Альманах «Российский колокол». Спецвыпуск «Я подарю тебе звезду» - Альманах Российский колокол

А серые солдаты этот праздник всегда проводили в своих серых казармах в ожидании сигнала тревоги. У них был даже специальный план, который был очень-очень-очень секретным и назывался «ПЛАН «Ч». Согласно этому плану, по сигналу с площади в казармах объявлялась тревога, и солдаты в полном вооружении и даже с оружием и боевыми патронами должны были занять свои места в специальных машинах и быстро, приехав на площадь, подавить любое неповиновение. Чуда просто не должно было быть!

Никогда! Таков был план. И серые солдаты должны были сделать все, чтобы никакого чуда не было. Им даже разрешалось стрелять. У них даже был специальный приказ, который назывался «Стрелять на поражение».

– А что такое «стрелять на поражение»?

– Не перебивай меня, а то я собьюсь опять и что-то очень важное упущу. А в сказке, да еще такой длинной, важного очень много…

* * *

Так вот. Произошло чудо!

Оказалось, что именно в эту новогоднюю ночь, в этот последний день старого года, в день, который на всех календарях мира назывался тридцать первое декабря, в короткий миг, когда уходящий год передает извечную эстафету дел новому году, на планете Земля, несущейся на громадной скорости в черноте космоса, вдруг пересеклись все-все линии межгалактического волшебства, и на всей планете Земля наступила самая обычная и самая настоящая волшебная новогодняя ночь, ночь, когда добро побеждает зло на всей земле и во всех странах мира.

В эту ночь волшебство было такое сильное, что даже там, где была война, генералы и правительства воюющих сторон, несмотря на ненависть друг к другу, находили в себе силы договориться и объявить временное перемирие, чтобы их солдаты смогли послать новогодние подарки своим деткам, или написать хорошее доброе письмо, или позвонить и сказать, что у папы – все хорошо, папа здоров, но не может приехать, так как «выполняет важное правительственное задание».

В эту ночь все-все дети планеты Земля получали от своих пап и мам подарки, папы и мамы устраивали для них красочные карнавалы, на которых у ярко разукрашенных игрушками и цветными гирляндами новогодних елок дети весело танцевали, смеялись, показывали друг другу свои красочные маскарадные костюмы, которые готовили специально к этому празднику вместе с мамами.

В эту новогоднюю ночь колдовство во всем мире было такое сильное, что многие президенты и правители, движимые неизвестной силой, вдруг делали то, чего делать просто не могли из-за важности занимаемых постов. Они вдруг все бросали (а это были банкеты, светские приемы, рауты с большим количеством очень-очень важных и очень богатых гостей) и, приказав наполнить свои личные вертолеты самыми различными детскими подарками и книгами, не зная зачем, поднимались в воздух, затем садились и оказывались в больнице, там, где дети из-за своих болезней не смогли увидеть праздник, или в особых домах, где жили детки, у которых не было родителей и которых воспитывало государство, или даже на праздничных детских карнавалах, и прямо тут, из больниц, из детских домов, из театров-дворцов по телевизору, показывая руками на веселых детей с подарками, поздравляли всех своих соотечественников с праздником Нового Года! И это все показывалось телевидением на всю планету. Одним словом, колдовство летало от одной страной страны к другой и всюду делало так, чтобы дети были счастливы! У всех детей планеты были подарки! У всех детей планеты был праздник!

А в серой стране у детей праздника не было!

Не было!!!

Но и не было того, кто очень-очень хочет, чтобы такой праздник был!

Их папы и мамы, даже те папы, которые работали серыми солдатами (это папа на службе работает солдатом, а дома он просто папа), очень боялись попасть в тюрьму, очень боялись серого диктатора и даже не могли сметь ду-

мать о каком-то празднике для их деток, который бы был веселым, разноцветным, таким, каким он всегда был в разноцветных странах…

Дети этой страны просто не знали, что праздник Новогодней елки – это веселый разноцветный праздник.

Серый диктатор просто представить себе не мог, что он дарит детям в Новый Год какие-то подарки. У него не было детей. Ему просто некому было дарить подарки. Подарки дарили ему, у него был праздник Нового Года!

Поэтому, когда все условия чуда: быть смелым, говорить правду, правду из самого-самого сердца и очень-очень-очень любить и волноваться за своих близких, любить и волноваться так, чтобы твоя ответственность за их благополучие, их счастье, их здоровье, невзирая на любые возможные последствия за эту смелость, любовь и правду, перевесила страх, – вдруг на серой площади обрели реальность, и этой реальностью был большой, сильный и очень смелый человек, гордо стоящий на серой трибуне, и на его сером пальто живым горячим светом, словно кусочек солнца, светила одна-единственная, единственная-единственная на всю серую страну ярко-оранжевая мандариновая корочка, приколотая прямо к его большому и храброму сердцу, – чуда не произойти просто не могло!

Всем, кто стоял на площади, казалось, что это оранжевая мандариновая корочка была волшебной!

А на самом деле волшебство было спрятано глубже, много глубже. Оно шло из самого сердца храброго папы, и с каждым ударом его храброго сердца сухая невзрачная корочка мандарина, которую папа всегда носил в кармане как талисман, как знак выздоровления его сыночка от страшной болезни, светила все ярче и ярче.

Но кто может видеть, как бьется сердце под серым пальто, серым пиджаком, серой рубашкой?!

А оранжевая мандариновая корочка была видна всем, и она в самом деле была волшебной!

Она светилась особым хорошим светом, и с каждым ударом большого сильного сердца храброго папы этот свет стал набирать силу.

Он делался ярче, ярче, ярче…

На него уже было больно смотреть.

И корочка мандарина стала медленно превращаться в маленький кусочек настоящего оранжевого солнца, такой от нее шел желто-горячий добрый и теплый свет.

И этот свет ярко осветил всех стоящих на площади, всех, кто был на серой трибуне, осветил новогоднюю елку, осветил весь серый город и даже всю серую страну!

И все, кто стоял на серой площади: и папы в длинных шеренгах, и мамы с детьми за особым заграждением, и серые солдаты на площади, и серые генералы, судьи, прокуроры – вдруг увидели, в какой некрасивой стране они живут, как некрасив серый снег и серое небо, как безобразна серая новогодняя елка с серыми игрушками, как некрасив город, когда в нем все серое: и дома, и крыши,