Проданная. На стороне солнца - Таня Свон

— Почему спрашиваешь?

— Потому что сейчас ничего не получится. Я не смогу тебя убить.

— У тебя не так много времени, чтобы передумать. Порошка хватит на день. Не больше.

— Тогда к вечеру я что-нибудь придумаю.

Он даже за руку поймать ее не успел. Тиа поднялась, быстро оделась и ускользнула в сторону дома. Еще какое-то время он лежал на траве, борясь с желанием закричать в голос от боли. Потом Рафаэль встал, натянул штаны и разорванную рубашку и поплелся следом.

Он жалел, что все не кончилось на этой поляне.

Здесь он бы умер счастливым.

Глава 24. Мертвое сердце

«Преданность дракорожденных своей прародительнице – пример поразительной любви, но и поразительной глупости».

Боги, вампиры и люди. Том 1

Уже когда солнце встало, я несколько раз заглядывала в спальню Рафаэля. Известно, зачем, но кончалось все не так, как я планировала. Я либо останавливалась у кровати, смотрела, как он спит, и уходила. Либо ложилась рядом, согнувшись клубочком, и слушала, как Рафаэль сопит.

Это нечестно. Почему я видела смыслом своей жизни убийство Рафаэля, когда у нас был выбор и море времени, а теперь, когда исход был один, даже ранить его больше не желала? Мне было тошно думать о том, что сегодня сердце Рафаэля должно быть вырвано из его груди.

Я снова вышла из спальни и обессилено закрыла за спиной дверь.

Не смогу. Ни сейчас, ни к вечеру. Мягкотелая слабачка. Такими темпами я дотяну до того, что Вой Ночи возьмет над Рафаэлем верх. Это сулит смерть и мне, и Ясне. Нет, запускать так далеко нельзя.

Выход я видела один. Если сама не могу убить Рафаэля, это должен сделать кто-то другой.

На кухне я вынула лист бумаги и грифель, которые прятала в тумбе. Села за стол и задумалась. Кого позвать на помощь? Того, кто сможет вырвать сердце, но при этом не повяжет после этого меня. Кого?

Хороших вариантов не было. Наиболее подходящим кандидатом казался Рорджи. Он достаточно силен и при этом не обозлен на меня. Может, Рорджи закроет глаза на мой побег?

Мне показалось, что дверь в спальню открылась. Я напряглась, прислушалась, но шагов не последовало. Так и не дождавшись, что Рафаэль выйдет на кухню, я продолжила размышлять.

Что ж. Допустим, я позову Рорджи. Он еще как-то должен найти нас в лесу и пересечь теневую стену. Как он сможет это сделать? Слишком много вопросов, слишком мало времени.

Я постукивала грифелем, таращась на пустой лист, когда вдруг услышала какой-то шум. И на этот раз мне точно не показалось. Что-то похожее на сдавленный крик, от которого кровь в жилах заледенела, был достаточно громким, чтобы я мигом подлетела со стула и кинулась в спальню.

Если Рафаэль теряет контроль, дело плохо. Неужели он не успел принять лекарство? Или недуг завладел им во сне? Что будет, если вместо Рафаэля сейчас мне придется говорить с Воем Ночи?

Сердце колотилось где-то в горле. Нервы тлели под напряжением эмоций. Я готовилась ворваться в спальню и схватиться либо за меч, либо за порошок. Будет зависеть от того, в каком Рафаэль состоянии.

Но я никак не ожидала, что сражаться уже будет не с кем.

— Ясна? – вырвалось у меня.

Я застыла на пороге спальни и не могла пошевелиться. Босые ступни будто приросли к полу комнаты, что уже пропахла кровью. Я не верила глазам, так много здесь было алого. На простынях, на полу и стенах… На руках нашей дочери, которая сидела на животе Рафаэля, низко склонившись над ним.

Она обернулась на мой голос. Медленно, будто какой-то зверь.

Я забыла, как дышать, когда увидела, что весь подбородок Ясны в крови. А когда она улыбнулась, я заметила, что красными были и ее зубы.

— Что ты делаешь? – мой голос звучал будто издалека.

Все это походило на оживший кошмар.

— То, что ты сделать так и не смогла,Тиа, — проговорила богиня голосом моей дочери.

Одной рукой она отбросила от себя ритуальный меч. Конечно, она без труда вынула его из ножен, ведь в ней текла кровь Рафаэля. Вторую руку она запустила в раскрытую грудную клетку Рафаэля и подняла из нее уже вырванное сердце. А потом Ясна разом затолкала его себе в рот и проглотила.

— Зачем? – только и успела выдохнуть я, а затем накрыла губы дрожащими пальцами.

Глаза Ясны – голубой и серый – стремительно затягивало тьмой. Она выглядела довольной и полной сил, когда поднялась на ноги и спрыгнула на пол.

— Я победила! – вскинула голову она. – Победила!

Я не знала, что делать. Прямо передо мной хохотала безумная богиня в теле моей дочери. Позади нее без единого признака жизни лежал Рафаэль. Я поймала себя на мысли, что верю, будто его еще можно спасти, хотя было очевидно, что это не так.

Его ребра были сломаны и торчали в разные стороны. Легкие, пищевод и даже желудок превратились в месиво из крови и изорванных тканей. Он не дышал. Не шевелился.

«Но вампиры ведь обладают невероятной регенерацией!» — пронеслось в голосе. Я знала, что пока голова на месте, можно восстановить любой орган, зарастить любые раны.

Но что-то нашептывало – не в этот раз.

Рафаэль умер.

Об этом говорило не только мое рвущееся от боли сердце, но и развеивающаяся магия. Дом таял на глазах. Мебель и стены растворялись бесследно, будто и не существовали никогда. То же самое происходило с туманом, закрывавшим солнце.

— Беги, мамочка. Прячься, пока солнце тебя не испепелило! – не взволнованно, но весело прокричала Ясна.

Я схватила с рассеивающегося комода плащ Рафаэля. Как и большая часть одежды, он был настоящим. Я накинула его на себя, чтобы хоть как-то скрыться от солнца, которое вот-вот покажется из-за тумана, и бросилась к Рафаэлю.

— Не умирай, Тиа, — глядя на меня бездонными черными глазами, приказала Ясна. Ее окровавленные губы растянулись в улыбке. – Пока не умирай. Я хочу, чтобы ты увидела мой триумф. Все, кто был причастен к моему заточению, умрут.

— Причастные к тому ритуалу давно мертвы! – выкрикнула я, накрывая изуродованное тело Рафаэля плащом, под которым пряталась сама. – Кому ты собираешься мстить?!

— Магам. И драконорожденным, которые предали меня, — процедила Ясна, а потом на месте, где она стояла,