Проданная. На стороне солнца - Таня Свон

— Что с ней? – встревожено шептались собравшиеся в зале люди и вампиры.

Кто-то подошел к Виде, коснулся ее плеча в бесполезной попытке привести в чувства. Та отмахнулась и вдруг упала на пол, забилась в приступе дикого хохота. Из ее глаз лились слезы, Вида хваталась за живот, который наверняка свело.

«Жаль», что пока она не может поделиться впечатлениями.

— Кто-то еще хочет обвинить меня в том, чего не делала? – я прошла мимо Виды и встала перед столпившимися вокруг Рафаэля.

Я старалась не смотреть на него, чтобы не потерять уверенность, без которой меня затопчут незнакомые маги, и не утратить концентрацию на заклинании. Не хотелось бы, чтобы Вида пришла в себя и снова попыталась вонзить в меня когти.

— Нападение на нашу соратницу не доказывает твою невиновность! – поджала алые губы незнакомая вампирша. Судя по медовым волосам, она первородная. Только зубы и глаза выдавали ее природу.

Значит, Рафаэль и правда собрал под своим крылом и людей, и вампиров всех титулов. Причем добился такого положения, что над его трупом горюют, а не празднуют даже те, кто выше его по происхождению.

Невероятно…

— Тогда допросите меня. Наложите чары, мешающие лгать, если знакомы с такими. Могу предложить свое заклинание – клеймо души, но только если вы будете готовы для надежности испытать его на себе. Вы должны понимать на собственном примере, что носитель клейма может говорить только правду.

— Не нужно, — вперед вышел низкорослый мужчина. Волосы вокруг его головы походили на грозовую пышную тучу – они клубами вились на висках и затылке, оставляя макушку блестеть от огней свечей. – Я сам тебя допрошу.

— И кто же вы?

— Это тебе знать необязательно. Просто помни, что соврать не выйдет. Моя магия помогает улавливатьзапахчувств иэмоций.

— И откуда мне знать, что вы не солжете, чтобы подставить меня? – я сложила руки на груди.

Кожу покалывало от чужих взглядов. Все смотрели на меня. Даже Вида, которая до сих пор каталась по полу от смеха. Я услышала, как незнакомые дамы шепчутся о ней. Все ли будет в порядке с бедняжкой? Будет. Но немного позже.

— Придется довериться, — развел руками чародей. – Мне нет смысла врать. Если ты союзник, то пригодишься нам.

— Пригожусь, — уверено кивнула я. – Во-первых, потому что у меня есть идея, как вернуть Рафаэ… В смысле, господина Карстро.

Мужчина втянул носом воздух и моментально выдал:

— Правда. Ты действительно хочешь ему помочь. Почему?

Почему?

Почему я хочу спасти того, кого не так давно больше всего на свете желала отправить к Пустоши? Хороший вопрос.

— Он – моя семья, — подумав, произнесла я то, что считала правдой. – Мы можем не ладить, ссориться, но это не изменит главного – ближе друг друга у нас никого не будет. У меня не осталось никого, кроме Рафаэля.

Я заметила, как собравшиеся женщины как одна недовольно скривились.

— Я думала, дело в любви! – пряча рот за ладонью, шепнула одна.

— И я! А дело в простом страхе одиночества?

— Как эгоистично! Как неправильно!

Их слова вонзились под кожу, как занозы. Я отвела глаза, следя за тенями, что дрожали на мраморном полу.

— Правда, — в некотором замешательстве кивнул допрашивающий меня чародей. – А теперь самый главный вопрос. Как так вышло, что господин Карстро, несгибаемый воин и наш лидер, оказался в таком состоянии?

— Долгая история. И я вам обязательно ее расскажу, но сначала должна кое-что сделать. Ради господина, — я посмотрела на Рафаэля. Так странно видеть его лежащим на полу в окружении десятков людей столпившихся у его тела…

— Нет. Мы не можем так просто ее отпустить! – какая-то дама взволнованно прижала руки к груди, где на платье виднелись крохотные влажные пятна. Неужели слезы? – Пусть сначала расскажет обо всем, а потом мы решим, можно ли верить этой Тиа!

Столпившиеся закивали, кто-то поддержал плаксивую даму громким возгласом. Какая трогательная сплоченность! Жаль, что она сейчас больше мешает и злит, чем помогает.

— Сначала дело, потом – разговоры. Не отнимайте у меня время! Я хочу помочь!

— Это уже нам решать, что тебе делать, — ощерилась вампирша с медовыми волосами.

Никогда не думала, что осмелюсь оскалиться на первородную, но именно это я и сделала, шагнув в ее сторону.

— Не смотрите, что я отродье. Будете мне мешать, и я заставлю всех вас кататься по полу, как она! – я указала в сторону Виды. Той очевидно уже было плохо от неудержимого смеха, но я не спешила сбрасывать концентрацию. И без Виды проблем хватает. Она просто станет еще одной.

Я блефовала. Не верила, что мне хватит сил поразить магией такое количество людей, но держала лицо. А потом услышала, как маг возле меня шумно втягивает носом воздух…

Гнилой переплет! Он сейчас выдаст мою ложь!

Сердце норовило сломать ребра, так сильно оно билось. Я ждала, что маг-нюхач вот-вот объявит всем, что я вру. Тогда мне не оставят выбора. Заставят долго и нудно пересказывать все, что знаю о драконорожденных, Солнцеликой и их войне с Воем Ночи. И все ради того, чтобы пояснить, почему у нас с Рафаэлем есть дочь и какого дьявола она убила отца и съела его сердце.

Слишком долго. А я боялась, что каждая секунда сейчас на счету. Рафаэлю нужно вернуть сердце. Или дать его замену.

Прошло несколько мучительных мгновений, а тяжелую тишину так никто и не осмелился нарушить. Тогда я попятилась к выходу из зала. Взгляд скакал по бледным лицам и часто возвращался к Рафаэлю.

«Я верну тебя, — пообещала я. – Я не позволю оставить меня одну!»

— Если с телом Рафаэля что-то случится к моему возвращению, я лично выпотрошу виновного! – пообещала я и выбежала из зала. Меня никто не остановил.

По уже знакомому коридору я рванула туда, где нашла вход в подвал. Солнце садилось, света становилось все меньше…

— Тиа! – окликнули меня, и я обернулась, сцепив зубы.

Только не это. Не смейте меня останавливать!

В пустом коридоре мы были вдвоем. Я и маг-нюхач.

— Мне некогда. Я же сказала!..

— Я хочу