Целитель - Gezenshaft

Стол ломился от еды, повсюду веселились, нас всячески восхваляли. Довольно специфично поздравили нас ребята из сборной Рэйвенкло. Подошли с вежливыми улыбками, пожали руки, и сказали, мол: «Отличная команда получилась. Мы рады, что ещё одна команда сможет использовать тактики сложнее, чем «бей их всех, и да подберёт снитч наш ловец!»».

После этой пирушки, ребята начали расходиться по своим делам, однокурсники отправились по кружкам, а я с Джастином — немного поделать домашку и попрактиковать чары и заклинания в нашем заброшенном классе.

С наступлением вечера, сразу после ужина, погода успокоилась, но на это было по большой части плевать — я шёл на дополнительные занятия по зельям, которые должны превратиться в чистку котлов.

Постучавшись в дверь кабинета Снейпа, я получил разрешение войти.

Профессор, как и всегда, с недовольным видом разгребал завалы пергаментов с домашними заданиями. Дафна уже была здесь, но судя по тому, что ещё не закончила раскладывать свои принадлежности на столе, пришла она немногим раньше меня.

— Гринграсс.

— Грейнджер.

— Вам не надоело?

— Что именно? — спросили мы одновременно, посмотрев на профессора.

Снейп посмотрел на нас внимательно.

— Я передумал, продолжайте. Сегодня готовите только два зелья, рецепты на доске. Как приготовите, проверю. Как проверю — отправлю драить котлы.

Ингредиенты мы подготовили быстро, зелье сварилось качественным, но, как и было обещано, пришлось драить котлы. Без магии — щётками, обычными химическими средствами.

— Слушай, Гринграсс…

— Да?

Если для варки зелий мы сидели за первым, самым близким к профессору столом, то вот котлы чистили в дальней части класса.

— Как думаешь, зачем профессор начал рассказывать об оборотнях?

— Из прихоти? — по глазам Дафны было видно, что она сама задаётся этим вопросом.

— Пусть я тут и недавно, но за эти два месяца многое слышал, видел, сам понял. Профессор слишком уважительно относится к графику учебного процесса. Из прихоти менять не стал бы. Да и, к слову, на других курсах он шёл ровно по программе, подменяя Люпина.

— Так ты можешь спросить у него прямо сейчас, Грейнджер. К чему это всё? — ухмыльнулась Дафна, продолжая усердно тереть свой котёл.

— Не, так не интересно. Смотри. Люпин подставил Снейпа, — начал размышлять я, — выставив того в неприглядном свете с помощью Невилла.

— Было такое.

— А при первой же возможности Снейп проводит такую вот диверсию. Причём только у нас. Причём без всякого видимого смысла. Ну, кроме того, что Люпин, якобы, некомпетентен и прочее.

— Вот и причина, — пожала плечами Дафна, но глянула на меня с почти незаметным ожиданием.

У девочки выбилась прядь волос из-за уха — слишком ровные и объёмные, не хотят ни за что цепляться. Она хотела было её поправить, но руки были в перчатках, а перчатки — в дряни из котла.

— Нет-нет, Гринграсс, слишком мелочно. Профессор достаточно умён, чтобы оскорблять и унижать неугодного буквально на ровном месте…

— Я рад, — рядом оказался Снейп, говоря ровным голосом, — что вы так высоко цените мои умственные способности. Что за тема для беседы оказалась важнее недомытых котлов?

— О неслучайных случайностях, профессор.

— Любопытно, — Снейп придвинул стул, садясь неподалёку. — Пожалуй, я послушаю.

— Гринграсс, как у тебя с латынью?

— Неплохо, — ответила Дафна, не отвлекаясь от чистки котла.

— Во-от. В общем, я тут подумал… Слишком много занятных совпадений. Профессор Люпин не посещал большой зал три дня в месяц — в фазу полнолуния. Он не вёл занятия в это время — это только у нас профессор Снейп заменял его один раз — у некоторых курсов два. Люпин — сама по себе странная фамилия.

— М-да? Ой, а ведь и вправду, — Дафна аж перестала чистить котёл.

— Волк обыкновенный?

— Канис Люпус. Люпус — волк. Ну ещё и болезнь Либмана-Сакса.

— Именно, — кивнул я. — Плюсом то, что профессор Снейп наверняка немало знает об оборотнях.

— С чего вы взяли, мистер Грейнджер? — Снейп чуть-чуть склонил голову набок.

— В одном из старых выпусков Вестника Зельевара говорится о том, что за улучшение Ликантропного Зелья вы получили степень мастера-зельевара. Плюс возраст, хотя, в мире магии можно выглядеть на любой возраст. Но, если отбросить в сторону волшебные возможности, вы плюс-минус одного возраста с профессором Люпином. Если это так, и если Люпин оборотень, то вы могли узнать это ещё учась в Хогвартсе. Отсюда вполне могла возникнуть мотивация улучшить зелье. Скорее всего, вы думали изобрести полноценное лекарство. Но это уже домыслы, в которых слишком много «если», и прочих допущений.

— Звучит логично. Но этого недостаточно.

— Хм… За пару дней до полнолуния, от вас шёл еле заметный запах… Что-то терпкое, редька… Нет, хрен. Так пахнет аконит, он же клобук монаха. Это я понял только сейчас, к моему позору.

— Вы наблюдательны.

— А обычно вы не позволяете себе быть неаккуратным касательно запахов. Это первый запах ингредиента. Намёк?

— Какая глупость, мистер Грейнджер. Ваши умозаключения довольно последовательны, но поверхностны, — не говоря больше ни слова, профессор встал со стула и взмахнув полами мантии, отправился к своему столу.

— Значит, Люпин — оборотень? — нахмурилась Дафна, но опять же глаза выдавали если не осведомлённость, то догадки.

— Получается так.

Покончив с котлами, мы взяли свои вещи и покинули кабинет.

— И что теперь?

— Да ничего, — пожал я плечами. — Он, вроде как, безопасен. Раз Люпин здесь, значит какие-то меры предпринимаются. Да хотя бы то, что профессор Снейп варит Ликантропное Зелье.

— Но по ночам гулять не стоит.

— А планировала?

— Нет. До скорого, Грейнджер.

— До скорого.

Люпин — оборотень! Хотя, это ровным счётом ничего не меняет. Только если он будет принимать зелье, конечно. Но это не самая большая проблема. Очередное появление дементоров безудержно подталкивает мои мысли к радикальному решению этой проблемы — нужно обдумать. Слишком уж эти твари мешают жить.

Глава 12

Примечание к части

Маразм крепчал, да...

Вы, наверное, думаете: "А чего проды стали чаще привычного?". Овтет прост - подработок нет, ничего нет, повесившуюся в холодильнике мышь употребили по назначению... В общем, возвращаюсь к весенне-летней практике попрашайничества, в обмен