Дух Древнего - Александр Четвертнов

Николай быстро и тихо добрался до грунтовки. Пересёк дорогу и зашёл часовому в спину. Достал нож. Подкрался пока тот затягивался сигаретой…

Что ж. Курение убивает.

— Всё…

— Не ори, — прервал я его возглас, когда он уложил гвардейца на землю, — они ещё не дошли до болота, у нас минут двадцать.

Николай вздрогнул от моего голоса. Глаза его расширились, а рот приоткрылся.

— Как ты… вы, — он мотнул головой, справился со ступором и подобрался, — понял, успеем за пять.

Он метнулся к чужому авто.

— Коля, достань из багажника мои вещи, — попросил я, открыв заднюю дверь нашего внедорожника.

— Одну секунду, — отозвался Николай и стал обходить машину.

Хлопнула крышка багажника. Коля положил вещи на заднее сидение, и я раскрыл сумку. Проверил, что заготовки под артефакты целы и полез в чемодан.

Достал пластиковый пакет с запасным костюмом и обувью. Затем скинул с ноги единственный ботинок, снял с себя рваную одежду, и, морщась и чертыхаясь, переоделся.

Тело ломило. Зудели мелкие царапины и синяки. Несмотря на защиту, Керра умудрилась достать меня пару раз. Ничего серьёзного — заживёт. А вот ей придётся сложнее. Хорошо её потрепал. Осина в таких схватках незаменима. Без помощи Харона восстановиться у неё не получится.

Кстати, о старике, надеюсь, он оценит мой подарок миру мёртвых в виде новых душ.

С кряхтением я нагнулся. Собрал лохмотья и, переложив вещи из карманов в сумку, скрутил рванье в пиджак и закинул его в салон авто себе под ноги.

Николай в это время закончил ковыряться под капотом чужой машины. Захлопнул его и, подхватив несколько автоматов из салона, залез на водительское место уже в нашем авто.

Скрипнула кожа сиденья. Щёлкнул дверной замок. Колёса пробуксовали по грунту, и внедорожник дёрнулся вперёд.

— Сюрприз им оставил, — сообщил Коля довольно, — полезут под капот, а там растяжка.

— Угу, — протянул я равнодушно и, поймав в зеркале заднего вида хмурый взгляд Николая, уточнил: — До Москвы к полудню успеем?

— Сейчас 11:25, не успеем, — шрам через левую бровь придал ему строгости, Николай нахмурился сильнее, качнул головой, и спросил: — а куда Ваш поезд идёт? В смысле, по какому направлению?

— Ты уж выбери, как будешь со мной разговаривать — хмыкнул я, — на «ты» или «вы».

— Просто это… как-то… — Коля растерял боевой вид и замялся, но тут же собрался с духом и пояснил почти на одном дыхании: — не могу. Не знаю, как правильно себя вести? — он оторвал от руля руку и махнул, — я не дурак и понимаю, что моё существование зависит от вас. Тебя. Чёрт!

— В Питер, через Рязань, — ответил я на его первый вопрос.

— Странный маршрут, — удивился он и почесал щёку, но тут же чертыхнулся и убрал руку. Я же просто пожал плечами. Без понятия, что странного.

— Так это, — оживился Коля и заулыбался в зеркало, — в двенадцать от центрального вокзала отходит, а здесь недалеко посёлок Пески и там станция. Там поезд будет в, — он задумался, — где-то в 13:30. Мы успеем.

— Отличные новости, — улыбнулся я. — Давай туда, только смотри за дорогой внимательно.

— Понял, — вздрогнул Николай и прекратил коситься на зеркало.

Урчал двигатель. Ветви деревьев скрежетали по кузову. Внедорожник качался на ухабах.

Я скинул чемодан в ноги. Пару раз приложился головой о потолок. Съехал ниже по сидению и прижал к себе сумку: моя инвестиция на будущее в Санкт-Петербурге. Знал бы, что такая тряска разыграется, обмотал бы содержимое пупыркой.

Машину трясло. Коля то и дело поправлял форменную куртку с дырками на спине: она постоянно сползала с плеч. Его губы двигались, в безмолвном шёпоте. Светлая, короткая чёлка, слиплась на лбу.

Рана от камня уже затянулась, но Коля этого не заметил. Хех, столько прислушиваться к себе, а главного не увидеть. Пока заклинание действует, его организм будет более живучим.

Но усиленная регенерация работает только на новые раны. Вон, старый шрам через бровь остался и, вместе с прищуром голубых глаз на дорогу придаёт Николаю брутальный и грозный вид.

— Что? — Коля заметил мой взгляд и мазнул ладонью по лицу. — А, это. На учениях получил. Спасал товарища, когда заклинание не так пошло.

Пожал плечами и откинулся на спинку сиденья. Спасение сослуживца укладывается в картину его образа. Всё же, прав я — хороший он парень. Я закрыл глаза и скользнул в медитацию. Надо восстановить силы. Сколько получится.

— Это… — Николай нарушил мою концентрацию. — А ты, правда, дух? Как так вышло?

— Что-то типа того, — сначала ответил ему сухо, без подробностей, но потом всё же решил пояснить: — мой дух призвали для усиления, а я занял это тело.

Николай снова замолчал, а я закрыл глаза. Но вместо медитации в голове всплыло, как шесть лет назад я наконец-то вернулся в мир живых.

Я оказался в мире мёртвых после удара в спину и гибели. Неожиданно, правда? Для меня да. Потому я никак не мог успокоиться, что предатель жив, а я — нет и не могу защитить своих близких.

В мире мёртвых я сразу же направился к Аиду.

Как сейчас помню. Вот он сидит на троне из костей. Хмурятся брови. Взгляд поднимается к потолку, а руки ходят туда-сюда, вертят шлем-невидимку.

Я даже не напоминал ему, чем он мне обязан. Ещё чего! Упрашивать⁈ Нет, я не просил, я договаривался. Но его медлительность меня раздражала.

Я не понимал, куда девалась его решительность. В бою с титанами он шёл в атаку сразу за мной. В битве с Тифоном вообще вырвался вперёд. А как смело он рассказывал о своих проблемах с женой? Знай Персефона, о чём он говорил. Ууу…. А тут сидит и мнётся.

Нет, я его понимал. Не положено. Это Сизиф обманом вырвался и теперь гниёт в тартаре. Это Геракл шастал туда-сюда потому что живым был. А я умер. Но для нас правила не писаны — это мы их писали.

В итоге Аид согласился. Сам, без пинков, и собрался было меня вернуть, но тут возмутились Посейдон и Аполлон. Нда, затаили они на меня зло за стены Трои. Затаили.

Разброд и шатание начались среди богов. Олимпийцы разделились на два почти равных