Записки нетрезвого человека - Александр Моисеевич Володин

На свои расходы зарабатывает сам одновременно с занятиями в университете. Я его уже немного стесняюсь. По-хозяйски угощает меня: „Бери, папа, ешь! И это. Не стесняйся! Это вот стоит полторы минуты Володиной работы!“ Я стесняюсь даже высказать ему свою любовь и предчувствие, что, может быть, я более его не увижу. Однажды обнял его — он, утешая, похлопал меня по спине».

Потом спрашивает у меня ее (артистки Алферовой) телефон.

Алферова Ирина Ивановна (р. 1951) — актриса театра и кино, народная артистка РФ исполнительница роли Кати в фильме «С любимыми не расставайтесь» (1979, реж. П. Арсенов, Мосфильм).

С. 89

«Окно мое пустой квадрат…»

Стихотворение — Ст-19. С. 208.

Сначала были встречи.

Пересказ прозой стихотворения «Сначала были встречи…» — Ст-19. С. 37, стихотворение также приведено в рассказе «Письмо друзьям» (1972).

Я с плохими людьми сам стал зол, нехорош.

Прозой даны начальные строки стихотворения «Я с плохими людьми…», далее идут последние восемь строк этого же стихотворения с небольшими расхождениями с текстом, опубликованным в Ст-19. С. 237.

С. 90

Заметил, что очень подвержен гипнозу. Например. Когда начальственное лицо в своем кабинете начинает сдержанно-начальственный разговор… у меня закатываются глаза и гипнотически клонит в сон.

«Володин был бесстрашен. Я не знаю, где и когда он сложил с себя ту ношу страха, которая тяготила мужчин — моих старших. Можно поклониться тем из этих моих старших мужчин, кто умел со своим страхом справляться, снова и снова одолевать его (как это умел делать Георгий Александрович Товстоногов). Но если про Володина можно сказать, что он в гробу видел тех, кто пробовал его стращать в исторических и социальных коллизиях, и чихать на них хотел, — это не фигуры речи, а констатации» (Соловьева. — Восп-1. С. 8–9).

…А кто эти? Неполноценные писатели… <…> Они просто не до конца убиты войной, они просто не до конца смяты временем.

В набросках: «Они просто не до конца изуродованы временем. Они просто поздно начали жить и рано кончают жить. И за это краткое время ненадолго удивили окружающих своей недостоверной талантливостью, неясно осветили вокруг себя небольшое пространство и дали множество поводов для умной, эрудированной, обоснованной иронии над собой» (ОРК ГТБ. Ф. 18. Л. 54).

Общение с Екатериной Алексеевной Фурцевой.

Фурцева Екатерина Алексеевна (1910–1974) — советский партийный и государственный деятель, с 1960 года министр культуры СССР, по слухам, покончила собой.

С. 91

Фурцева — вдруг: «Вы ходите в бассейн?»

Абонемент в бассейн — один из знаковых дефицитов советского времени наравне с растворимым кофе, финским сервелатом и прочими заманчивыми вещами. Абонементы в бассейн, как правило, свободно доставались сотрудникам социальнозначимых учреждений, к которым относились и министерство культуры, и Союз писателей. Обычные граждане покупали абонементы или по блату, или выстаивая ночные очереди перед днем их продажи.

«Вам известно, какая себестоимость гидроэнергии по сравнению с тепловой?»

Для Володина «конфликт себестоимостей» — нравственный нонсенс, однако последующая так называемая производственная драматургия, действительно, ощутила его как общественно значимый и социально-нравственный.

«Какой ваш любимый драматург?» <…> Вспомнил: «Миллер». — «А еще?» <…> — «Теннесси Уильямс…» — «А еще?» — Вспомнил: «Эдуардо де Филиппо…»

Американцы Артур Миллер (1915–2005) и Теннесси Уильямс (1911–1983), итальянец Эдуардо де Филиппо (1900–1984) — самые популярные в те годы в нашей стране зарубежные драматурги.

На сценах советских театров шли пьесы Артура Миллера («Смерть коммивояжера», «Вид с моста», «Салемские ведьмы (колдуньи)», «Все мои сыновья», «Цена»), Теннесси Уильямса («Стеклянный зверинец», «Трамвай желание», «Татуированная роза», «Кошка на раскаленной крыше», «Орфей спускается в ад», «Лето и дым», «Ночь игуаны»), Эдуардо де Филиппо («Филумена Мартурано», «Ложь на длинных ногах», «Неаполь — город миллионеров», «Суббота, воскресенье, понедельник»).

С. 92

Помню еще один ее совет: «Вы обобщаете. В искусстве никогда не надо обобщать».

Это совет Володин не забыл:

«„Это общечеловеческое…“ Много раз я слышал эти слова, произнесенные недовольно, брезгливо в смысле: сомнительное, подозрительное, чуждое. <…>

„Ваша беда в том, что вы обобщаете, — по-дружески разъяснили мне, — никогда не надо обобщать!“ Однако искусство — всегда обобщение. Гейне, возражая на критику в адрес Шекспира, писал: „У Шекспира есть единства: единство времени — вечность, единство места — земной шар“. Разумеется, каждый художник как сын своего времени решает эту задачу по-своему» («Разрозненные мысли…» С. 75–76).

Многие, многие, собственно, живут двойной жизнью. Там они — властительные утюжки, а тут — простецкие чайнички.

В набросках: «Почти все собственно живут двойной жизнью. Так — простенькие чайнички, а так солидные утюжки. Но утюжки — в то же время немого и чайнички. А чайнички по временам оказываются утюжками.

Утюжкам по положению пристала важность, они — власть имущие утюжки. Но они то и дело попадают в круг наоборот подчиненных чайничков — мало ли, в случайной компании, — как ни избегать, может все же случиться. И тут можно попасть в неловкое положение. Такие вопросы начнут задавать, такие разговоры и намеки начнутся. Приходится сделать вид, что ты и сам-то немного чайничек. Не то — позволишь себе возразить, что либо утюжковое — все испугаются и замолкнут. Или начнут объяснять, что они имели в виду совсем другое, не двусмысленное чайничковое, а напротив вполне правомочное утюжковое! <…> Но — как бы рудимент, рудимент бывшего носика, или напротив зародыш возможного носика! И даже не сам ты это чувствуешь, но понимаешь, что другие, более утюговые, это слегка ощущают. Да им и приятно это ощущать, что же, ведь утюжок утюгу рознь…

Что же касается чайничков — то тут совсем беда. На людях иной раз так хочется сделать вид, что ты и не чайничек вовсе, а почти что утюжок! Ведь и чайничек может быть величав. Чей он, чайничек-то! Он чайничек такого утюга! Поутюжее всех ваших утюгов» (ОРК ГТБ. Ф. 18. Л. 52).

Калифорния. Я в гостях у детей.

Калифорнию Володин посетил в свой первый приезд. Затем дети переехали в штат Техас, где он также побывал у них несколько раз.

«— А чего бы вы пожелали в свой день рожденья своим детям?

— Честно говоря, я пожелал бы им жить так, как они сейчас живут. Они правда счастливы, и, когда они звонят, я это чувствую. Мое главное счастье в том, что я чувствую, что они счастливы. Что они преуспели в своей математической работе, что они любят друг друга, что младший сейчас женится на хоккеистке. Он — в меня,