.

— Нет. Не хочу.

Девчонка с довольным видом рассмеялась и уточнила:

— На ночь сможешь остаться?

— А не погонит отец Шалый?

— Да уж замолвлю словечко, — улыбнулась Беляна.

— Тогда останусь. Ты как с ним вообще работать начала?

— Он до конца года мой контракт выкупил. Заплатил как за аспиранта, а мне как аколиту начисляют. Разницу кто-то из чинуш себе в карман кладёт

Я хмыкнул.

— Несправедливо.

— Ерунда! Шалый не штаны просиживает, а на результат работает. С каждого выявленного чернокнижника премия капает, поэтому куда больше прежнего выходит.

— Не опасно?

— К захватам нас с волчицами не привлекают, — покачала головой Беляна и тут же спохватилась: — Ты лучше расскажи, что в усадьбе стряслось? Слухи ходят, Гай сектантом оказался и ревизора погубил?

Я кивнул.

— И не просто сектантом. У него во лбу третий глаз был, прям как у мухи, только здоровенный. С кулак величиной!

— Да неужто? — поразилась девчонка. — И как я его только проглядела!

— Закрытым держал, вот и проглядела.

— Ну, теперь понятно, почему он ревизора против меня настраивал! — решила Беляна.

И вновь я кивнул. Делиться своими подозрениями касательно причин той бойни не стал, вместо этого взялся расспрашивать девчонку о делишках Шалого. Как оказалось, священник не только выслеживал демонопоклонников, но и охотился на проникавшие в город порождения их кровавой волшбы, а заодно и прочую потустороннюю пакость. За последнее время он снискал на этом поприще немалую известность — соответственно, и зарабатывал прилично.

— А кого Дарьян себе нашёл? — спросила вдруг Беляна. — Что за опытная дама?

— Колдунья с аспектом, нацеленным на работу с плотью. Говорят, ей за сорок, а больше двадцати не дашь.

Черноволосая пигалица поглядела